Александр Якубович – Специалист технической поддержки 2 (страница 20)
На пороге стоял Мун Джин и даже через всю комнату я видел, как глаза мужчины наливаются кровью.
— Мун Джин! — воскликнул я, поднимая перед собой руки и показывая, что я вовсе не приставал к госпоже Юн Хян Ми. — Послушай, тут такое…
Платье госпожи директора, которое я до этого момента помогал придерживать, теперь свободно скользнуло по ее тонкой фигуре, падая на пол. Госпожа Юн Хян Ми от неожиданности вскрикнула, пытаясь поймать свою одежду, я же повернул голову и увидел, что, оказывается, она все это время была без белья. Во всяком случае, без верхней его части, что, впрочем, логично, платье-то было довольно тонким и лишние лямки тут ни к чему…
Закончить мысль я не успел. Кулак Мун Джина влетел в мое лицо, словно огромная кувалда. Я отчетливо услышал треск ломаемого носа, а мои ноги оторвались от пола. Сейчас здоровяк, который непонятно каким образом сумел пересечь всю комнату за секунду, одним ударом отправил меня в свободный полет.
Едва я приземлился на пятую точку, то буквально шкурой почувствовал направленный на меня ствол пистолета. Мун Джин оказался горячим парнем и сейчас был готов пристрелить меня за то, что я прикоснулся к его женщине.
Спас меня звук хлесткой пощечины и, к удивлению, получил ее не я. Госпожа Юн Хян Ми от души влепила Мун Джину, едва смогла справиться с собственным платьем.
— Убери эту дрянь! — скомандовала женщина, указывая пальцем на пистолет в вытянутой руке мужчины.
— Сейчас, только шлепну одного таракана и…
— Джин! Прекрати! — прокричала госпожа Юн Хян Ми. — Это я виновата!
Я посмотрел снизу вверх на эту парочку, параллельно пытаясь остановить кровь, которая начала хлестать из сломанного носа.
— Мы просто водили за нос наблюдателя, — сказал я Мун Джину. — Госпожа Юн Хян Ми рванула в сторону спальни и вышла на линию окна, пришлось импровизировать.
— И поэтому ты полуголый? — холодно спросил Мун Джин, игнорируя повисшую на его плече Юн Хян Ми.
— Это была не лучшая импровизация, но какая есть, — ответил я. — Если ты не забыл, нам все еще нужно в китайский квартал.
Только сейчас я увидел подчиненного Мун Джина, который стоял в дверях и изо всех сил делал вид, что нашел на потолке что-то крайне интересное.
Мун Джин повернул голову на Юн Хян Ми. В ответ она тут же недовольно поджала губы, но после просто покрепче схватила плечо мужчины. В итоге здоровяк сдался, опустил пистолет и спрятал оружие в кобуру под пиджаком.
— Что вы вообще задумали? — подала голос госпожа директор.
— Сейчас не могу объяснить, — ответил Мун Джин, подходя ко мне поближе. — Запрокинь голову, нет времени.
— На что? — спросил я.
— На любезности, — ответил Мун Джин, одной рукой хватая меня за челюсть, а пальцами второй — за сломанный нос.
— Подожди… — только успел сказать я, как здоровяк со знанием дела крутанул кистью руки, с жутким звуком вставляя сломанную кость на место.
От этой манипуляции у меня в глазах опять потемнело, а из глаз брызнули слезы.
— Завтра будешь похож на панду, — сказал Мун Джин, — а пока вроде более-менее…
— Если бы кто-то сдерживался, то не…
Я глянул на Мун Джина и предпочел все же заткнуться. Он все еще был вооружен и при этом минимум вдвое крупнее меня самого. Людей таких размеров просто опасно бесить, если у тебя в руках нет какой-нибудь увесистой стреляющей палки. Потому что даже пистолет эту тушу остановит вряд ли.
— Я позвоню, когда довезу Кан Ён Сока в порт, пока ничего не предпринимай, все под контролем. Оставайся здесь, — сказал через плечо Мун Джин госпоже директору, когда мы оба уже выходили из квартиры.
Я кое-как застегнул ремень на брюках и набросил на плечи рубашку. Кровь продолжала хлестать, не помогали даже одноразовые платочки, которыми я заткнул ноздри.
— Ты! — он посмотрел сверху вниз на подчиненного. — Снимай рубашку, потом пройдись по квартире, убедись, что везде закрыты шторы. Сделай довольный вид.
Подчиненный Мун Джина мелко кивнул и стал раздеваться.
Уже на пороге Мун Джин бросил виноватый взгляд на госпожу директора, но так ничего и не добавил. Я же уже стоял в коридоре и ждал здоровяка.
Спустились на паркинг молча. Точно так же молча уселись в машину.
— На, попробуй этим, — сказал Мун Джин, протягивая мне свой носовой платок.
Салфетки совсем размякли и я рисковал залить кровью всю грудь.
Пока я утирал нос, Мун Джин наклонился к бардачку и выудил какую-то банку с таблетками.
— Две сейчас, чтобы унять боль, и еще по одной каждые четыре часа. Но не больше, а то кайфанешь и тебя совсем размажет, — ответил мужчина.
