Александр Яманов – Колонисты Пандоры-2 (страница 38)

А после того, как колонна аккуратно продолжила свой путь, её догнал Борис.

— Это что такое было? — спросил он.

— Ремонтные боты — ответила Нейла, подслушавшая перевод.

Ветка была не против её вмешательства, поэтому не только настроила систему на автоперевод, но и перекинула в гаджет сестры Зара.

— Но почему вы все замерли при их приближении и практически не дышали. Ведь на корпусах роботов я заметил такой же логотип, как на боевом боте и механическом пауке? Разве они вам не подчиняются?

— Ремонтные боты предназначены для работы в условиях космического сражения, как внутри, так и снаружи корпуса дредноута. Они запрограммированы членами команды корабля, и прямо сейчас выполняют неведомые для нас задачи, — Нейла охотно взялась объяснять и даже Ветка невольно прислушалась к версии космотехов, — Плюс, позитронная начинка, которой больше двух сотен годовых циклов. За такой срок любой самостоятельно действующий механизм обязан многократно проходить диагностику всех систем. А её явно не проводили уже больше ста лет. В их позитронных мозгах за это время, накопились системные баги. В процессорах наверняка скопились задачи, которые они не в состоянии выполнить или отменить без вмешательства членов команды. Их реакция на любое вмешательство в заведённый распорядок, может вызвать опасный сбой, или непроизвольное нападение. Так трогать, что их, и пытаться взаимодействовать, себе дороже.

— Значит, сейчас они опасны — констатировал второй человек. До этого Коля Павлов шёл рядом и внимательно слушал Нейлу, — Но почему они тогда до сих пор функционируют?

— Как почему? Боты выполняют однажды полученные директивы. Я не удивлюсь, если они просто доходят до определённой точки, а потом возвращаются на базу для подзарядки батарей. И так они будут курсировать многие годы, пока баги не накроют процессор и не заставят зависнуть и остановиться. Кстати, кажется, эти следы это подтверждают — девчушка указала на шлифованную дорожку под ногами, выделяющуюся на фоне шершавой поверхности матового бронесплава.

Ветка могла бы добавить, что именно из-за отсутствия нормального обслуживания и ремонта, большинство мехов давно вышли из строя, и теперь стоят в разных частях долины и хранятся в многочисленных ангарах.

Нейла с Колей Павловым зацепились языками и принялись вполголоса переговариваться. Ветка с Алексеевым им не мешали и шли дальше молча. Во время похода колонне пришлось несколько раз обходить настоящие завалы из эвакуационных контейнеров, свидетельствующие о неполадках в антигравитационных системах хранения.

Тут снова появилась колонна ремонтных ботов, последовавших в обратном направлении. А когда до спускающейся платформы, оставалось идти 400 метров, космотехи добрались до пункта назначения ботов, выделенного отшлифованным до блеска, квадратом на полу.

Тут дальнейший путь перекрывала непреодолимая преграда. Следующая секция-отсек была закрыта по периметру гермозаслонками. Если бы она располагалась вдоль внешнего корпуса, то такие меры предосторожности, можно было скинуть на разгерметизацию во время приземления, но секция находилась во внутренней части палубы.

Поначалу Ветка предложила Акосу просто обойти секцию. После этого вдоль рядов арматурных колонн, выдвинулись разведчики. Но уже через пятнадцать минут они принесли весть, что соседние секции тоже закрыты.

Пришлось снова искать терминал взаимодействия с механикой палубы. Ближайший обнаружился на одной из колонн, и он моргал красным. Панель нехотя приняла запрос мастер-ключа и вместо простейшей менюшки взаимодействия, начала выдавать многостраничный отчёт о контроле за карантинной зоной, закрывающей сразу шесть секционных отсеков.

Указанные даты запечатывания секций-отсеков, вернули Ветку на более чем полторы сотни годовых циклов назад. Она сразу поняла, тройной буфер, отделяющий её от меню открытия секционного-отсека, поставлен системой не просто так. Любопытство взяло своё, и Ветка решила быстро пролистать, сжатые отчёты.

И едва она увидела первые кусочки хроники, снятой с камер объективного контроля, ей сразу захотелось всё закрыть, чтобы это больше никто случайно не увидел. Свернув все изображения, она скачала выжимку в память по сети.

Акос с Марой были единственными, кто стоял за спиной. Они успели кое-что увидеть, но виду не подали.

— Значит, идём в обход — с нажимом предложил глава клана и Ветка указала в сторону более правильного пути. — А с этим мы разберёмся попозже — добавил космотех, шёпотом проходя мимо девушки.

Пока они двигались по обходному маршруту, Ветка обдумывала увиденное в запечатанной предками карантинной зоне. И чем больше шевелились её извилины, тем больше приходило нехороших выводов в голову.

