Александр Высоцкий – Спортсмены (страница 20)
Вновь признание! Ботвинник спрашивает: где играть? Что за вопрос: конечно, в Москве. Только нужно приехать на несколько месяцев раньше, привыкнуть, посмотреть все. Скольких друзей посетить! Затуманенному слезами взору Алехина мерещились Охотный ряд, Кремль…
Ботвинник — опаснейший шахматный боец! Люпи принес запись его последних партий — как умеет этот выдающийся гроссмейстер сочетать глубину стратегических замыслов с изобретательными тактическими ударами. Ничего, я еще продержусь! Важно только хорошо подготовиться в дебютах. И Люси выполняет новые просьбы — достает партии Ботвинника последних военных лет, выписывает все книги, полезные в подготовке дебютных вариантов…
24 марта 1946 года, свежим вечером Алехин вернулся с прогулки в «Парк-отель». Портье встретил его уважительным взглядом — теперь уже этот русский не был нищим. Это был возродившийся шахматный король, о нем много пишут в газетах. Оказывается, он собирается играть матч с другим знаменитым русским, да еще в Москве. С подобострастием выслушал портье распоряжение Алехина — принести утром завтрак в десять, раньше не беспокоить…
В номере уже стоял ужин. Алехин придвинул к столику подставку для чемоданов, расставил шахматные фигурки… «Чем бы сегодня заняться? — подумал он. — Посмотрю-ка я французскую защиту, вариант с жертвами пешек очень рискован. Ботвинник его отлично знает…»
Вдруг сильная, сперва тупая, потом острая боль прорезала левую половину груди. Как будто безжалостная рука схватила сердце и медленно, но с каждым мгновением все сильнее сжимала его. Подобные спазмы случались и раньше, но на этот раз приступ был особенно болезненным.
— Что это, конец? Не может быть! — закричал Алехин, но никто его не услышал: он был один, совсем один, пустынный, холодный отель молчал.
О. Лангсепп, Е. Дмитриев
КАЛЕВ XX СТОЛЕТИЯ
Оркестр грянул марш «Гладиатор». На арену, ступая тяжело и увесисто по свежей тырсе, шагая явно не в ногу, вышли тридцать атлетов. Арбитр, в поддевке, чесучовой косоворотке, студенческой фуражке и лаковых сапогах, остановился в центре круга:
— Почтеннейшая публика! На наш мировой чемпионат французской борьбы прибыли и записались непобедимые чемпионы…
И Лебедев одного за другим представлял зрителям цирка «Модерн» борцов.
— Непревзойденный силач века, не знающий поражений победитель чемпионов, виртуоз железной игры — Георг Лурих I.
— Постой-ка, дядь Вань, — раздалось с галерки. — Он же борется нонче в Конотопе, сам афишу своими глазами видал.
— Вы меня знаете, господа?
— Знаем, знаем, — дружно загалдел цирк. Кто же не знал хозяина атлетической школы, редактора журнала «Геркулес», арбитра и знатока борьбы Ивана Владимировича Лебедева!
— Честным словом спортсмена, званием профессора атлетики заверяю, что только у нас вы имеете удовольствие видеть Луриха настоящего. Все остальные — самозванцы, делают рекламу на его честном имени. Так я говорю, Жорж?
Стоявший в общем строю борец с подстриженными под бобрик светлыми волосами одобрительно кивнул.
— Парад-ретур, — скомандовал арбитр, и арена опустела.
Георг, или, как звали его земляки, Юри, родился в 1876 году в селе Вяйке-Маарья Вирусного уезда Эстлянд-ской губернии. Полагают, что переиначенную на немецкий лад фамилию дал его крепостным предкам кто-то из остзейских баронов. Но корень ее в эстонском — luuri vedamine — так назвал народ свою древнюю атлетическую игру: по сей день во время народных праздников можно увидеть, как два дюжих молодца (природа не обделила силой эстонцев) накидывают на затылок один другому подобие вожжей. Теперь кто кого перетянет. Другой вариант этой игры — перетягивание палки.
Уже учеником Петровского реального училища в Ревеле увидел Юри в 1888 году выступления заезжих немецких атлетов. Один из них свертывал в трубку серебряные полтинники, завязывал узлом кочергу. Другой рвал полную колоду карт, уверенно жонглировал тяжелыми гирями. Показали они и борьбу.
Впечатлительный мальчуган, который из-за болезни был освобожден даже от посещения уроков гимнастики, навсегда запомнил увиденное. С детских лет восхищался Юри героями народного эпоса «Калевипоэг», которых напоминал ему его дядя Ханс. Плечистый, добродушный, он запросто отрывал от земли восемнадцатипудовый валун. Ухватив под форменный ученический ремень племянника, поднял его над головой и пронес по всему хутору.
