Александр Волошин – Байки дерзкого капитана (страница 30)

Через какое-то время все это дело успокоилось, выключили свет, и легли спать. Ида, ночевка. Ровно через два часа пятнадцать минут нас подняли. Дали поспать, твою мать. И опять торопили с погрузкой в машины, опять все быстро, как будто на время все это делаем. Погрузились, едем. Ранее утро, организм противится принимать какие-либо сигналы, так как это время самого сладкого сна, а мы опять сидим на деревянных скамейках Урала, смотрим на море и ловим восход солнца.

А дальше отряд разделился, и до нашего будущего ПВД добирался кто как. Были и самолеты, и вертолеты, и корабли. Такими долгими и сложными путями мы добирались до места. А дальше были большие учения, на территории дружеского государства, где я разделю стороны на красных и синих, чтоб было понятнее и без подробностей. И вот с этого момента я начну по порядку.

Так как отряд разделился на несколько частей, то и прибытие в ПВД было разное, именно поэтому мы еще пару дней ничего не делали, а просто отдыхали. Выходить с территории нам запрещено, поэтому мы находились за стенами какой-то воинской части. Но так не могло продолжаться вечно, все это понимали и вот первые группы начали уезжать на задачу. Причем происходило это в основном ночью. Помимо нас, были и другие рода войск, это тоже очень важный момент. И вот на следующее утро строят группы и командирам групп ставят задачу. Процитировать я, конечно, уже не смогу, но очень близко к тексту передать попробую:

— Товарищи офицеры, ваша задача найти воинские части и объекты на территории данного государства, заблокировать их и не дать выехать в случае тревоги. Для убедительности мы вам выдаем холостые патроны, свето-шумовые гранаты, и другую имитацию. Работать жестко, но не жестоко. Они про нас знают не все, поэтому используем внезапность. Условный противник понятия не имеет, что мы здесь находимся, мы для них, так как сказать, небольшая вводная. Скорее они всего будут вести себя агрессивно. Себя в обиду не давать, дать понять, что перед ними группа российского спецназа, а не шайка пидорасов. Вторая ваша задача — это проникнуть на территорию части, сделать фото техники, которая находится на данный момент там. Фотоаппараты вам выдадим, но вторую задачу, выполнить по возможности, главное, чтобы они не выехали по тревоге. Включайте голову, смекалку и все то, чему вас учили в высшем военном училище. Понимаю, не самая стандартная задача для нас, но ее надо выполнить. Сейчас выдам бээрку, прочитаете, распишитесь и обратно сдадите. Выезжаете прямо сейчас. Каждому из вас выдаю обычный телефон, с местной симкой, запишите туда мой номер. Если вдруг не будет доставать радиостанция, значит звоните смело мне. — очень убедительно ставил задачу начальник штаба.

Задача и правда была какая-то странная, и я не особо понимал, как я могу остановить выход техники с территории части имеющимися у меня средствами. Мне вручили боевое распоряжение, где было несколько опечаток, наименование квадратов, которые я не мог посмотреть, так как у меня не было еще на руках карты. Я прочитал, расписался, отдал обратно начальнику штаба и спросил:

— А карту когда дадут?

— Сейчас принесут. Их делают.

По бээрке было понятно, что у штаба тоже время было немного, чтобы сделать все правильно и по-военному. Я пошел к группе, рассказал про задачу и тут их понесло:

— О, значит можно будет пиздить типов на КПП. — сказал один боец.

— В плен кого-нибудь возьмем? — подхватил второй.

— Я им колеса проткну, чтоб они не выехали. — вставил свои пять копеек Джонни.

— А это, кстати, идея. Навряд ли они испугаются холостых патронов. Значит мы им должны изначально создать такие причины, по которым они просто не смогут выехать. Надо технику выводить из строя: забирать аккумуляторы, перерезать проводку, сливать соляру, протыкать колеса. Так же можно как-нибудь перегородить выезды, только надо подумать, чем, и все. — размышлял я вслух.

— По местам — громко крикнул начальник штаба и народ пошел грузиться в Камазы с местными номерами.

Ко мне подошел помощник начальника штаба и выдал карту. Точнее картой это назвать нельзя, так как это был лист формата А4 с черно-белой схемой какого-то населенного пункта.

— Что это? Удивленно спросил я у него?

— У нас нет карт данной местности, только вот такие смогли сделать. Я понимаю, что это хуйня, но это лучше, чем ничего.

— Пиздец, конечно, товарищи. — ответил я ему, вглядываясь в эту схему.

— И еще. С тобой поедет Дублер со своей группой. Сначала он тебя в твоей Грушевке выкинет, а сам поедет дальше на свой объект. Машин не хватает на все группы — добавил помощник НШ.

— С такой подготовкой, мне кажется, что мы сейчас туда приедем, и как получим пиздюлей. Вот посмеемся. А как я найду Грушевку? У меня ее здесь нет на схеме.

