Александр Воробьёв – Огненная бездна (страница 17)
Сидящий во втором ряду пожилой мужчина в дорогом костюме, все же осмелился ее прервать.
– Госпожа президент, ваше распоряжение противоречит закону о свободе слова, основе нашего общества!
Динамик в левом ухе аш-Шагури негромко прошелестел: Ли Дайсон, глава «Вивенди Юниверсал». Ожидаемо, входящие в «Вивенди Юниверсал» СМИ всегда выступали на стороне оппозиции нынешнему кабинету.
– Господин Дайсон, в связи с угрозой мы временно приостанавливаем действие основных свобод. И в первую очередь это касается свободы слова, нам не нужны массовые беспорядки и паника. Правительство будет пресекать утечки информации не останавливаясь ни перед чем! Медиакорпорация, рискнувшая нарушить запрет будет лишена лицензии, а непосредственные виновники пойдут под суд по законам военного времени! Вам понятно? Дайсон оторопело кивнул.
– Да, но…
– Никаких но, с сегодняшнего дня каждый бит передаваемой вами информации сначала будет проверен службой безопасности. Я не хочу повторения правительственного кризиса двухлетней давности, когда записи того торговца попали в топ-лист новостных сайтов! Владелец «Вивенди Юниверсал», немного придя в себя, возмущенно спросил.
– И что вы прикажете сообщать нашим читателям?
– Всю необходимую информацию вам сообщат в пресс-службах правительства и министерства обороны. И я очень рекомендую вам воздержаться от цитирования неофициальных источников. Поняв, что повторяется, Аш-Шагури перевела разговор на другую тему.
– Мне нужно ваше содействие, господа. Не стану скрывать, ситуация критическая. Мы не ожидали вторжения в Солнечную систему, и скорее всего нам не удастся их остановить.
К ее удивлению, в зале стояла тишина, вместо того, что бы разразиться шквалом вопросов, журналисты молчали, видимо стараясь запомнить сказанное. Аш-Шагури заметила лишь несколько искаженных страхом лиц, но даже испуганные, журналисты продолжали слушать.
– В сложившейся ситуации, мы примем все меры, что бы максимально полно использовать оставшееся время для сохранения научного и производственного потенциала Земли. Как вы понимаете, паника существенно сократит наши возможности. Поэтому я прошу вас освещать сложившуюся ситуацию так, что бы не допустить возникновения панических слухов. Взамен, правительство, и я лично, обещаем вам и вашим семьям эвакуацию на одну из развитых колоний.
Они все еще молчали, но по их лицам, аш-Шагури поняла, что последние ее слова достигли цели. Несколько человек, до селе сверливших ее откровенно неприязненными взглядами, явно задумались. Президент предлагала спасение. В зале не было военных, но в общих чертах любой образованный человек догадывался, чем грозит орбитальная бомбардировка. Салия мысленно улыбнулась, теперь СМИ будут есть с ее ладони. Все примитивно просто, кнут и пряник. Вот только отказаться от какого пряника выше человеческих сил.
– Вы пытаетесь нас купить, госпожа аш-Шагури? – чертов Дайсон никак не хотел угомониться. Аш-Шагури втянула воздух сквозь сжатые зубы.
– Да, господин Дайсон, именно так. – она вытянула в его сторону палец. – И если вы откажетесь продаваться, то «Вивенди Юниверсал» лишат лицензии на сетевое вещание быстрее, чем вы успеете продать свои акции! Хотите рискнуть?
Тот искоса бросил на нее полный злобы взгляд, но ничего не ответил. Аш-Шагури сделала про себя отметку приказать Службе Безопасности обратить на этого деятеля пристальное внимание. Опыт политика подсказывал, что хозяин «Вивенди Юниверсал» еще потреплет правительству нервы. Люди такого склада никогда не признавали своего поражения.
– Итак, господа, – аш-Шагури выпрямилась за трибуной. – Я надеюсь, что все вы примете правильно решение. Именно от вас зависит, насколько сплоченными мы встретим эту страшную угрозу. Нам придется пойти на беспрецедентные усилия, что бы выжить в сложившемся кризисе, и усилия эти потребую полнейшей консолидации общества! Я повторю еще раз, ваши издательства должны обеспечить полную лояльность правительству Лиги! Информация, подаваемая вами населению, должна предотвратить возникновение паники! Все наши ресурсы мы обязаны бросить на противодействие агрессору! И я прошу вашей помощи, господа!
Она замолчала, внимательно следя за реакцией зала. Журналисты переглядывались, несколько человек в левом углу о чем то яростно спорили шепотом. Она дала им выбор, но даже самые ярые сторонники свободы слова, кажется начинали понимать, что на самом то деле, выбора у них не было. Времена безраздельного владычества средств массовой информации закончились в тот миг, когда станция на Каллисто обнаружила финиш вражеского флота.
– На этом, я думаю можно закончить. Журналисты разочарованно загудели, но аш-Шагури была непреклонна.
