Александр Воробьёв – Огненное небо (страница 73)
— Не пойму, что там делает «Честер»? — слегка удивленно спросил Ранке. — Я конечно на фрегатах не ходил…
Перебрав в уме десяток подходящих эпитетов, Анри остановился на самом нейтральном.
— Похоже они неправильно оценили ситуацию.
— А почему сбросили перед разворотом тягу? У вас же управляемые сопла.
— Корпус на такое не рассчитан, — мрачно пояснил Анри.
— Все-таки мои такшипы лучше, — нервно хохотнул Ранке.
Эту его колкость Анри проигнорировал. Марево, что отмечало на радаре скопище плазменных сгустков, стремительно приближалось к фрегатам. Они оба вышли из первого конуса поражения, но за это время в их сторону полетело еще по паре залпов. И снова «Честер» отреагировал на них с опозданием.
— Джойс, характеристики залпа крейсера номер два! — напомнил он оператору.
— Работаю над этим, — виновато ответил тот.
— Быстрее! — поторопил Анри, и вызвал штаб соединения. — Здесь капитан Беллар, прошу соединить меня с капитаном фрегата «Честер»! Их маневрирование неэффективно!
Штаб отозвался с заметной задержкой, и голос тактического офицера был сух до невозможности.
— «Церам», в соединении отказано.
— Тогда просто сообщите, чтобы копировали маневры «Кунца»!
— Освободите эфир, «Церам»! — сорвался на него офицер. — Рекомендации капитану «Честера» уже отправлены!
Действительно, в следующий разворот «Честер» вошел с меньшим углом. Но он все равно был далек от эффективного.
— Капитан, готово! — обрадованно сообщил Джойс. — Скорость сгустков около семисот километров в секунду.
— Вероятность попадания?
Оператор радара растеряно оглянулся.
— Я…
— Отставить, — раздраженно отмахнулся Анри. Пусть этим вопросом задаются капитаны атакованных фрегатов.
«Честер» и «Кунц» рвались навстречу врагу. На экране вспомогательного телескопа Анри видел, как ослепительно сияли хвосты их выхлопов, такие огромные по сравнению с черными пятнышками самих фрегатов. Раз в полминуты хвосты изгибались, унося корабли от очередной порции плазмы. И с каждой минутой эти интервалы становились все короче и короче. Все меньше времени оставалось на оценку ситуации. Едва закончив один маневр уклонения, им следовало начинать другой. Кошки-мышки не могли продолжаться вечно.
Но пока что фрегатам везло. Аспайры били рассеянными облаками, перекрывая значительные куски траекторий. Это давало шанс накрытия не с сорока, а с пятидесяти тысяч километров, но шанс крошечный, меньше одного процента. Можно было рискнуть.
— «Честер» и «Кунц» вышли на дистанцию открытия огня! — без особой необходимости сообщил Джойс. — Вижу запуск торпед с «Честера».
— Рано, — прокомментировал Ранке. — Нужно было подождать, и бить, отвлекая от себя.
Фрегат типа «Котлин» нес двенадцать торпедных установок, с запасом торпед на пять залпов. Аппараты перезаряжались за полторы минуты, а значит у фрегатов оставалось семь с половиной минут на безопасное сближение. Двенадцать торпед залпа гарантированно сбивались, но тяжелые крейсера при этом вынужденно отвлекались от стрельбы по кораблям. Сказывалось наличие всего двух орудий.
Это подтвердил и очередной рапорт Джойса.
— Крейсера сменили тип заряда на «дробь».
В отчетах с Иллиона говорилось о втором режиме стрельбы аспайров. Если в первом, противокорабельном, орудия выпускали сгустки весом около ста грамм каждый, то во втором заряды весили доли грамма. Десятки тысяч в залпе.
— Надо было запускать торпеды «звездой»! — досадливо заметил Анри. — Это не дало бы аспайрам сконцентрировать огонь.
Слышавший его на приватном канале Ранке тут же вмешался.
— Слишком далеко, по дуге они не долетели бы…
— Рано выстрелил. Из протонников оттуда им все равно не попасть.
— Это еще почему? У них же дальность… — Ранке не договорил.
— Не попасть, — не стал вдаваться в подробности Анри. — И на «Кунце» это похоже понимают.
Действительно, «Кунц» пока еще не стрелял, предпочтя уворачиваться от залпов. Вот только с каждым разом запаса времени у них оставалось все меньше и меньше. И когда при очередном развороте фрегат вышел из конуса поражения буквально за несколько секунд до накрытия, капитан «Кунца» принял решение.