— Она немного севернее, где — то здесь. Ну и плюс водитель местный, должен знать. — указывал пальцем мой собеседник куда-то мимо листка.

— Да уж. Вместо карты черно-белая схема, на которой еще и моего района нет, и это при всем при том, что мы находимся в чужом государстве. Охуеть и не встать. Но собственно, что не убивает, делает нас сильнее — сказал я ПНШ, улыбнулся, подмигнул и похлопал по плечу.

Я залез в кабину, где сидел боец из местной армии.

— Здорово, как зовут?

— Здравия желаю. Володя меня зовут.

— Отлично Володя, а я старший лейтенант, называй меня так, можешь командиром. Как в Грушевку ехать, знаешь, надеюсь?

— Нет, я не местный, нас сюда перевели недавно.

— Принял, отстал. Значит вместе будем напрягать извилины и пытаться понять, куда нам ехать.

Вдалеке я увидел Дублера, который шел с рюкзаком на одном плече, широко улыбался и махал мне рукой. Он закинул свой рюкзак в кузов и сам залез ко мне в кабину.

— Здорово, боец, как сам?

— Здравия желаю. — ответил боец и пожал протянутую руку Дублера.

— Ну и задачки, ебнешься. — говорил Дублер, смеясь в голос.

— И задачи классные, и карты. — сказал я и достал лист из разгрузки.

Дублер закатился еще сильнее, не пытаясь даже понять, что там изображено.

— Юстас, в общем, мне НШ сказал везти тебя до какой-то Грушевки, высаживать твою группу, и ехать дальше на свой объект.

— А тебе куда? — спросил я у него.

А мне еще за Грушевку восемьдесят километров по трассе, там какой-то населенный пункт Колпаки. Вот мне туда.

— Ну могу пожелать тебе только удачи.

Машины с другими группами начали движение с плаца, и мы тоже поехали вслед за ними. А дальше была картина маслом, которая называется «Как мы искали Грушевку». Во-первых, мы около часа выезжали из города, так как одностороннее движение, тупиковые улицы, непонятные вывески, в общем, все как мы любим. С большой удачей и с подсказки нескольких бабушек мы все-таки выехали из нашего города, и поехали в сторону Грушевки. Потом еще пару раз заблудились, разворачивались, и, с горем пополам, мы наконец-то увидели табличку с надписью «Грушевка». Но этого было мало, надо было еще найти здесь воинскую часть ПВО. Здесь обошлось не без удачи, так как мы заметили впереди нас медицинскую буханку и поехали за ней, она и привела нас к какой-то полузаброшенной воинской части. Там был баннер, посвященный ПВО, а значит мы приехали по адресу.

— Ну вроде нашли, а дальше то, что? Какие наши действия? — спросил я у Дублера.

— Да хер его знает. Ну пошли на КПП подойдем, скажем, что их часть блокирована по периметру, и посмотрим на их действия.

Оттого, что я не был уверен в своих действиях, и более того, я понятия не имел, что делать дальше и как вообще развернется вся эта дурацкая задача, я ждал, что сейчас начнутся какие-то движения, или еще что хуже, но нам навстречу вышел подполковник со словами:

— Ну наконец-то. Мы вас столько ждали. Нам уже давно сказали, что вы должны приехать, организовать с вами взаимодействие, а вас все нет и нет.

Я от неожиданности проглотил язык и не знал, что ответить. Дублер тоже немного опешил.

— Ладно, Юстас, я тогда твоих людей выгружаю, а сам дальше поехал.

— Да, да, пусть личный состав выгружается, мои бойцы проводят их в казарму.

Каскад заулыбался своей неповторимой улыбкой, подмигнул, и поправляя кобуру с пистолетом, пошел к машине.

— Как зовут?

— Юстас.

— Пойдем Юстас ко мне в кабинет, я все подробно расскажу.

Я был в шоке. Там на плацу, пару часов назад, мне сказали, что здесь возможно будет агрессия, что работать надо жестко, что нельзя допустить их выезд с территории части, а тут с хлебом и солью встречают. Как-то все слишком ровно, и от того более подозрительно выглядела эта ситуация. Я зашел к нему в кабинет, обычный командирский кабинет, без излишеств. На стене висела большая карта данной местности, где были отмечены все воинские части, которые были в этой зоне ответственности. Я посмотрел на карту и обратил внимание, что в районе Грушевки других воинских частей рядом нет, только эта, но я на всякий случай еще раз уточнил.

— Извиняюсь за любопытство, а вы здесь одни стоите в этой Грушевке, или еще кто есть? — спросил я у командира дивизиона.

Он подошел к карте, взял в руку карандаш и начал рассказывать про все воинские части.

— В радиусе сорока километров мы здесь одни. Чуть дальше стоит радиотехническая часть, связисты еще, но это все дальше, а тут мы одни.

Я ничего не ответил, но для себя отметил, что я в верном месте и еще раз удивлялся такому мягкому приему.