Александр Воробьёв – Огненное небо (страница 105)

БИЦ взорвался восторженными криками, Анри хотел продолжить, но его прервал срочный вызов от доктора Хибберта.

— Капитан, у нас проблемы!

Продолжая улыбаться, Анри отстучал на экранной клавиатуре.

— Не сейчас, док!

— Фаррел мертв.

— В смысле?! — не удержавшись, в голос воскликнул Анри. И осекся, увидев недоуменные взгляды офицеров. — Что значит мертв?

— Биомонитор зафиксировал прекращение жизненных функций. — Хибберт ответил на аудиоканале. — Что по вашему это может означать?

Чертыхнувшись, Анри вывел на экран медицинскую систему фрегата. И сразу заметил черный кружок напротив фамилии главного инженера. Приборы утверждали, что тот был мертв. Прервавшись на полуслове, под удивленными взглядами офицеров, Анри торопливо отстегнул пристяжные ремни. Он же видел, что с Фаррелом творится что-то неладное. После расстрела Ганимеда, общительный и жизнерадостный инженер резко сдал, стал замкнутым и угрюмым. Это видели все, но в суматохе страшных дней никому не было дела до таких мелочей. И вот результат!

Выбравшись в осевой коридор, Анри уточнил последнее местоположение Фаррела, и прыгнул к корме. Там, на третьем контрольном посту, главный инженер устроил себе берлогу, туда он и отправился отдыхать. Отдыхать, уловив в этом слове горькую иронию, Анри тихонько простонал.

Возле переборки двигательного отсека, Анри затормозил, ухватившись за поручень. Чтобы пройти дальше, требовалось пройти идентификацию, и бесконечно долгую секунду он ждал, пока компьютер сочтет его достойным. Дальше был короткий коридор, ведущий к реакторам, но его цель лежала ближе. Серая, неприметная дверь, с короткой надписью «КП-3».

Вопреки ожиданиям, по центру двери горел зеленый кружок. Уходя, Фаррел не запер дверь. И все же, Анри замер, не в силах коснуться замка. Он все равно опоздал.

— Разрешите, капитан? — раздался сзади негромкий голос доктора.

Не дожидаясь ответа, Хибберт мимо, и без лишних колебаний открыв люк, скользнул внутрь. Эта деловитость встряхнула Анри, и преодолев минутную слабость, он втиснулся вслед за доктором.

После ярко освещенного коридора, глаза не сразу привыкли к полумраку контрольного поста, темноту в котором разгоняли лишь несколько экранов на консоли. Места здесь едва хватало для пульта и сиденья единственного оператора. В этом-то кресле и нашелся Фаррел. Сначала, Анри показалось, что инженер просто уснул, развалившись в этом неудобном кресле. Но присмотревшись, заметил маленькое, обугленное пятнышко на правом виске. И висящий возле инженера пистолет.

— Луч в голову, — констатировал Хибберт, и поднеся губам браслет коммуникатора, продиктовал. — Капитан-лейтенант Фаррел, время смерти одиннадцать сорок, двадцать шестого декабря две тысячи шестьсот тридцать седьмого года.

Закончив с официальной процедурой, доктор цинично хмыкнул, и указал на переборку.

— Страшная штука, эта любовь.

На переборке ровным, каллиграфическим почерком было выведено.

«Лиза, я иду к тебе».

Эпилог

Внизу проплывали ледяные поля Ганимеда. Пару минут назад «Живучий» завершил торможение, и вышел на низкую орбиту вокруг планетоида. Теперь его радарам следовало просканировать поверхность, ища оставленные аспайрами сюрпризы.

— Утомила меня эта коробка, — завел прежнюю пластинку Стюарт. — Хочу на речку, с удочкой, и чтобы вокруг на десять километров никого!

Денис разделял его недовольство. Долгие месяцы в космосе, три сражения, одно за другим, гибель товарищей, и страх за родных. Он уже чувствовал изменения в собственной психике, и благодарил ученых, когда-то придумавших гибернацию. Долгий сон позволил ему сохранить себя.

Но сразу по прибытию в Солнечную систему, «Аверу» приказали выдвигаться к Ганимеду. Оказывается, аспайры разрушили одну из двух главных заправочных станций. Первые месяцы система обходилась тем, что доставляли от Сатурна, но с возвращением Второго ударного рабочего тела вновь стало не хватать. Кораблям требовался водород, и было решено заново отстроить добывающие комплексы взамен разрушенных. И сторону Юпитера отправили большой конвой с заводом молекулярной сборки. Отправив охранением один из пяти уцелевших кораблей Резервного флота, фрегат «Церам». А у точки их усилили «Авером». Слишком ценными стали по нынешним временам такие заводы, особенно учитывая сложившийся расклад сил.

Когда до личного состава довели последние новости, многие впали в отчаяние. Да, они знали о вторжении аспайров в метрополию, но одно дело знать, а другое, видеть отснятые на Земле видеоматериалы, читать сухие строки статистики. Двести семьдесят два падения мощных термоядерных бомб, около тысячи ракет с истребителей. Глобальных изменений климата удалось избежать. Людям еще повезло, что бомбардировка случилась, когда в северном полушарии стояла зима.

