Александр Воробьёв – Дом напротив (страница 2)

В соседней квартире проживала скучная пожилая пара. Алексей видел их только утром и вечером на кухне. Они никогда не обедали, хотя женщина была все время дома, ограничиваясь в середине дня чашкой чая с печеньем. А на ужин готовили полуфабрикаты или заказывали доставку еды.

На самом верхнем этаже жил худощавый мужчина средних лет, которого все дни, как правило, не было дома. Появлялся он поздно вечером и уходил рано утром. Или же отсутствовал сутками. Иногда Алексей видел его у окна в черной форме охранника. Квартира рядом с ним пустовала.

Сегодня была пятница, поэтому у молодоженов на первом этаже ожидаемо собралась компания. Весь вечер сухое вино или шампанское (никогда ни водка, ни пиво), суши и пицца, сигаретный дым и разговоры. С помощью моноокуляра Алексей первое время по губам с читал диалоги, но потом старался угадать происходящее только по мимике и жестам. После ужина компания перекочевывала в комнату, где включали видеомагнитофон и танцевали. Алексей никогда не замечал, чтобы они смотрели телевизор. За два месяца наблюдений он заочно познакомился со многими гостями веселой пары.

Этажом выше у старушки весь вечер работал телевизор. Как-то Алексей включил свой и, переключая каналы, по изменению световых бликов опять же с помощью окуляра узнал, что она смотрит каждый день. Только ток-шоу по разным каналам с семи до девяти часов вечера, а потом программу «Время». Сериалы она никогда не смотрела.

У семейной пары на третьем этаже пятничный ужин всегда сопровождался запотевшей бутылочкой из холодильника. Мужчина, по манерам слесарь или шофер, оживленно жестикулируя, обсуждал события прошедшего дня со своей супругой, представительницей примерно такого же уровня профессии. Алексей решил, что она, скорее всего, работает где-нибудь учетчицей или контролером. Ее мужа он определил в слесари, так как шофер изредка, но обязательно застрянет на машине. Они же оба уже в семь вечера были дома.

К сожалению, стол на кухне стоял сбоку, и Алексей не мог узнать, о чем они разговаривают. Но частенько происходили ссоры, иногда даже с стуканьем кулаком по столу.

После ужина семья смотрела «Поле чудес», потом что-нибудь еще. Ровно в десять на кухню приходил сынуля лет двенадцати и укладывался спать на небольшой диван. Наблюдая за ним, Алексей не заметил, чтобы обстановка семье сильно напрягала его. Школьные и уличные друзья обычно служат отдушиной в этом возрасте.

Дом напротив стал неожиданным плюсом этой квартиры. Телевизор Алексей не любил, мешанина из информационных программ и ток-шоу, фильмов и сериалов, глупеющей год от года эстрады производила тягостное впечатление.

Поначалу он смотрел телевизор с интересом, угадывая скрытые подтексты той или иной передачи, потом это наскучило, так как стало чересчур очевидным. Поэтому он изредка смотрел только спорт, программы о путешествиях и животных.

Читать запоем книги он не умел, играть в логические или азартные игры было не с кем. Но мозг обязательно нужно было занять чем-то, чтобы не угодить уже окончательно в бездонную трясину с обломками прежней жизни. И дом напротив давал возможность отвлечься, не пускать в себя то, что готово было навалиться и поглотить.

2

Алексей все чаще вспоминал тот роковой для него день. Он возвращался после служебной командировки. Грузовик, долго шедший за ним, вдруг обогнал его на скользкой от дождя трассе, а потом неожиданно притормозил. Алексей инстинктивно вывернул руль вправо и вылетел на обочину. Водил он отлично и наверняка сумел бы вернуться на шоссе, но машину повело и она врезалась в столб рекламного щита.

Врачи сделали всё возможное, и после нескольких операций он стал чувствовать ноги, но способность ходить к нему так и не вернулась.

Через несколько месяцев, накануне выписки в больницу к нему пришла жена Светлана. Нервно теребя ремешок сумки и отводя глаза, она сказала, что подала на развод. Он на всю жизнь останется инвалидом, а такой муж её совсем не устраивает. Их дочке только полтора года, и нужно, чтобы у нее был нормальный отец. И он не сможет, разумеется, находясь в таком состоянии, содержать семью.

В конце она добавила, что ее отец пообещал купить ему жилье, что было великодушно с его стороны. Тем более что незадолго до смерти отец Алексея женился на своей давней подруге, которой и отошла их квартира. Взамен она просит только одно: не возражать и подписать все необходимые документы, в числе которых был отказ от свиданий с дочерью.

