Александр Воронцов – Тюремные каникулы (страница 4)
И это срабатывало. Тридцать лет таким образом украинские власти оправдывали собственное ничтожество, вороватость, свои преступления и свою убогость. А последние восемь лет украинцам так засорили мозги тотальной пропагандой, которая обрушилась не только из официальных СМИ, но и из социальных сетей, что чёрное для них стало белым, а белое – чёрным. Соответственно, согласно заветам Германа Геринга, русских сделали злейшими врагами. Точнее, сначала россиян. А затем врагами стали все русские и даже украинцы, которые разговаривали на русском языке. Неудивительно, что когда жители Донбасса возмутились тому, что в Киеве произошел государственный переворот и президент Янукович, который, кстати, был выходцем из Донбасса, был незаконно отстранен от власти, в Киеве развернули массовую травлю против жителей этого региона. Ну как тут не процитировать Геринга? «Любым народом очень легко управлять – надо сообщить, что на него собираются напасть, показать ему врага, а всех пацифистов объявить непатриотами». Именно так все на Украине и произошло…
Саня это понимал. Но, к сожалению, таких, как он, в Украине осталось очень мало. Нет, не простых граждан, а именно профессиональных журналистов. И очень немногие осмеливались поддерживать его позицию публично – боялись. Орлов же не боялся говорить и писать правду. И очень скоро убедился, что зря он не боялся.
Глава 5. Репортаж с мешком на голове
Вечером во вторник 8 марта Саня Орлов находился у себя в квартире и собирался ужинать. Внезапно в дверь позвонили. Понимая, что время сейчас тревожное и гостей он не ждал, Саня решил не открывать. Но чуйка внутри просто орала благим матом – «Тревога!» И когда через несколько секунд звонить стали снова и снова, Орлов понял – это пришли за ним. И стал быстро удалять с телефона переписку и другую важную информацию. Параллельно успел стереть некоторые файлы в ноутбуке. В принципе, ничего такого, что можно было бы квалифицировать, как преступления против Украины, у Сани не было – он просто писал статьи и делился информацией в соцсетях. Правдивой информацией. И всегда показывал разные точки зрения. Но даже тот факт, что украинский журналист пишет правду, уже был поводом для репрессий. Ведь правда в Украине была только одна – украинская. А все остальное – ложь. Ну а если украинский журналист еще и публикуется в российских СМИ – это уже даже не измена, а шпионаж, продажа Родины и растление украинского населения. Поэтому первым делом Орлов уничтожил файлы со своими статьями и прочие «шпионские» атрибуты.
Еще теплилась надежда, что пришли случайно, что потрезвонят и уйдут, но… в дверь стали уже не звонить, а стучать. Видимо, соседи открыли входную дверь в тамбур, потому что стучали уже непосредственно в его дверь. И не только руками. То есть, пришли явно за ним.
Странно, но страха не было. Было любопытство и какое-то отрешенное спокойствие. И некий интерес – а что будет дальше? Как будто Саня наблюдал за собой со стороны.
Когда за дверью раздался голос «Откройте, полиция!», надежда на то, что это ошибка, окончательно умерла. И после криков «Откройте, а то будем ломать дверь» Саня решил открыть. Потому что дверь было жалко.
Открыв дверь, Орлов успел заметить толпу вооруженных людей в камуфляже, но вот полицейских не увидел. Впрочем, незваные гости просто не дали Сане рассмотреть себя повнимательнее, а сразу повалили его на пол, одели наручники и поволокли в комнату. Пока волокли, он успел заметить, как «камуфляжные» рассыпались по квартире – искали оружие.
Оружия у Орлова не было. Это, видимо, расстроило одного из «гостей», потому что он с криком «Так ты пишешь, что украинская армия стреляет по домам» заехал Сане ногой в ботинке по голове. Поскольку к подобному разговору он был давно готов, то успел наклониться вперед и удар пришелся по верхней части черепа. Но после первого удара последовали еще несколько, поэтому пришлось со скованными за спиной руками немного сгруппироваться, чтобы подставлять под удары наименее уязвимые части тела. Это заметили и нахлобучили ему на голову полиэтиленовый пакет. Стало труднее уклоняться от ударов и пару раз прилетело довольно сильно куда-то в область виска. Но то ли били не в полную силу, то ли Санина голова была привычна к такого рода разговору, но больших проблем он не получил – челюсть не сломали и зубы не выбили.
При всем при этом разговор шел не только при помощи языка жестов. То есть, ворвавшиеся в квартиру использовали не одни только руки и ноги, но и свой речевой аппарат. И стали задавать вопросы. Из которых Орлову стало понятно, что все претензии к нему выражаются только в том, что он писал в фейсбуке и телеграмме не ту информацию, которую выдавали украинские СМИ. А посетившие Саню камуфлированные «герои Украины», которые не представились и не предъявили документы, в корне не согласны с его позицией по вопросу боевых действий российских и украинских войск.
