Александр Якубович – В самом Сердце Стужи. Том II (страница 6)

Через минуту на мою макушку полилась тонкая струйка воды, а я стал энергично вымывать мыло из волос, активно работая пальцами. Уже через пару минут все мыло было вымыто и я, коротко поблагодарив Эрен, забрал у девушки ковшик и сам спокойно сполоснул от мыльной пены тело остатками горячей воды.

Когда я вышел из-за ширмы, Эрен уже сидела за столом. Вид деревянной спины девушки показался мне почти привычным, хотя я не мог сказать, что мне это нравилось. Намного больше удовольствия я получал, когда мы работали вместе, и Эрен вела себя более свободно.

— Я заварила вам травы, — сказала Эрен, подвигая ко мне стакан с горячим питьем.

Я бросил взгляд на камин. Специальный чайник для этих целей уже был снят с огня, но когда она успела его поставить? Как только вышла из-за ширмы или еще когда только вошла в комнату?

— Нам нужно поговорить, — серьезно сказал я, усаживаясь на свое место во главе стола.

Эрен побледнела, сжала пальцы, после чего посмотрела на меня так, словно готовилась к бою. Подбородок опущен, глаза сверкают, губы сжаты. От такой реакции на мои слова меня немного укололо обидой и захотелось опять сказать что-то резкое в ответ на столь явное враждебное поведение, но я прикусил язык и мысленно досчитал до пяти, чтобы успокоиться.

Правильно Витя, держи себя в руках. Ты только догадываешься, в каких условиях росла эта девушка и не знаешь, почему она так реагирует на окружающих. Ты вообще не сильно много местных женщин видел, особенно аристократок. А словоохотливые и улыбчивые разносчицы в трактирах и на постоялых дворах — это совсем другой разговор. Во-первых, у них работа такая, а во-вторых, они простолюдинки.

А вообще, если гора не идет к Магомеду, то пора бы Магомеду поднять свой зад и пойти навстречу горе. Я был старше, образованнее и уж точно опытнее этой девятнадцатилетней девушки. А значит, и инициатива должна лежать на мне, в том числе и в вопросах налаживания отношений.

А наладить отношения нам было жизненно необходимо, потому что через неделю Эрен останется тут за главную, как моя жена. И единственное, что ее должно тревожить в это время — дела надела, а не факт моего возвращения. Наоборот, она должна ждать меня обратно в Херцкальте, а не ходить из угла в угол, накручивая саму себя ненужными мыслями о наших ссорах.

— И о чем же вы хотели поговорить, милорд? — напряженно спросила девушка.

— Ну, первое, я бы хотел сказать спасибо, — спокойно ответил я. — Не всем понравилось ваше предложение выйти к людям на разговор. Тот же Арчибальд этого решения не понял, да и я сам изначально планировал разогнать их силой. Ведь я знаю, что Легер виновен.

— Но?.. — вопросительно протянула Эрен.

— Но я сделал, как вы советовали, а позже, когда чуть отдохнул, смог понять, что это был единственный верный путь с минимальным ущербом, — ответил я. — И я благодарен вам за совет.

Я видел, что Эрен была ошарашена, но она быстро взяла себя в руки. Лицо девушки смягчилось, напряженная складка между бровей пропала, а взгляд стал спокойнее. Ушел нервный блеск, который добавлял в ее серые глаза оттенки стали.

— Второе, — продолжил я. — Я бы хотел, чтобы вы перестали вздрагивать от одного моего неосторожного слова.

Во взгляд Эрен моментально вернулось напряжение, но так было нужно.

— Я же вижу вашу реакцию, даже сейчас, — сказал я.

Сейчас она нестабильна, как и я. А значит, она не сразу найдет какую-нибудь стандартную формулировку про традиции или про то, что она обязана поступать так, как мне нравится.

— Я стараюсь быть для вас лишь прилежной женой, милорд, — тут же отчеканила Эрен, надевая на лицо непроницаемую маску невозмутимости.

Я недовольно поджал губы, не смог удержаться от этого жеста. Как говорят в кино «мы ее теряем». Только-только я нащупал возможность поговорить с этой женщиной, как она опять уходит в глухую оборону. Сначала я ее дразнил и подначивал, думал, что так смогу сократить между нами дистанцию. Но Эрен оказалась непоколебима в своих традиционных взглядах. Небольшая подвижка случилась, только когда я показывал ей, как пишет моя ручка. Там любопытство девушки оказалось сильнее ее дремучего воспитания.

Я отодвинул в сторону стакан с заваренными травами, который все это время стоял между нами, и положил на стол свою руку, протянув ладонь Эрен.

— Возьмите меня за руку, — сказал я девушке.

— Зачем? — спросила она с опаской.

— Отношения между супругами должны быть особенными, вы не считаете? — спросил я, проигнорировав последний вопрос. — Вот я никому не позволяю касаться себя даже пальцем. Кроме Грегора, и то, только когда он надевает или снимает с меня доспех. Но я хочу дать это право вам.

