Александр Яковлев – Три столетия реформ и революций в России (страница 4)

Но кризис был вызван не только материальными причинами. Русское государство оказалось отрезанным от бурно развивавшегося европейского мира, его культуры, науки и экономики.

Митрополит Киевский Петр Могила (1596–1647) заботился о возрождении церковного образования и книжности. Но Катехизис, «Православное исповедание кафолической и апостольской Церкви Восточной», он был вынужден написать в 1640 г. на латинском языке с использованием катехизисов католической церкви. В то же время ослабли и связи с православным Востоком, где после падения Византийской империи в 1453 г. христианские церкви боролись за выживание, не развивался потенциал православной культуры, более того, «вера у греков пошатнулась» вследствие заключения союза с католиками (уния) на Ферраро-Флорентийском соборе в 1439 г. Уния, на которую вынужденно пошла Византия, привела к активному взаимообщению с Западом, но также побудила Русь к необходимости искать ответы на его вызовы.

Внутри страны авторитет государства и царской власти был сильно ослаблен борьбой в царской семье между группировками Милославских и Нарышкиных, а также церковным расколом, возникшим вследствие мер патриарха Никона по исправлению церковных книг и обрядов, поддержанных царем. Но действия раскольников (сторонников верности «старым», как они считали, церковным обрядам) пошатнули монопольное положение правящей православной церкви в духовной жизни русского общества. За старину были низший клир и часть народных масс, за реформы Никона – высшая церковная иерархия, по сути, отвергавшая старый уклад русской жизни и предлагавшая по выражению прот. Павла Хондзинского «выход из замкнутости культа к открытости культуры».

Смута начала века настолько сильно потрясла русское общество и государство, что оказывалось невозможным вернуться к первоначальному состоянию. И хотя в политическом плане поляки были изгнаны, польское влияние в культуре оказалось сильным на протяжении всего века. Такого рода вестернизация проявлялось как в богословии через книжников Киево-Могилянской академии, так и в бытовой культуре (польская мода, мебель в польском стиле, вплоть до обыкновения писать русские слова латинскими буквами).

Все это можно назвать проявлениями кризиса системы, из которого видны были два выхода: дальнейшая стагнация, хаос и распад государства на отдельные части или проведение коренных реформ, замена старой общественной системы на новую.

Сознание неблагополучия в стране, усиление внешнего давления с Юга и Запада, побуждали власть к действиям, которые, однако, не выходили за рамки существовавшей системы. Налоговые и административные реформы (введение подворного обложения в 1679 г., уничтожение местничества в 1682 г., дальнейшая централизация аппарата управления) или создание первого высшего общеобразовательного учебного заведения в 1680 г. Славяно-греко-латинской академии не могли ликвидировать нараставшее отставание России от передовых стран.

Дальше в осмыслении задач развития России пошел князь В.В. Голицын (1643–1714 гг.). Видный государственный деятель и «ближний друг» царевны Софьи Алексеевны был по духу европейцем. Его план «о поправлении всех дел, яже надлежит обще народу» основывался на опыте западноевропейских держав, прежде всего Англии, Голландии и Франции. Принципиальное отличие голицынского плана от намерений его предшественников состояло в том, что предлагались уже не отдельные реформы внутри системы, а реформа самой системы.

Насколько известно, Голицын предлагал начать с освобождения крестьян от крепостной зависимости, предоставив им обрабатываемые ими участки земли. На дворянах оставалась обязательная и наследственная военная служба. Предполагалось ввести широкие начала просвещения, в том числе регулярное направление дворянства за границу для обучения военному делу и наукам. Намечалась административная и экономическая реформы, создание обстановки веротерпимости, открытие границ страны, проведение перемен в судопроизводстве. Все это должно было привести к изменению социального строя и духовной жизни общества, т. е. поднять его на качественно новый уровень, сопоставимый с уровнем Англии и Франции.

Реально же реформатор успел немногое. Отменено местничество, выросла торговля, развивались ремесла, был наведен некоторый порядок в отправлении правосудия, появилось обучение наукам и иностранным языкам; в деревянной Москве за семь лет было построено более трех тысяч каменных домов; в страну приехало несколько тысяч иностранных офицеров, солдат, мастеровых, лекарей. Появились богатые торговцы и заводчики, рос мелкотоварный уклад. Но некоторые уступки горожанам и крестьянам вызвали сильное недовольство дворянства, что привело к устранению царевны и ее фаворита от власти.