Но даже без ядерной зимы потери впечатляли. Десятки миллионов погибших под бомбами, на порядок больше умерших от голода и развала инфраструктуры. Власти сработали оперативно, буквально в течение пары недель взяв планету обратно под контроль, но эта пара недель для многих оказалась роковой. Радиация, голод и холод убивали не хуже самих бомб. А персоналу флота так и не довели никакой информации о родных и близких. По слухам, потери среди обитателей государственных убежищ были минимальны, но Денис знал, что его отец вернулся в действующую армию. И как вишенка на торт, предательство Марса. Старейшая, и самая мятежная из всех колоний. Заселенный китайцами еще в конце двадцать первого века, Марс больше ста лет бросал вызов, и даже усмиренный, так и не смирился. Ударил в спину в самый тяжелый для Лиги момент. А оставшегося после разгрома флота на усмирение не хватало. Но теперь, с возвращением Второго Ударного ситуация в корне менялась. Ветераны двух сражений сотрут узкоглазых тыловых крыс в порошок! Марсиане повторят судьбу своих предков из Поднебесной!

— Заремба, — вызвал бортинженера Денис, — что на приборах?

— В пространстве чисто, — отозвался тот по внутренней связи. — Сейчас сканирую поверхность.

— И как?

— Много засветок от скоплений металла. Тепловых пятен пока не обнаружил.

— Развалины? — помрачнел Денис.

— Прямо сейчас идем над останками «Скапа Флоу». Нехило они тут все раздолбали! Картинку дать?

Вместо ответа, Денис сам подключился ко внешней камере.

Орбитальная станция рухнула на плоскогорье Ледяных Игл, в падении размазалась километров на пятьдесят, и пробила широченную просеку через скопления ажурных ледяных торосов. Тепло, выделившееся при ударе, испарило замерзшую воду, и остыв, та выпала снегом, укрыв останки «Скапа Флоу» белоснежным погребальным саваном.

Повинуясь внезапному порыву, Денис сохранил несколько кадров на память. Его дорога к Иллиону началась на этой станции, и он никак не думал увидеть следы ее падения. Печально вздохнув, Денис вернулся к наблюдению за радаром.

Их такшип отправили в дозор, разведать обстановку у Ганимеда. Конвой и примкнувший к нему «Авер» ждали вестей в шести световых секундах позади. «Живучий» должен был облететь спутник по экватору, затем увеличить наклонение орбиты, и выйти на полярную. Где и остаться, ожидая подхода носителя. Еще сутки в железной коробке.

— Кстати, подходим к Джекпоту, — проинформировал Заремба.

В столице Ганимеда Денису бывать не случалось. До Академии он не забирался дальше Луны, а после сразу ушел на войну. Поэтому знал о развлечениях шахтерского городка только из рассказов старших товарищей. И теперь, увидев глубокую воронку на месте куполов, вдруг растерянно понял, что никогда не сможет окунуться в безбашенное веселье, что царило в Джекпоте, когда туда заходил флот. Нет больше ни того флота, ни самого города при заправочной станции. Нет больше радости, есть только война.

— Что за… — донесся из наушников растерянный возглас Зарембы. — Командир, есть слабый сигнал! Источник на поверхности, передают сигнал бедствия.

— Определи местоположение! — тут же напрягся Денис.

Колонию на Ганимеде считали уничтоженной, и передаваемый с поверхности SOS, на мгновение вывел Дениса из равновесия. Люди более полугода выживали во льдах и никто не пришел им на помощь?! Неужели на Земле не осталось радиоприемников?! Последний вопрос он задал вслух.

— Дэн, — хмыкнул Заремба. — Полушарие, на котором построен Джекпот, постоянно смотрит на Юпитер. В этом году с Земли его не видно.

Мысленно выругав себя за оплошность, Денис с напускной суровостью приказал.

— Свяжись с ними!

— Уже. — Указав командиру на промах, Заремба тут же переключился на деловой тон. — Передаю наши позывные в автоматическом режиме. Пока реакции нет.

Одно из двух, либо дежурный возле передатчика уснул, либо шахтеры не пережили эти страшные шесть месяцев, и в эфир шла запись. Кажется, под Джекпотом имелись обширные пещеры, но за несколько дней нереально подготовить их для проживания десятков тысяч людей. И если с водой и кислородом особых проблем возникнуть не могло, достаточно было развернуть пару мобильных термоядерных реакторов, и разлагать воду на составляющие, то с едой было гораздо хуже. Денис не знал, сколько человек мог протянуть без пищи, но сомневался что дольше пары-тройки месяцев.

В любом случае, о радиосигнале требовалось доложить на «Авер».

— «Авер», здесь «два-первый», мы засекли сигнал бедствия с Ганимеда. Ждем инструкций!