Александр Яманов – Город греха -1 (страница 3)

– Выбираю последний вариант, – прерываю главу. – Сейчас только немного соберусь с мыслями и начну действовать.

– Не торопись. Думаю, у тебя получится, ведь половина «орхидей» уже мертва. Только если ты в одиночку убьёшь оставшуюся часть банды, то привлечёшь к себе внимание более крупных хищников, – слова рыбака прозвучали логично. – Разве что суньцев уничтожит конкурирующая группа, тогда вопросов не возникнет. Пока война синдикатов не прекратилась, можно остаться незамеченными. Тяжеловесы делят главные ресурсы и власть. Но осталась ещё неделя. Далее боссы заключат перемирие, совместно задавят излишне обнаглевшую мелочь. Впрочем, мир продлится до следующего конфликта интересов, коих на моей памяти было четыре.

Рат, которого на самом деле зовут Раттанакосин, не переставал меня удивлять. С виду обычный бригадир рыболовецкой артели. У мужика достаточно простая внешность, лицо и повадки уж точно. Он до сих пор ходит в море, хотя и не каждый день. И при общении не производит впечатления гиганта мысли и интеллектуала. Но иногда лезут из него необычные вещи, несвойственные простому рыбаку, пусть и главе немалого рода. Может, это жизненный опыт?

Про глубокие познания внутренней кухни Раджапура всё понятно. Мужик постоянно торчит на рынке, где чаунам сбывают улов, закупают нужные вещи и общаются с местными. Я мысленно кличу их тайцами, только родословная у людей моря иная. А местных жителей правильнее называть сиамцами. Племя также владеет пятью небольшими ресторанчиками в городе, пользующимися большой популярностью у тайцев и лао. Эти народы живут своими кварталами обособлено даже от кхмеров, вьетов и других азиатов, не говоря о нечеловеческих расах.

Но все жители города любят заведения, где подают свежую рыбу. Кстати, один ресторан морского народа расположен на воде. Строения стоят на сваях, вбитых в прибрежное дно, и атмосфера в заведении весьма приятная. Только оно больше рассчитано на туристов и публику побогаче, поэтому сейчас почти не работает. Рат ждёт окончания войны, принёсшей общине немалые убытки. Ведь налог на недвижимость весьма кусачий, и дополнительных поборов со стороны властей хватает. А тут ещё китайцы полезли в чужие дела.

Раджапур вообще странное и контрастное место даже по меркам Юго-Восточной Азии. Город основан каким-то индийским махараджей, продвигавшим буддизм в массы. Но это было очень давно, и индусов здесь мало. А вот представителей других народов хватает. Все преступные синдикаты контролируют пришельцы, но местных они не трогают и занимаются разборками строго друг с другом.

Ситуация, когда я спас Рата, а он помог мне, из разряда уникальных. Обычно за нападение или попытки обложить данью подданных короля Сиама сразу следует жёсткая реакция губернатора, чья администрация расположена в соседнем Трате. Только в этот раз власти вовремя не среагировали.

Полиция редко лезет в дела чужеземцев. Но местные структуры вроде налоговой, отделов лицензирования, разрешающих легальную деятельность, или инспекций по экологии приносят отличный доход в казну. О себе чиновники тоже не забывают. Безопасность на туристических улицах и в центре обеспечивает охранное агентство, содержащееся за счёт синдикатов и иностранных резидентов. Но сейчас охраняются только здания представительств и богатые кварталы. Смысл платить охране, если количество приезжих резко сократилось, а в некоторых местах ещё неделю назад шли натуральные уличные бои?

Также здесь влиятельны несколько корпораций и кланов. Они больше заинтересованы в аномалиях и не лезут в откровенный криминал. Но при желании бойцы обеих фракций способны навести шороху и дать бой любой местной силе. Как и произошло в нынешнюю войну, в которой приняли участие и относительно легальные организации. Зато есть вероятность, что мир продлится дольше, ведь наиболее отмороженную публику почти зачистили.

– Поезжай в «Жёлтый бар» и найди там «каракатиц». За мёртвых «орхидей» не переживай, мы здесь приберёмся. Рыбу тоже надо кормить и о морских духах нельзя забывать, – продолжил собеседник, намекая на утилизацию трупов.

Я давно перестал удивляться местным чудесам. И о духах наверняка чистая правда. Но что за бред про моллюсков? Будто прочитав мои мысли, Рат пояснил, не отказав себе в удовольствии поиздеваться:

– У тебя такой глупый вид, Люк, что захотелось сделать фото и показать близняшкам. Думаю, твоим подружкам бы понравилось, – хрипло хохотнул таец. – «Чёрная каракатица» – это мелкая группировка, названная в честь их катера. Это была самая быстрая посудина в заливе. Недавно лодку утопили «орхидеи», а большая часть банды разбежалась. Но несколько человек остались, и они захотят отомстить. Ребята не убийцы или пираты, а честные контрабандисты, но умеют пользоваться оружием. Поэтому попробуй с ними договориться, я не слышал, чтобы они нарушали слово. Я им позвонил, так что можешь ехать хоть сегодня. Или сначала отлежись, не маленький и сам знаешь, как быть.