— Мне бы что-нибудь обычное…
— А это оно и есть. Обычный ибупрофен с псевдоэфедрином, просто дозировка конская. Еще и кровь должно остановить, во всяком случае, отек будет не таким сильным. У тебя же нет аллергии? — спросил Мун Джин, выруливая с парковочного места.
— Сейчас и проверим, — ответил я, закидывая в себя пару таблеток.
Как я буду с таким лицом вести переговоры с триадой — отдельный вопрос, озвучивать который не очень хотелось. В любом случае, пусть и с осложнениями, из квартиры я выбрался. В кармане два телефона — мой и Пак Сумин — рядом Мун Джин. Госпожа Юн Хян Ми немного в курсе происходящего, но пока не звонит своему отцу. У меня все получится, обязано получится. Главное, чтобы в триаде сидели не безумцы, а люди, с которыми можно договориться.
Глава 12
Китайский квартал не спал. Ночные улочки были освещены многочисленными фонарями, сновали продавцы и туристы, местные зазывали посетителей в заведения. Тут кипела жизнь, хотя, казалось бы, время было уже довольно позднее — полчаса до полуночи. Тихо тут станет только ближе к трем, когда последние пьяные посетители небольших ресторанчиков вывалятся на свежий воздух и пойдут ловить такси, а улицы заполнятся трудолюбивыми китайцами, которые начнут мести самые проходные места, таскать коробки с продуктами и заниматься прочими делами, готовясь с завтрашнего же утра вновь принимать гостей. Сейчас было лето, высокий сезон, Сеул полнился европейцами, которые с удовольствием впитывали все азиатское, и китайский квартал делал на этом хорошие деньги.
Мун Джин припарковал машину недалеко от центральных ворот в квартал — напротив высокой яркой арки, выполненной в традиционном китайском стиле — приоткрыл окно и, совершенно не стесняясь меня на пассажирском сидении, достал мятую пачку сигарет из отсека в подлокотнике и закурил.
— Будешь? — спросил здоровяк, протягивая пачку.
В армии мне доводилось время от времени курить. На севере вообще много курили. Китайских сигарет, местных, самосада, которым торговали на рынках женщины. У меня по юности было не самое крепкое здоровье, так что я если и курил, то изредка, в компаниях, или когда альтернативой этой пагубной привычке была работа.
— А давай, — ответил я, потянув за рыжий фильтр сигарету.
Чиркнула зажигалка, я затянулся и тут же с непривычки закашлялся.
Мун Джин же в очередной раз присосался к сигарете и выпустил огромное облако удушливого дыма.
— Юн Хян Ми ругается, если от меня пахнет табаком. Говорит, воняет как от псины, — внезапно сказал мужчина. — Вот в последние месяцы и не курю. Хотя ее папаша дымит, как паровоз.
— Может, поэтому и ругается, — ответил я, щурясь от едкого дыма. Вторая затяжка пошла легче.
Не стоит увлекаться этой дрянью, ничего хорошего, как и с алкоголем, от них не поимеешь. Только проблемы с дыханием. И зубы посыплются.
— Думаю, на электронки перейти, — продолжил здоровяк. — Пахнут приятно, вкус интересный, да и вреда вроде нет. Что скажешь?
— Видел пару раз, но не думаю, что это полезно, — ответил я, неловко сбрасывая пепел через небольшую щель в окне. Половина, ожидаемо, просыпалась обратно, на дверь автомобиля, но Мун Джин этого даже не заметил.
— Как таблетки, подействовали уже? — спросил здоровяк.
— Вроде подействовали, — ответил я. Никотин ударил по мозгам и вызвал легкое головокружение, на грани с тошнотой. Какими бы хорошими не были сигареты, это все равно отрава. Но я так устал за этот день, что мне было плевать. Если бы предложили выпить — я бы выпил. Сейчас же вся моя голова была эпицентром пульсирующей боли из-за перенапряжения и сломанного носа, хотя таблетки и сигарета эту боль чуть притупили.
— У тебя точно есть план?
— Ничего не изменилось. Я просто пойду туда и найду этого Ма Донга, а потом солью ему Ким Аран.
— А если они не станут слушать? — спросил Мун Джин.
Я бросил короткий взгляд на мужчину, но ничего не сказал. Все уже было обсуждено и договорено. Если у меня не получится договориться с триадой, то тогда пусть подключают Пак Ки Хуна и Юн Донджина. Правда для меня лично это не сулило ничего хорошего, впрочем, как и для Пак Сумин.
— Интересный ты человек, Кан Ён Сок, — сказал он. — С виду совершенно обычный парень, а вон как…
— Во время кризисов люди раскрываются с неожиданной стороны, — ответил я, затягиваясь в последний раз и бычкуя едва скуренную на половину сигарету в автомобильной пепельнице рядом с рычагом коробки передач. — Я пошел.
Открыв дверь, я ступил на еще теплый после жаркого летнего дня асфальт улицы.
— Эй! Держи! — крикнул Мун Джин, бросая через открытое окно полупустую пачку с зажигалкой внутри. — Таблеток много не пей, а сигареты потом помогут отвлечься если что. Ну, или просто пригодятся. Все китайцы курят.