«Сознание экономической несостоятельности, ведшее необходимо к повороту в истории, – писал С.М. Соловьев, – было тесно соединено с сознанием нравственной несостоятельности. Русский народ не мог оставаться в китайском созерцании собственных совершенств, в китайской уверенности, что он выше всех народов на свете, уже по самому географическому положению своей страны: океаны не отделяли его от западных европейских народов». Более того, «стало очевидно, что во сколько восточные соседи слабее России, во столько западные сильнее». Обозначенный историком психологический фактор имел и другую сторону. Когда Борис Годунов предложил призвать из-за границы учителей, то консервативное духовенство возразило, что это «нельзя, опасно для веры»; когда же иностранцы приезжали на Русь, то их селили в специальных поселениях, отдельно от местных жителей (Немецкая слобода в Москве). Таким образом, к концу XVII в. была осознана объективная потребность в преобразованиях, были проведены некоторые частичные реформы, но в правящих и господствующих слоях общества сохранялось относительное равновесие между сторонниками и противниками коренных перемен.

В 1700 г. (по современным оценкам) уровень экономического развития России приближался к европейским показателям: Голландия: численность населения – 1,9 млн чел., объем ВВП на душу населения – 2105 долларов; Англия: 8,6 и 1513; Швеция: 1,3 и 1340; Россия: 15 и 750; Османская империя: 14,1 и 700.

«Продолжительный застой, отсталость, – писал С.М. Соловьев о том времени, – не могли дать русскому человеку силы, способности спокойно и твердо встретиться с цивилизациею и овладеть ею; застой, отсталость условливали духовную слабость, которая обнаруживалась в двух видах: или человек со страшным упорством отвращал взоры от чужого, нового… или вполне подчинялся чужому, новому…» Однако, «общество, видимо, тронулось; начались колебания, тряска, которые не позволяли пребывать в покое. Тяжелое чувство собственных недостатков, сознание, что отстали, что у других лучше и надобно перенимать это лучшее, учиться, не покидали лучших русских людей…». То было начало переходного времени. Основное значение допетровской эпохи состояло в том, что возникли понимание несовершенства тогдашнего уклада жизни и готовность выйти из изоляции, начать перемену русской жизни по образцу и подобию Европы, а главное – началась постепенная замена отдельных элементов старой жизни новыми.

Реформы царя Петра: цели и результаты

Петр I приступил сразу ко второму этапу реформ, ибо первый был уже пройден. Военная слабость государства и экономическая отсталость страны побудили его к проведению отдельных преобразований качественного характера в сферах военной, экономической и образовательной. Обращает на себя внимание бешено-неукротимая энергия государя, яростно стремившегося преодолеть все препятствия и достичь видимых ему целей. Круто и решительно началось проведение реформ внутри системы. Это отвечало созревшим нуждам страны, но лишь отчасти.

Видимые успехи царя очевидны: 1. Созданы современная армия и флот, в которых офицеры и солдаты являются профессионалами, имеющими знания и опыт для ведения боевых действий. Рекрутская система пополнения армии просуществовала более полутора столетий. Появились специальные военные учебные заведения (Навигацкая, Инженерная, Артиллерийская школы, Морская академия и др.). Создана отечественная военная промышленность на высоком мировом уровне. Сама по себе военная победа над сильной мировой державой Швецией в ходе Северной войны 1703–1710 гг. была результатом преобразований Петра, показателем возросшей силы государства.

2. В национальном хозяйстве появились современные отрасли промышленности, достигшие европейского уровня: металлургия, сукноделие, кораблестроение и др. Большое развитие получило горное дело. Всего было создано больше 200 мануфактур и горных предприятий. Было развернуто строительство каналов. Введен покровительственный тариф, ограждавший новые отрасли отечественной промышленности от иностранной конкуренции. По производству чугуна и железа Россия вышла на первое место в мире и вывозила металл на Запад.

В то же время царская власть, с одной стороны, раздавала льготы и привилегии русским мануфактористам и торговцам, а с другой – ужесточала фискальную политику (немало «прибыльщиков» специально занимались придумыванием новых налогов, которых стало так много, что не все поддавались учету). Иначе говоря, «народнохозяйственная реформа превратилась в финансовую, и успех, ею достигнутый, был собственно финансовый, а не народнохозяйственный». Крепло Российское государство, но не российский капитал.