Александр Якубович – Специалист технической поддержки 2 (страница 46)

— Ты забываешь, что я профессиональный беглец, — аккуратно напомнил я годзилле. — И я всегда должен быть готов двигаться дальше.

— От чего же двигаться дальше? — вспылила Пак Сумин. — Я думала, что мы с тобой договорились! Думала, что сделала достаточно, чтобы ты перестал смотреть в сторону, словно дикий зверь на лес!

— Я очень сильно подставился перед триадой, чтобы вытащить тебя, — раздраженно бросил я. — Ты это понимаешь? Понимаешь, что китайцы в любой момент могут вспомнить, что их прогнул какой-то безродный северянин? Знаешь, что они делают с теми, кто их оскорбляет подобным образом⁈

— Ты все еще боишься триады? Они меня и пальцем тронуть не посмеют! — воскликнула Пак Сумин.

— Тебя не посмеют! А меня еще как тронут! — ответил я, тыча пальцем себе в грудь.

— Ты считаешь меня настолько бесполезной, что я тебя даже от бандитов защитить не смогу⁈ — ответила девушка.

— А что, сможешь⁈

В спальне повисла тишина.

— Ты прав, я абсолютно бесполезна в твоих глазах, но это не так, — с тяжелым вздохом внезапно сказала Пак Сумин, вытирая тыльной стороной ладони слезы. — Триаду прижал не ты один.

— Да? И что же ты сделала? — язвительно спросил я.

— Что я сделала? — стала закипать Пак Сумин. — Может быть, я почти полтора часа терпела вонючую тряпку на своем лице, чтобы выиграть для тебя время⁈ Они лили мне на лицо грязную воду, я задыхалась, но терпела! Потому что знала, что если сразу же сделаю все, что требует эта сучка Ким Аран, тебя поймают за горло и забьют палками, как бездомную собаку! Не северяне, так мой дед, за то, что позволил мне навредить!

— Никто не просил тебя терпеть! — вспыхнул я.

Пак Сумин поднялась с кровати. На девушке сейчас была только моя футболка, так что выглядела она совершенно неприлично, но я даже не обратил на это внимания. Годзилла давно стала воровать мои вещи.

— Не просил⁈ Вспомни свою старую квартиру! Вспомни свои слова! Ты сам попросил поделиться с тобой моей властью и деньгами! И я сделала это! И я терпела пытку водой, чтобы дать тебе время! Хочешь сказать, что стал героем, подставился под удар триады ради меня? Это я создала для тебя эту возможность! Когда Ким Аран поняла, что ты уже покинул здание, она стала судорожно придумывать новый план! Тебя ждали, Ён Сок! Они были готовы выманить тебя из дома, всучить мне телефонную трубку, чтобы я приказала тебе спуститься, чтобы наплела какой-нибудь бред о том, что забухала! И я бы могла так сделать! Могла привести тебя в ловушку! Но я разрушила изначальный план этой сучки, я выиграла для тебя время и заставила Ким Аран сбросить все на тормозах! Я слышала их разговоры и знала, что все их планы касательно тебя полетели псу под хвост. Только потому, что я выдержала достаточно долго, чтобы ты заметил мое отсутствие и вышел из здания! Чтобы ты успел с кем-нибудь связаться! Если бы я этого не сделала, ты бы уже лежал в земле или сидел в каком-нибудь подвале на цепи! Я тебя не предала, я до конца была на твоей стороне, ожидая, что ты будешь поступать точно так же! Но конечно же, герой здесь только ты! Только ты подставился по удар триады, и это беспокоит тебя так сильно, что ты спишь каждую ночь, словно младенец, когда я начинаю тонуть каждый раз, закрывая глаза! И знаешь что помогало мне не сойти с ума окончательно⁈ Знаешь⁈ Что я пережила все это дерьмо не зря! Что ты понимаешь мой вклад, что ты благодарен мне за мою жертву! Непрошенную, но все же, жертву, которая сохранила тебе свободу, здоровье и, вполне возможно, жизнь! А теперь я узнаю, что я ни на что не способна, что я ничтожество в твоих глазах, которое будет бесконечно прятаться за твоей героической спиной⁈ Ведь так? Так? Так ты меня видишь⁈