– Спасибо! – отвечаю после небольшой паузы, не понимая, как контрабандисты могут быть честными.

– Наоборот, это я должен тебя благодарить. Ведь ты поссорился с суньцами из-за нас. Это старый конфликт, который бы разрешился в нашу пользу. Но неизвестно, сколько чаунам могло пострадать до вмешательства людей губернатора. Не любят нас власти, поэтому тянули до последнего. Машины бандитов лучше оставь здесь, потом заберёшь. Тебя отвезёт Мае Ной, ей надо заехать на почту, – собеседник вдруг замолчал и прислушался.

Я давно обратил внимание на подозрительный шорох из-за бамбуковой стенки, но не подавал вида.

– Хватит подслушивать! Чего вы здесь забыли? Разве кому-то не нужно заниматься? Я сейчас выйду, и будет хуже! – крик Рата был вроде строг, но в ответ раздалось хихиканье, вызвавшее у него добрую улыбку.

Как он может сердиться на племянниц? Ведь после гибели брата с женой глава воспитывал близняшек в своей семье, считая дочками.

В дом будто влетел ураган, чуть не сбив родственника со стула. Быстро осмотрев меня, девчонки сели на небольшую скамейку, стоящую у входа, сложили руки на коленках и принялись изображать паинек. Получалось плохо, но лучше промолчать. С этими акулками нельзя цепляться языками, всё равно заболтают и начнут издеваться.

– Дядя, мы тоже хотим в город – посмотреть, как Лю Вуа будет выпускать кишки бандитам. Или ты снова прострелишь им головы? У того говорливого мозги отлетели метра на два, – пара горящих глаз впилась в меня, ожидая ответа.

Мне же в голову приходил только жест рука-лицо. Две проныры не послушались и полезли наблюдать за перестрелкой. Бесполезно объяснять, что это опасно. Воспитывать Лами и Хати надо было раньше. Рат придерживался того же мнения, поэтому не стал читать нотаций и начал отдавать приказы:

– Вы сейчас идёте заниматься. Через полчаса проверю, и упаси Будда, если наставник на вас пожалуется. Мигом отправитесь чистить рыбу и выносить мусор.

– Угу. У тебя одно наказание – сразу ковыряться в кишках всяких гадин, – сморщилась Лами и вдруг заулыбалась, ткнув сестрёнку вбок: – А помнишь, как Лю в первый раз разделывал акулу?

Громкий смех подтвердил, что конфуз не забыт. Две юмористки аж засветились от радости, обсуждая мои мучения.

– В отличие от некоторых неумех, Люк прекрасно работает ножом. Или мне напомнить, сколько рыбы вы испортили? – раздался звонкий голос, и в хижине появилось новое действующее лицо.

Мае Ной, чьё имя переводится – маленькая мама, подкралась незаметно. За словом в карман девушка не лезет. Ещё умудряется шутить над близняшками, не реагируя на ответные колкости и пакости, выводя тех из себя. Вот и сейчас две пары глаз переместились на гостью, пытаясь прожечь в ней дырку.

А посмотреть было на что. Несмотря на имя, сиамка была высока, но изящна, будто танцовщица. А ещё красивое овальное лицо – без выступающего подбородка, как у многих азиатов, да ещё и каре-зелёные глаза! Добавьте тёмные волосы с оттенками рыжего, особенно заметными при ярком свете, и получится просто невероятная картина. Не знаю, какие гены переплелись в гостье, но результат получился отменным. Кстати, у многих чаунам волосы не чёрные как смоль, а тёмно-каштановые или с рыжим отливом. При этом они немного смуглее тайцев. И сами достаточно симпатичные, в отличие от тех же малайцев, с чьих земель племя ушло пару столетий назад.

Мае гармоничнее смотрелась бы на сцене, телевидении или страницах глянцевых журналов. Но вдова воспитывала сынишку пяти лет и вела бухгалтерию посёлка, чем вполне довольна.

А ещё у нас случился роман, что вызвало дополнительное неприятие акулок. Они считали меня личной собственностью, не собираясь делиться столь забавной игрушкой. Как оказалось, Сомчай тоже не был в восторге от наших отношений с вдовой. Но не будем о покойниках.

– Чего эта старуха припёрлась? – прошептала Хати сестре, но так, чтобы все услышали.

На красивом лице Мае не дрогнул ни один мускул. А вот Рат отреагировал ожидаемо, начав возмущаться, и выгнал нахалок из хижины.

После получения инструкций от начальства мы с подругой направились в сторону машины.

– Собрался покинуть посёлок? – девушка подняла бровь, выражая удивление и намекая на мою сумку. – Тебе у нас надоело?