Александр Воронов – На берегу Судьбы (страница 8)
На холке клочками разрушилась шерсть,
Ей хочется выть, но сильней всего – есть!
Хозяина нет, нет людской теплоты,
Ночует не в будке, а в куче травы,
Где вместо подстилки – изгаженный мох.
Там точно такой же вчера пёс издох…
Все лапы замёрзли и рана в боку,
А хрипы в груди заглушают тоску.
Тоску по безоблачной жизни в семье,
Где тёплые руки хозяина есть.
Где можно надёжную службу нести,
Где каждый погладит тебя по шерсти́.
В семье, где собаки счастли́во живут,
Едят из тарелки и кости грызут…
Споткнувшись о камень, вернувшись из грёз,
Пёс вспомнил про боль, облизал мокрый нос,
Поджал одну лапу и дальше опять
По мокрому снегу побрёл ковылять…
Куда?
Сквозь толщу асфальта, пробившись, росток,
Не смотрит на Запад, растёт – на Восток!
Нам не страшна Московская жара!
+33… + 35… + 38…
Палящий зной, аж плавится бетон,
Но мы работаем, и прибыль мы приносим,
Мы стойкие! Мы – офисный планктон!
Московская подземка
Все ниже, ниже,
Глубже, глубже,
Под странный шум,
Под скрип натужный.
Туда, где рокот голосов,
Где детский плач,
Где всхлип носов,
Где смотрит бабушка хитро,
Спускаюсь я в тебя – МЕТРО!
Философская лирика
Жизнь в песочных часах
Жизнь в песочных часах по крупинкам
Падает, падает вниз…
Время, собравшее эти песчинки
Гонит их в вечный круиз.
За поворотом стекла – повороты,
День устремляется в ночь.
Крутятся пылью в часах без заботы
Годы, ушедшие прочь!
Не дано…
С тоскою смотрит муравей
Туда, где не был…
Он хочет крылья поскорей
Расправить в небо!
Но крыльев этих дать ему
Судьба не может…
Тому, кто ползает внизу,
Летать негоже!
Счастье – жить!
В час тревоги или день покоя
Я невольно думаю о том,