От врага его отделяло сорок три тысячи километров, вполне достаточно для запуска торпед по расходящимися траекториям. Дождавшись, пока «Демиурги» легли на боевой курс, Анри от избытка чувств хлопнул ладонью по подлокотнику. Торпеды пошли «звездой»!
Вот только «Кунц» после запуска выключил двигатели, и лег в дрейф. Анри чуть не схватился за голову, судя по всему фрегат собирался стрелять главным калибром.
— Слишком далеко! — в последний момент он успел отключить микрофон.
В бою возле Юпитера первые залпы ушли в «молоко». С предельной дистанции вероятность попадания составляла не более тридцати процентов. И это у опытного экипажа!
На сенсорах «Церама» можно было различить энергетический всплеск выстрела, но факт попадания они разглядеть не могли. Вспомогательный телескоп правого борта смотрел как раз на второй крейсер, а получаемые из штаба сводки такие мелочи в себя не включали.
— Телескоп на второй крейсер! — Анри второпях забыл включить микрофон, и потому чертыхнувшись, повторил.
На вспомогательном телескопе крейсер аспайров выглядел тусклым серо-черным трезубцем, размерами не крупнее зажигалки. Анри прикинул масштаб, получалось, что попадание протонного пучка будет выглядеть яркой искоркой, не более того.
— Берли, настрой отслеживание попаданий через видеоряд!
— Э… — сидящий в своей нише сисадмин потянулся было почесать затылок, но наткнулся перчаткой на шлем. — Попробую.
— Побыстрее!
По данным с сенсоров, «Кунц» развил максимальную скорострельность, успев до перезарядки торпедных аппаратов выстрелить из протонных ускорителей три раза. И судя по отсутствию вспышек, все три раза промазать!
А вот аспайры преподнесли сюрприз. Причем на этот раз Джойс сумел заметить неладное первым.
— Капитан, крейсер выстрелил противокорабельными сгустками!
— Твою мать! — не сдержался Анри. — Характеристики залпа?!
— Полный залп, — неуверенно начал оператор. — Время до контакта двадцать две секунды…
— Вероятность попадания?
Джойс виновато развел руками.
Похоже, что капитан «Кунца» просчитался. Выключив двигатели он превратился в неподвижную мишень, а торпедам требовалось время, несколько минут, чтобы добраться до вражеского крейсера. И аспайры рискнули, потратив один выстрел на лакомую добычу.
«Кунц» начал маневр, когда до пересечения его орбиты с траекторией плазменного роя оставалось менее двадцати секунд. Анри видел, как фрегат начал убийственно медленно разворачивать свой нос к зениту системы. Зря!
Плазменные сгустки образовывали в плоскости почти идеальный круг, диаметром чуть больше, чем фрегат успевал пройти за оставшееся время. И на месте его капитана, Анри бы приказал развернуться носом, подставляя передний бак рабочего тела, да и просто уменьшая площадь цели.
— Ну же, давай… — прошептал Анри.
Его мольбы услышали. Не завершив разворота, «Кунц» дернулся обратно, подруливая не только маневровыми, но и маршевыми на малой тяге. Управляемые сопла давали несколько лишних градусов к скорости разворота. Но все равно, с маневром «Кунц» опоздал. Его траектория пересеклась с конусом поражения, когда фрегат был развернут к нему на три четверти.
Анри моргнул, ожидая увидеть яркую вспышку, но кроме пламени выхлопа на экране ничего не появилось.
— Повезло, сукиным детям! — восторженно заорал Ранке. — Шестидесятипроцентная вероятность попадания, а им хоть бы хрен!
— Повезло, — согласился Анри. — А в следующий раз может и не повезти! Я бы иначе делал.
— Как? — заинтересовался Ранке.
— Им ведь не уничтожить, а задержать нужно. Я бы не навстречу разгонялся, а стал бы танцевать, играя тягой на перпендикулярных курсах. Так и попасть почти нереально, если только в упор, и разгоняться аспайр не сможет вдвое дольше. Кому охота получить по дюзам из главного калибра?!
— Надеюсь хоть в штабе соединения сообразят, — мрачно заметил Ранке. — На этих, с позволения сказать, капитанов у меня надежды мало.
От последнего замечания Анри только крякнул. Он сам недавно был лишь старшим помощником, целых три месяца, потрясающий опыт. Как будто Ранке лет десять командовал дивизией, и мог смотреть свысока на карьерный рост военного времени!
— Все запущенные торпеды уничтожены. — Джойс сказал это с таким унынием, что Анри невольно забыл про обиду.