Стать таким, как виденные им атлеты, — вот что занимало мысли мальчика. Прилежный, успевавший по всем предметам, от столь полюбившейся ему истории до наскучившего закона божия, он много тренируется. Вечерами борется на гумне с одноклассниками. Часами поднимает увесистые камни. Мальчуган настойчив. Отказывая себе в мороженом и монпансье, покупает старые гири.
Последние десятилетия прошлого века ознаменовались возрождением культа сильного человека. По городам гастролировали многочисленные труппы атлетов и борцов. Возникали частные атлетические школы, одну из которых начал посещать в Ревеле и Юри. Хилый реалистик тренировался упорно и, что еще важнее, систематически. В основанном в 1888 году атлетическом училище Густава Бёсберга он ставит первый свой личный рекорд. Заключили пари — кто больше раз выжмет гантели. Пятнадцатилетний Юри спорил, что, взяв в каждую руку по двухфунтовой гантели, поднимая их синхронно, выжмет без остановок не менее 3000 раз. Раскраснелся паренек, волосы потемнели от пота, зато и выжал гантели 4000 раз подряд!
За год до выпуска из училища Лурих стал настоящим атлетом. Репортер местной газеты «Валгус» с восхищением сообщал: «У нас в Эстонии живет 17-летний богатырь…» Г. Лурих поднял одной рукой гирю весом в 4 пуда, попросил связать вместе несколько гирь — всего 10 пудов — и поднял их с земли одним пальцем. Это в то время, как на вытянутой левой руке держал еще 95 фунтов.
Взяв увесистую четырехпудовую гирю, он двадцать раз поднял ее одной рукой, держал на поднятой вверх руке чугунную ось весом в семь с половиной пудов. «Радостно сознавать, что земля эстонская не оскудела богатырями» — так закончил свой репортаж журналист.
Получив аттестат зрелости, Юри вопреки отцу, который хотел, чтобы сын занялся коммерцией, едет в Петербург к «отцу русской тяжелой атлетики», доктору В. Ф. Краевскому. Появление эстонца в кружке Краевского, составившем целую эпоху в русском спорте, ознаменовалось двумя мировыми рекордами в поднятии тяжестей. Одного за другим уложил Лурих на лопатки и всех сильнейших борцов кружка.
— Все задатки Геркулеса, — одобрил Краевский. — Лишь бы не закружилась голова от похвал.
— Что бы вы посоветовали мне, уважаемый доктор?
— Вернувшись домой, через день тренируйтесь в народной борьбе на поясах. Работайте с гантелями. Укрепляйте легкие, борцу нужна выносливость. Обучаться приемам борьбы советую у Пытлясинского.
В те времена соревновались и в таких упражнениях, как перетягивание каната (причем частенько атлету противостоял верблюд), удержание борцом нескольких человек на «мосту». Георг становится профессионалом. Это было в те годы единственно возможным путем в большой спорт. Выход молодого эстонца на российскую арену в 1896–1397 годах принес ему сначала звание «Первого борца России», «Атлета-чемпиона России», затем и «Чемпиона мира по поднятию тяжестей одной рукой». Газета «Валгус» информировала: «Если до сих пор Ревель гордился самым высоким в России строением — башней церкви Олевисте, то теперь он может гордиться самым сильным человеком России — Георгом Лурихом».
Силачом силачей почитался тот, кто мог в положении стоя поднять самый большой вес. Лурих стал известен в этом упражнении, когда ему не было и двадцати лет. Но именно тогда и побил он в железной игре рекорды популярнейшего силача Моора-Знаменского. Молодой эстонец толкает двумя руками штангу весом в 112 килограммов. Но это еще не все…
Переложив ее в правую руку, поднимает с помоста еще гирю в 37 килограммов, выжимает и ее. «Вес взят!» — раздается голос арбитра. Атлет поднял и удержал 149 килограммов, что было тогда третьим результатом в мире.
В те годы не было в спорте нынешней специализации, любой борец выступал и как гиревик. В Лурихе на редкость удачно сочетались сила с ловкостью, чему немало способствовала выработанная им система каждодневной подготовки, он предвосхищает в ней многое из того, что получит обоснование лишь в наши дни. Рост его за 10 лет со 150 сантиметров увеличился до 177, вес с 50 до 90 килограммов.
В родной Эстонии, где выступали преимущественно иностранные атлеты, его называют «потомком Калева», он становится как бы символом народной силы.
Во время турне 1897 года по городам Малороссии, Таврической губернии и Бессарабии Лурих побеждает всех соперников, в том числе и своего учителя Пытлясинского, считавшегося одним из лучших в технике борьбы. Но лопатки самого Юри ни разу не коснулись пола.
Жизнь циркового атлета была немыслима без рекламы; как и любому другому борцу того времени, приходилось выступать с демонстрацией трюков и Георгу. Но все его внешне эффектные трюки были плодом долгих тренировок.
На глазах остолбеневших зрителей поднимает он на спине коня со всадником; став на «мост», удерживает на себе четырех крупных мужчин и в это же время выжимает многопудовую штангу; проносит по арене на вытянутой руке пятерых униформистов.