Это всё накладывалось на признание Ярослава, в котором он сообщил о незавидной судьбе осколков их цивилизации.

Выходит, что история побега дредноута из родной туманности, да и сама хроника приземления, сильно отличается от той, что отражена в планетарном уставе. Кое-какие ужасы прошлого, предки решили скрыть от потомков, и это кардинально переворачивало её представление о истории. И самое хреновое, теперь она была уверена, этот неприятный сюрприз, догнавший из прошлого, далеко не последний.

Дальнейшее путешествие по грузовым трюмам показало, тут осталось очень много всего полезного. Кроме эвакуационных контейнеров и груд старинного барахла, во время затянувшегося путешествия по секциям, обнаружились нетронутые склады с каким-то громоздким оборудованием и нечто похожее на хранилища биоматериала и прочих ценных ресурсов.

Да и содержание карантинной зоны, даже несмотря на то, что лично Ветке, туда точно не хотелось входить, могло очень пригодиться зарканцам в будущем. Возможно, она понимала, почему предки оставили всё это нетронутым, после приземления, однако совершенно не понимала, почему они не вернулись сюда позже.

Когда космотехи добрались до грузовой платформы, способной переместить на нижние уровни дредноута, настроение в рядах зарканцев улучшилось. Ну оно и понятно, они не заглянули в тот ужас, куда пришлось заглянуть Ветке с Акосом и Марой. Но самое главное, они смогли преодолеть первую часть сложного пути, никого не потеряв.

Сама же Ветка, в момент взаимодействия с очередной панелью и активации платформы, чувствовала себя не в своей тарелке. Она снова вспомнила о судьбе Ярослава и цивилизации древней Зарканы. Это порождало в голове неприятные вопросы.

И ради чего это всё? В космосе зарканцев больше не ждут. А ведь они на это надеялись. Да и без Ярослава, хочет ли она вообще туда отправляться?

Прислушиваясь к себе, Ветка пыталась его почувствовать, но связи, как раньше не ощущала. Причём теперь ей казалось, что она исчезла навсегда.

— Ярик, где же ты? Жив или…? — едва слышно прошептал она, смяв концовку озвученного вопроса.

И в этот самый момент, платформа под ногами вздрогнула и начала медленно опускать космотехов вниз. Многотонная махина преодолела толщу между уровнями, составляющую из десятков метров спецсплава и продолжила путь по пространству уровня, находящегося ниже, грузовой палубы. И едва это произошло, в полной темноте появились сотни, загорающихся красным визоров, зачем-то расположенных на потолке уровня.

В тревожном свете, Ветка начала различать паукообразные силуэты, которые с механическим стуком и угрожающем скрежетом, рванули навстречу, опускающейся платформе. Увидев устрашающую картину, она на автомате активировала, зависший в пространстве, магнитный диск и выхватила силовой кинжал.

В этот момент, Ветка должна была испугаться, но вместо испуга ощутила волну захлестнувших эмоций, ибо внезапно почувствовала, что Ярослав до сих пор жив

Глава 22

Ярослав

Хорошо быть одним из героев земных кинофильмов, про которые так часто рассказывал дед. Любой из них, в отличие от меня, наверняка раскидал бы всех врагов одной левой. Но на этот раз космические боги отвернулись от меня, причём демонстративно.

Воткнув раскалённый кинжал в сочленение между бронепластинами, прикрывающими голень командира штурмовиков, я попытался вскочить и достать бок ещё одного зарканского воина.

Однако тот оказался проворнее и, отклонившись, пробил мне кургузым прикладом плазмобоя прямо в лоб. И тут мне снова повезло. Если бы он врезал бронированным кулаком, то череп сто процентов раскололся. Но пружинистая накладка на прикладе, погасила большую часть приложенных усилий, и не позволила убить меня на месте.

После этого картинка в глазах расфокусировалась. Резко потеряв способность к сопротивлению, я свалился в проходе. А затем, сквозь фильтр, наложенный прямо на нервную систему, начал ощущать, как меня усердно бьют армированными ботинками.

Зарканских военных явно расстроил мой недружелюбный выпад, и они захотели убить чересчур живучего человечка. Отнеслись к этому занятию они с душой, и постарались на славу. Но, прикрывающий тело гибкий панцирь из синтетических мышц, оказал достойное сопротивление. В принципе, вполне хватило бы одного удара в голову для завершения этой миссии. Только штурмовики по какой-то причине мою тыковку заботливо не трогали.

— Хватит! — неожиданно рявкнул командир, — Приказываю группе двигаться по указанному маршруту и выполнить поставленную задачу. А с этим недоноском я сам разберусь.