Физический контакт. Все мы приматы, а приматы должны трогать друг друга, обниматься, копошиться друг у друга в волосах. Это успокаивает, это базовая потребность любого человека, начиная с младенчества. Есть люди, которые вырастают и избавляются от этой древнейшей привычки, но большинству становится просто спокойнее, когда он может время от времени потрогать кого-то другого. И особенно сильна эта потребность в прикосновениях у женщин. Я помнил, как замерла Эрен, когда моя рука легла на ее пальцы во время демонстрации письма ручкой, как она стала дышать чуть глубже, когда я наклонился к ней и тихо объяснял принцип работы железного пера.

Так что сейчас я решил, что стоит показать жене, что я живой человек. И меня можно и нужно подержать за руку. Так будет заложен первый кирпичик нашего взаимного доверия.

— Я не могу схватить вас сам, точнее, в этом не будет смысла, — продолжил я, наблюдая за сомнениями девушки. — Но я был бы рад, если бы мог подержать вас за руку пока вы, к примеру, будете рассказывать, чем занимались сегодня. Я подозреваю, провели остаток дня в кабинете, работая с векселями?

Эрен перевела взгляд с моего лица на руку и обратно, после чего аккуратно потянулась вперед и вложила свою тонкую ладонь в мои пальцы. Я чуть сжал ее изящную ручку, но осторожно, чтобы не было ощущения, что я держу ее силой.

— Так как прошел ваш день, Эрен? — повторил я свой вопрос, чуть проводя большим пальцем по тыльной стороне ладони своей жены.

— Я упорядочила почти половину векселей и сделала пометки, на каких страницах наших записей указаны нужные сделки, — ответила девушка.

Смотрела сейчас Эрен куда-то в сторону, до ужаса смущенная. Я видел, как покраснели кончики ее ушей и как она борется с собственным порывом выдать что-нибудь о приличиях.

— Мне стоит сказать, что я восхищен вами, — честно сообщил я.

С такой скоростью головы даже совы не поворачивают. И если бы черные волосы Эрен сейчас не были убраны в некое подобие прически на затылке, то, наверное, она бы отхлестала саму себя по лицу вьющимися прядями.

— Простите? — выдохнула Эрен. — Ох, милорд, это так неожиданно! Вы никогда не говорили, что я красива… Вы заметили мое новое платье? Лили наконец-то закончила работу и я рада, что вам нравится этот наряд. Вы были совершенно правы, этот темно-зеленый цвет мне к лицу.

Так вот что было с ней сегодня не так! Новое платье из той ткани, которую она купила в Гатсбури на рынке! Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу, но я сделал вид, что Эрен поняла меня совершенно правильно, но при этом я все же продолжил:

— На самом деле дело не только в платье, Эрен, — я принципиально называл жену по имени, игнорируя опостылевшее «миледи». — Благодаря вам и вашим стараниям у меня получится прижать Легера и наказать казнокрада. И в этом наполовину ваша заслуга. И я хочу сказать, что намного больше восхищен вашим умом и знаниями. В них ваша настоящая красота.

Внезапно я почувствовал, как пальцы Эрен сжались. Девушка буквально вцепилась в мою ладонь, будто бы пыталась ухватиться за меня, будто бы ей было необходимо удостовериться в том, что я не призрак.

Глаза моей жены сейчас горели ранее неизвестным мне огнем. Эрен почти перестала дышать, только шарила взглядом по моему лицу, словно бы пыталась найти что-то. Она смотрела на меня поистине пронзительно, со смесью удивления, непонимания и какой-то надежды.

И ничего при этом не говорила.

Я тоже замолчал, просто сжал тонкие пальчики моей жены в ответ и самыми уголками губ нежно улыбнулся этой странной девушке.

Глава 4

Эрен

В ночь после нашего разговора с бароном я почти не спала. Ворочалась с бока на бок, стараясь найти удобную позу, но внутри все горело от беспокойства.

Когда разговор только начался, я искренне обрадовалась, что этот мужчина наконец-то обратил на меня внимание и стал вести себя соответственно тому, чего я от него ожидала. Мне не были противны комплименты — я понимала, почему могу их получать. Намного больше меня тревожила неизвестность.

Вот только слова барона перевернули все с ног на голову. Не зная ни меня, ни моей странной истории, видя перед собой только юную девятнадцатилетнюю девушку, этот мужчина почему-то пришел к удивительным выводам.

Меня ценили за мои знания и навыки. Брат хоть и был скуп на похвалу, но доверял ведение своего хозяйства, справедливо рассуждая, что это моя непосредственная работа и я должна с ней справляться как экономка. В храме также отмечали мое усердие, навыки письма и прилежность в служении, ставя в пример другим послушницам и служительницам.