– Понимаю, вы проделали долгий путь, и рассчитывали совсем на другой разговор. Но у меня много работы, господа! Сейчас вас проводят в ресторан, а потом с вами встретиться министр по делам колоний, господин фон Моргутен, который и сообщит интересующую вас информацию. До свидания, господа, и заранее спасибо за понимание!
Она привычно улыбнулась, и вышла в заранее распахнутые охраной двери. Зал за ее спиной взорвался какофонией яростных споров.
***
До самого вечера Анри как угорелый носился по фрегату. От кольцевых ускорителей протонов в боевом отсеке, до злополучной сорок седьмой башни, ради осмотра которой пришлось натягивать пустотный комплект, и выбираться наружу. Д'Амико не соврал насчет трех часов, ремонтная бригада заменила дефектны сервоприводы в рекордно короткие сроки. «Церам» был готов к походу и бою на сто процентов.
Именно там, после осмотра куполообразной башенки, зависнув в каком метре от серо-черной внешней брони «Церама», Анри впервые за весь этот сумасшедший день сумел на несколько секунд остановиться и перевести дух. Где то там, далеко далеко, скрытая пока Юпитером, приближалась необоримая сила. Сила, которую просто нечем удерживать, которая атомным катком прокатиться по Солнечной системе, стирая в прах следы человеческой цивилизации. А без метрополии предрешена судьба колоний. Неужели он один из последних людей, что смотрит на яркие полосы облачного покрова планеты гиганта. Если они не сумеют остановить врага, то все те бесчисленные поколения, что страдали и созидали, любили и воевали, тогда получиться, что все они жили зря?!
Скрежетнув зубами, Анри с тоской посмотрел в сторону Солнца. Где то там, справа от светила, плыла по неизменной траектории Земля. Планета, где он родился, и где ему похоже уже не суждено окончить свои дни в глубокой старости. Тринадцать лет назад, юным романтиком поступив в академию Военного Флота, разве на такой конец он рассчитывал? В безнадежном бою, даже не сумев достать до врага. Погибнуть так же бесславно, как погибли его товарищи из Первого Ударного. Погибнуть, не защитив семьи!
Это было страшнее всего. Те восемь миллиардов обитателей Земли, они оставались некими призрачными, нереальными цифрами в памяти. Но жена, родители, и старшая сестра со своими двумя подростками сыновьями, вот они занозой сидели в памяти. И пусть им, как родственникам военнослужащего полагалось место в государственном убежище, Анри не очень то верил в способность убежищ сохранить жизнь под ядерной бомбардировкой. В том что она состоится, никто не питал иллюзий, ну не станут же аспайры штурмовать материнскую планету! Для этого не хватит никаких десантных подразделений, и значит, если они прорвутся на низкую орбиту Земли, то вывалят все, что есть на борту. А учитывая размеры прилетевших кораблей, бомб туда могло влезть очень много!
Почти километром правее, на дальнем конце причала буксиры спешно цепляли к пришвартованному грузовозу кубики стандартных стотонных контейнеров. Теперь, когда война пришла к родному дому, было верхом глупости тратить драгоценные ресурсы на помощь колониям. Анри конечно не мог знать об отданном контр-адмиралом Фримантлем приказе опустошать объемистые склады «Скапа Флоу». Тот реквизировал гражданские транспорты, и распорядился грузить на них все самое ценное еще до того, как с Земли пришли первые, полные непонимания и шока сообщения. Решительность всегда была характерной чертой Фримантля. Возможно именно благодаря ей, героя операции у Большого Шрама назначили комендантом базы флота. Пусть эта база и считалась по праву крупнейшей в Солнечной системе, все равно, боевому офицеру подобное назначение порою худшая из немилостей. Решительность хороша в войне, а не во время мира.
Он был уже на полпути к кормовому шлюзу, когда в наушниках прорезался усталый голос капитана.
– Командному составу собраться в офицерской кают-кампании через пятнадцать минут!
Анри едва удержался от удивленного возгласа. На его памяти Манн лично брался за микрофон считанные разы. А сегодня он делал это уже второй раз! В любом случае следовало поторопиться, капитан терпеть не переваривал опоздавших.
Едва дождавшись завершение шлюзования, Анри наспех засунул скафандр в стенной шкафчик возле шлюзовой камеры, и отталкиваясь от стен, спешно полетел к осевому коридору.
Корма отличалась от прочих частей корабля особо узкими, часто поворачивающими чуть не под прямым углом проходами. На современном военном корабле не так много свободного пространства, и если снаружи трехсотметровый красавец фрегат казался настоящим исполином в сумрачной броне, то попавшему вовнутрь, открывалась совсем другая картина. Узкие норы коридоров, темными кишками тянущиеся на десятки метров, вечно задраенные люки, тесные лазы технических тоннелей. Во всей громаде фрегата для обитания людей предназначалось совсем немного места. Большую часть объема занимали баки рабочего тела, двигатели, и разнообразное вооружение. А как в нем живется людям, конструкторов интересовало в последнюю очередь. В конце концов за это военным космонавтам и платили их немалые деньги!