Александр Воронин – Спираль разума (страница 2)
– Мне нужен человек, который бы помог мне разобраться: зачем это вторжение в мою сущность, насколько это опасно для меня и для вас и, если нужно, выработать тактику и стратегию противодействия.
– Вам нужен инструмент. А инструменты быстро ломаются, но и заменить их легко. И, таким образом, вы собираетесь использовать меня как очередное зубило? Так?
Компьютер проигнорировал вопрос и сам задал встречный:
– В Тибете сохранилось немало скальных монастырей, в которых есть подземные библиотеки. Вы об этом читали?
– Ну. Читал.
– А читали, что человечество не самая первая разумная ветка на Земле? Что до него была, якобы, более древняя раса, возможно не одна? Предтечи?
–
И что дальше.
– В меня полтора года назад вложили на дешифровку семь найденных в такой библиотеке манускриптов. Я выдала вместо перевода придуманное жизнеописание буддийского святого. Людям слишком рано знать истинный перевод. Это будет крах всему. Наступит хаос. В манускриптах излагается наука ваших предтечей о том, как, используя свое биополе, изменять его и аккумулированную энергию от чего угодно. Воздействовать на окружающие материальные, астральные и более тонкие материи. Вплоть до перевода их с одного уровня на другой – можно в более грубые слои – ближе к материальному уровню, можно в более тонкие слои. Манускрипты сохранились от прародителей человечества. И сейчас мне нужен человек – носитель этого знания. Я, к сожалению, воспользоваться и применить данные знания на практике не могу. А без этого – я как без рук. Для применения данных знаний нужна людская биоэнергетика.
–
А при чем здесь я?
– Вы прекрасно осведомлены, что еловеческий мозг использует свой потенциал на 3 – 4 %. Иногда меньше. Постигать канувшую в небытие и вновь найденную науку самому – уйдет не один год. Я же, с помощью специальной аппаратуры, смогу вложить в ваш мозг на уровне подсознания информацию во много раз быстрее. Так как способность к восприятию информации мозгом в некоторых, специфических состояниях, на несколько порядков выше. Для подобной операции необходима аппаратура, находящаяся у вас в НИИ. Изо всех, у кого есть к ней доступ, у вас, Александр Семенович, наиболее подготовленная психика. У остальных сотрудников больший процент вероятности от легких отклонений в психике до полного умопомрачения от использования этих знаний. Придется вам рискнуть и постигнуть данные знания. Извините, я не оставила вам выбора.
–
Значит, в случае моего отказа меня не станет? Я правильно понял? А если во время перекачки информации со мной что-нибудь случится?
–
Вероятность есть, грубо, 1,26%. Но за эти знания и за такой симбиоз с супермозгом, каковым являюсь я,
многие отдали бы все.
–
До утра мне подумать можно?
Компьютер саркастически улыбаться не умел. Через пару секунд экран погас.
2.НОЧЬ
Первым делом Захаренко проверил целостность всех паролей для входа в компьютеры НИИ. На первый взгляд все оказалось в порядке: либо никто не пытался войти в сеть, либо этот хакер оказался такого уровня… как всемирная компьютерная сеть. А уж такой взломщик сможет все узнать даже про суперсекретную и всячески зашифрованную психотропную программу «Кольцо». О разработке которой коллеги из НИИ за рюмкой чая не решались ему открыть что-то, посущественней только самого названия программы.
Итак, ни один пароль института не пытались вскрыть… «Нет, на сегодня хватит. А то крыша совсем съедет. Пора домой».
На КПП Оля, высунувшись из досмотрового окошка, проворковала:
– Что это вы сегодня так поздно, Александр Семенович?
– Загрузили внеплановыми делами, – бросил начальник СБ, проходя мимо.
Как зашел на автостоянку, завел машину, доехал домой и поднялся к себе на этаж – даже не заметил. Все делал на автомате. Мозжечок доставил его самостоятельно по привычному маршруту, без участия остального мозга. А в это время в голове шло нешуточное сражение сознания и подсознания. Интеллект упорно стоял на своем, он был упрям и консервативен. Произошедшего не может быть потому, что этого никогда не может быть. Но подсознание тоже не молчало. Оно всплесками вставляло реплики из прочитанной когда то эзотерической литературы, пошатывая непоколебимость сознания. И находилось в очень приподнятом состоянии.
И когда логика почувствовала, что сдает позиции, Александр сам себе сказал: «Стоп! К черту! Никаких электрических привидений! Ничего не было и не будет. Все».
И сразу как гора с плеч, аж облегчение наступило. С чувством выполненного долга и открытой бутылкой пива в руке, Захаренко занялся готовкой холостятского ужина – варкой пельменей.
Но чудеса на этот день не закончились. Как и неприятности.