С каждой фразой Пак Сумин подходила ко мне все ближе и ближе, пока в итоге не уперлась лбом мне в грудь. Я не видел сейчас лица девушки, но чувствовал, как она дрожит. Я же стоял и не знал, что ответить на эти слова. Ведь если все было так, как сказала Пак Сумин — а оно так и было, сейчас я это видел отчетливо — то я сильно недооценивал годзиллу. И совершенно неправильно понимал ее слова о преданности и о том, что я должен оставаться вместе с ней и помогать в ее делах.

— Ты зачем в меня пультом бросила? — спросил я.

— Потому что бесишь, — ответила Пак Сумин куда-то мне в грудь, не поднимая головы.

— Бешу?

— Да, бесишь. Ты даже для южнокорейца слишком странный и умный, не говоря про северян. Я наводила справки. Ты человек-загадка, это и бесит. Твои тайны.

— Хочешь выведать все мои секреты? — спросил я, кладя ладони на плечи девушки. Пак Сумин же даже не дернулась, только еще сильнее прижалась к моей груди лбом.

— Хочу, — ответила Пак Сумин.

— Рассказать один?

— Давай.

— Он тебе может не понравиться.

— Я рискну.

— Помнишь нашу первую встречу?

— Когда ты без предупреждения полез к моему ноутбуку?

— Я хотел тебе помочь.

— Мог бы что-нибудь сначала сказать.

— Не важно. Ты помнишь, что пролила на меня мой кофе?

— Смутно.

— Этот кофе стоил мне десять тысяч вон. Я на эти деньги мог жить минимум три дня, но решил впервые попробовать кофе на юге, а ты вывернула на меня весь стакан, толкнув мой столик.

— И в чем секрет?

— После этого случая я стал сам про себя иногда называть тебя годзиллой. Особенно, когда ты злишься или голодна.

— Таким огромным сильным драконом, который крушил Токио? — уточнила Пак Сумин.

— Ну, скорее это радиоактивный динозавр. Но да, он очень сильный, и все разрушал вокруг себя. Прямо как ты поступила с моим кофе.

— И в этом твой секрет?

— Ну да. Я предупреждал, что он тебе может не понравится. Как и другие.

— Да нет, нормально. Мне такое подходит. Я бы хотела быть огромным сильным динозавром, чтобы растоптать этот проклятый город. Или хотя бы мою семейку. И триаду. И кого угодно, — ответила Пак Сумин.

Руки девушки скользнули по моим плечам, и в следующий момент она обхватила меня за грудь под руки, будто столб, за который пыталась сейчас удержаться.

— Ты не обиделась?

— У меня никогда не было таких милых прозвищ, — ответила девушка.

— А какие были?

— Косоглазая сучка, например.

— Это когда ты училась в Европе?

— Да.

— Сраные расисты.

— Ну, мы тоже недолюбливаем белых.

— От них воняет.

— От тебя сейчас тоже воняет.

— И от тебя.

— Я пыталась сходить в душ, там полотенец нет.

— Я позову горничных, пусть принесут.

Тишину спальни внезапно разорвало утробное рычание живота Пак Сумин, отчего девушка, казалось, едва не расплющила собственное лицо о мою грудину. Во всяком случае, уткнулась в меня она с такой силой, что мне даже стало больно.

— Ты когда в последний раз ела?

— Вчера утром? Не помню.

— Давай я что-нибудь закажу.

— Просто завари лапши.

— Тебе нужно нормально поесть. Да и я бы перекусил чего-нибудь жирного.

— По запаху чувствуется. Ты хоть там нас не опозорил перед коллегами?

— Думаю, что нет. Во всяком случае все запомнят менеджера Кима.

— А он что учудил?

— Спал в обнимку с костром.

— А он знает толк в отдыхе на природе, — хихикнула Пак Сумин.

— Это точно, — с улыбкой ответил я. — Рис с тушеной свининой?