После ухода жены Алексей удивился тому, насколько спокойно воспринял этот последний удар судьбы. Гораздо тяжелее, до бессонных ночей и слез он ощущал потерю здоровья и любимой работы. Но, подумав, он понял, что больше других сам тяготился бы этой новой ролью беспомощного инвалида в семье. Он знал только, что до конца жизни будет скучать по дочке, родной крохотуле.

Вскоре Алексей вселился в эту унылую квартиру в доме на окраине города. Ему привезли его диван, подарили приличные костыли и оформили посещение соцработника. На этом участие бывшей семьи в его судьбе закончилось.

Поначалу к Алексею приходили сочувствующие сослуживцы, но со временем их визиты становились всё реже. Дольше всех навещал его лейтенант Коля, невзрачный белобрысый парень, с которым они особо и не дружили. Он всегда с собой приносил водку, одну или две бутылки. После выхода из больницы Алексей отдал должное этому горькому, но и сладостному забвению. Так он заглушал боль физическую и душевную. Отложенные деньги понемногу тратились, и службы доставки были готовы привезти всё, что угодно, и в любое время.

Впрочем, это состояние он расценивал не как свою новую жизнь, а как неожиданно свалившийся на него длительный отпуск. Он занимал свой мозг тем, что вспоминал памятные моменты: детство и родители, юность и школьные друзья, институт, работа, Светлана, свадьба, семейная жизнь, рождение дочери. Сначала ему нравилось эмоционально погружаться в каждое событие, затем он начинал анализировать слова и их интонацию, взгляды, жесты. Такая жизнь, больше обращённая в прошлое, продолжалась более года.

В последнее время мысли Алексея стали всё чаще обращаться к тому трагическому вечеру. Он помнил в деталях не только странное поведение грузовика на трассе, но и – профессиональная привычка – его номер. Если это было не случайное происшествие, то предпосылки к нему наверняка можно было вычленить из событий предшествующих дней или даже недель. Его ум, натренированный на то, чтобы в любых обстоятельствах доискиваться до истины, уже рвался в бой. И он понял, что этот период его жизни, период воспоминаний, себя уже исчерпал.

Хотя Алексей и не представлял, как именно должна сложиться его жизнь в дальнейшем, но начал понемногу выходить из своего теперешнего состояния. Он сократил до минимума количество алкоголя и очень удивил Ольгу, спросив, какой сегодня день. Оказалось, что 25 июля 2010 года. Девушка ещё больше удивилась и даже обрадовалась, когда он послал ее в библиотеку за книгами о восстановительной гимнастике при параличе нижних конечностей. И вот уже третий месяц методично занимался, чувствуя, как возвращаются силы в измученный долгим бездействием организм.

3

На выходные переменчивая осенняя погода принесла дожди. Во многих квартирах в доме напротив работали телевизоры. Из событий можно было отметить только неловкость мальчика со второго этажа, который при игре в прятки уронил стоящий на окне горшок с кактусом. Благодаря этому Алексей смог увидеть хозяйку квартиры – высокую тонкую блондинку лет двадцати пяти с миловидным овальным лицом. Она быстро собрала землю и поставила цветок на место. Фигурка стильная, подумал Алексей, но не спортивная, словно вытянувшийся вьюнок. Наверняка секретарша или домохозяйка.

После аварии в непогоду у него теперь всегда появлялись болезненные ощущения в ногах и пояснице. Из-за этого он не обратил внимание на новое необычное ощущение, словно бы паутиной окутавшее его.

Но уже в понедельник, делая круги по квартире или останавливаясь передохнуть у окна, Алексей почувствовал это неприятное состояние, какое бывает иногда, когда становится трудно дышать в городе в жаркий день или в комнате со затхлым воздухом.

За окном клочьями серых туч проносились остатки вчерашней непогоды, дул ветер, обещая в ближайшие дни прохладную солнечную погоду. При открытой форточке в квартире было свежо. Боль в ногах уменьшилась, и вроде бы никаких поводов для беспокойства не должно было быть. Но неприятное ощущение не исчезало. Оно преследовало Алексея весь день: при гимнастических занятиях, при чтении и даже на кухне, где он готовил себе такое сложное блюдо, как рожки по-флотски. Обычно в такие часы он полностью отрешался от всяких посторонних мыслей, но в этот раз какая-то заноза по-прежнему ощущалась. Потом стало казаться, что нечто подобное очень давно уже происходило с ним.

Больше всего Алексея злило то, что он не мог разобраться в себе и определить, что же мешает. И даже отменил вечернее наблюдение за домом напротив, хмуро улёгшись на диван с книгой.

Он проснулся среди ночи. На столике возле дивана горела настольная лампа, книга с помятой страницей лежала рядом с ним. Вероятно, он заснул за чтением.