При этом у этих людей не укладывалось в голове, что у кого-то может быть иной взгляд на эти события, нежели в украинских изданиях или в речах представителей украинской власти.
«Когда тебя завербовали?» – этот вопрос был самым главным среди других. Но так как Орлов не кричал «Слава России!», не спорил с агрессивно настроенными украинскими патриотами, защитниками или кем они там являлись, то постепенно бить его перестали, а стали разговаривать. Тем более после очередного удара в голову Саня резонно заметил, что если разговор будет продолжаться в таком же ключе, он скоро не сможет отвечать на вопросы «гостей». Потому что бьют они в основном по голове, а в ней находятся мозги. И если их из его головы выбьют, то любопытные «патриоты» не смогут получить ответы на свои вопросы.
«Мы тебя еще не били!» – заявил один из «гостей».
Но бить по голове перестал. Удары стали наносить по печени и по почкам. Параллельно шел обыск. Наверное, искали расписки о сотрудничестве с ФСБ. Нашли USB-накопитель, старый пленочный фотоаппарат и 6 тысяч гривен, которые Саня недавно снял с карты Приватбанка, потому что не смог перевести их своим детям. Эти деньги заинтересовали ведущего допрос молодого парня, который, по его словам, с 2014 года ловит таких, как Орлов.
Кстати, как Саня успел заметить, пока ему на голову не надели мешок, все, кто ворвался с оружием в его квартиру, были не старше 30 лет. Ну, было им лет по 20-25. Потому и разговаривал он с ними спокойно, отвечал на все вопросы подробно и не «качал права». Как будто такие вот «посещения» Сане не в новинку и каждый вечер с ним приходят «побеседовать» люди, вооруженные автоматами. А он, закованный в наручники, просто обожает этот патриотический БДСМ.
В общем, когда стали интересоваться, откуда деньги, как Орлов их зарабатывает и на что живет, подробно рассказал, что работает тренером по смешанным единоборствам, что дети живут в Португалии, что пишет в фейсбуке то, что думает и так далее. Тем временем, незваные гости перевернули в квартире все вверх дном и, конечно же, выложили все документы. В том числе и диплом института физкультуры, грамоты и медали, альбом с фотографиями и так далее Телефон у Сани сразу отобрали, в ноутбук залезли, но указаний от Путина там не нашли. Тем более, что из разговоров он понял – за его творчеством в соцсетях эти ребята внимательно следили.
Но понял Орлов еще одно – это была не киберполиция и не СБУ. Потому что они потребовали от него логин и пароль для входа в его акаунт в фейсбуке. А поскольку Саня его не помнил – ответил, что давно пользуется автозаполнением – то один из «гостей» нахлобучил ему на голову еще один мешок и стал его затягивать на шее. Чтобы Орлов не смог дышать и выдал «важную» информацию. Дышать стало труднее, но вспомнить пароль Саня все равно не смог. Равно как и не смог вспомнить, кто же его завербовал.
Тогда допрашивавшие сменили тактику – в голову Орлову ткнули чем-то железным. Он понял, что это был ствол автомата. И услышал, как передернули затвор и задали вопрос: «Говори, с…а, когда был завербован, считаю до трех».
Орлов знал, что уже в Киеве были случаи расстрела гражданских без суда и следствия, поэтому был готов и к такому финалу. Страха не было. Совсем. Видимо, где-то внутри не верилось в то, что эти клоуны – а Саня уже был уверен, что к нему вломилась не полиция и не СБУ – смогут его вот так застрелить. Хотя и не исключал такой возможности. Поэтому попросил, если будут убивать, дать возможность попрощаться с дочкой. Тогда дуло автомата убрали с головы, но приставили к ноге. И пообещали прострелить колено, если Саня не ответит, кто его завербовал. Тут уж он не выдержал:
«Если бы я был завербован, то жил бы я на вот эти несчастные 5 тысяч гривен в месяц? И сдавал бы комнату в своей квартире оттого, что тупо не хватало денег на жратву?!»
Странно, но это почему-то убедило. Правда, направивший ему в колено автомат все же решил Саню докошмарить и нажал на спусковой крючок. Раздался щелчок.
«Это было предупреждение», – сказал невидимый Орлову «собеседник».
Если бы эти доморощенные следователи были профессионалами, то поняли бы – если допрашиваемый не видит автомат и человека, который якобы сейчас прострелит ему колено, то он не будет боятся так, если бы он его видел. Ну, ткнули какой-то железякой в голову или в колено – и что? Может, это разводной ключ? Когда в одном из своих репортажей Орлов описывал свое задержание полицией – по сути, такими же молодыми отморозками, то там он видел их лица и их пустые глаза. И тогда было страшно – ЭТИ реально могли застрелить. А у этих Саня не видел лица, а истерика в их выкриках постепенно исчезла. И было уже любопытно – а что дальше?