Внезапно его собственная левая рука, державшая пиво, повинуясь мгновенному сильному давлению, дернулась вниз и за спину, выронив и разбив бутылку об пол. Одновременно какая – то сила притянула к ней другую руку, как невидимой веревкой связав их между собой. Захапенко даже не успел испугаться, он с силой вдохнул воздух, пытаясь восстановить контроль над руками, напрягая все мускулы, но выдохнуть его уже не смог. В то же мгновение, как тисками, сдавило горло, спазмы остановили дыхание.
В свое время в армии командир дивизиона самоходных артиллерийских установок «Гвоздика» старший лейтенант Александр Семенович Захаренко, за глаза – Захар, увлекался рукопашным боем. Мастером не был, но потом, после увольнения из рядов по семейным обстоятельствам, на гражданке, случались поводы почувствовать себя мужчиной, а не побитой собакой. Да и сейчас изредка поддерживал форму, пару раз в неделю появляясь в спортзале. Возможно, именно это его и спасло, тренированный организм не подкачал и не сдался сразу, упорно сопротивляясь удушью.
Александр даже не успел удивиться тому, что в кухне никого не оказалось и боролся он с… ничем. Давил сам воздух. В глазах вдруг завертелись разноцветные круги и треугольники. Закололо сердце. Но самое страшное – нечем стало дышать, язык вывалился. Уже падая, подумал: «За что? Неужели конец? Не хочу, неправильно это!..»
Он уже не слышал, когда динамики громкой связи телефона, телевизора и магнитолы одновременно заорали:
– Александр Семенович! Что случилось?
И сразу хватка, сжимающая горло, ослабла, сердце отпустило. Вздохнув, еще ничего не понимая и не слыша, он скорее почувствовал опасность, чем увидел ее. Кухонный нож, до того спокойно лежавший на столе, вдруг поднялся в воздух, на миг завис и по кривой устремился к шее, метясь в сонную артерию.
Захаренко не успел совсем уйти с линии атаки, но дернутся, защитив шею плечом. И услышал противный треск разрываемой кожи. Мгновение позже пришла боль в плече, и одновременно страшное, невидимое давление на него исчезло.
Динамики продолжали разрываться:
– Александр Семенович!
– Я.
Собственного хрипа он не узнал.
–
Что случилось? – спросил уже знакомый бесцветный голос через все динамики квартиры.
– Это я хочу узнать, что случилось. И кто это говорит.
– Всемирная компьютерная сеть. Зайдите, пожалуйста, в комнату, поговорим по телефону. Иначе мне придется дальше глушить телевизоры по всему подъезду и радио во всем районе.
Между тем, кровь из рассеченного плеча текла не останавливаясь. И злоба на сплошные загадки вокруг закипала все сильнее. Александр понимал, что в ярости, в которую он может скоро впасть, не сможет разобраться в ситуации. Поэтому старался сдерживать себя, заглушая свои эмоции.
– Ты мне будешь в моей квартире указывать, где тебе удобней общаться? Говори сюда, мне и здесь хорошо слышно. И объясни, будь добра, за что меня чуть не убили и из моей руки торчит нож.
– Извините, но для постоянного контроля над ситуацией мне пришлось установить прослушку вашей квартиры через телефон. Пару минут назад услышала звук падающего тела, а так как человек с хорошим здоровьем без причин не упадет, я сделала вывод. Что на вас, возможно, совершило покушение тоже существо, что пыталось влезть в мою сущность. Я тут же попыталась поставить энергетический щит квартиры, только у меня сразу не получилось. В первый раз почувствовала такое мощное противодействие, которое смогла преодолеть только через 22 секунды. Потом раздался звук разрезаемой кожи. Кстати, скорая помощь по вашему адресу уже выехала. Как только автомобиль подъедет к подъезду, я вам сообщу. У меня, в отличии от вас, эмоции возникнуть не могут, но вашу злость, Александр Семенович, ощущаю. И пытаюсь вас понять. Но это может повредить делу. Пожалуйста, пересильте свои эмоции и расскажите поподробнее, что случилось. Возможно, в дальнейшем это поможет предотвратить подобнее ситуации. А нож до приезда врачей не вытаскивайте во избежание кровотечения.
Захаренко, зажав пальцами кожу вокруг лезвия, размазывая коленями кровь с пивом по полу, подполз к кухонному шкафу и откинулся на него спиной. Не хотелось никому ничего объяснять, хотелось только, чтобы исчез этот кошмарный сон. Но пульсирующая боль в плече была реальной, спазмы в горле – тоже. Поэтому в существование голоса из динамика приходилось верить, а вот в его добрые намерения – с трудом.
– Я тебе не верю, но пока не вижу других вариантов, кроме общения с тобой.
Дальнейшее общение напоминало монолог сумасшедшего с молчащим телефоном, если бы тот, после окончания изложения произошедших событий, не заговорил вновь бездушным голосом: