Александр Волков – Иномирец (страница 25)
Он тут же стянул меня с небес на землю.
— Я… я проснулась, услышала мелодию… И вот я тут…. — мямлила я, словно ребенок которого поймали за поеданием сладкого, сгорая от стыда. Под пристально смотрящей на меня парой серых глаз.
Макс:
— Что? Менестрелем мне не стать? — немного усмехнулся я, поднимаясь на ноги и убирая гитару в кольцо. Песни Сколота всегда помогали мне расслабиться вот я и решил сыграть «Оборотня».
Дождь будет ещё часа полтора минимум, да и если закончится раньше, лучше ночи ждать для выдвижения. Эх… Еще и спина затекла, надо бы размяться. Плюсом к тому, за время сидения на камне, задница приобрела квадратную форму. Да и поесть чего-нибудь не помешало бы…
Продумывая планы на сегодняшний день, я пошел в глубину нашего убежища.
— Это было очень красиво! — внезапно воскликнула мне в след Элеонора. Очень неожиданно.
— Н-не мог бы ты сыграть еще что-нибудь?
Я усмехнулся.
— А почему бы и нет?
Вдруг у нее заурчал живот.
— Но наверное, для начала лучше перекусить.
Элли покраснела.
— Д-да, пожалуй, — перейдя на шепот и уперев глаза в землю, сбивчиво сказала она.
Присев на спальник, я начал накрывать поляну. Расстелил покрывало и разложил жареное мясо, овощи, котелок гречки, снятый только что с костра и морс из местных ягод.
— Садись, чего мнешься? — буркнул я стесняшке, ткнув пальцем рядом.
— Ладно… — поникшим голосом шепнула она.
Покушали мы отменно. Вернее, она кушала, а я жрал.
— Фух… Отлично.
— Ага… — подхватила Элли, утирая раскрасневшиеся щеки.
Некоторое время девушка сосредоточено смотрела на меня, а я не понимал что ей нужно.
Но тут до меня дошло… Она же сыграть просила!
Ладненько, но что? Большую часть песен, которые я знаю, она не поймет из-за слов которых в этом мире нет, а другая, например, тематики военной, не подходит для широкой публики. О! Точно есть кое-что подходящее…
Мои пальцы вновь коснулись струн гитары, и по округе разлилась мелодия:
«А мне бы лететь, как птица свободно,
А мне бы забыть ту, что не моя,
Мне бы только в дом, где сына родного,
Не спит и ждет старушка моя…
А мне бы лететь, как птица свободно
А мне бы забыть ту, что не моя,
Мне бы только в дом, где сына родного
Не спит и ждет старушка моя…
А меня снова так тянет, поверь,
В дом, где с улыбкой откроют, мне дверь
Для меня места не будет роднее,
Я закурю, но я помешан на ней…
Наверно, ты вспомнишь, и хоть не моя,
Я грусти не скрою, пусть эти слова,
Для тебя ничего, для меня навсегда,
Душу заполонила, сдавила меня…
А мне бы лететь, как птица свободно
А мне бы забыть ту, что не моя,
Мне бы только в дом, где сына родного
Не спит и ждет старушка моя…
А мне бы лететь, как птица свободно,
А мне бы забыть ту, что не моя,
Мне бы только в дом, где сына родного
Не спит и ждет старушка моя…
Уле-улетаю я, словно птица в небо,
То ли ты судьбой дана, да к черту эти нервы!
Я хочу забыть себя, кричу, но без ответа,
Сам себе не верю, помнишь, как мы до рассвета?..
А ночка темная мне напоминает, как с тобою,
Мы бродили там, где небо звездное,
Ой, не забыть, я не могу, не позабыть мне это…
А ночка темная мне напоминает, как с тобою,
Мы бродили там, где небо звездное,
Ой, не забыть, я не могу, не позабыть мне это…
А мне бы лететь, как птица свободно,
А мне бы забыть ту, что не моя…
Мне бы только в дом за, где сына родного,
Не спит и ждет старушка моя…»
Я бросил взгляд на Элли. Она совсем разомлела, развесив уши.
— А… Ой, уже всё? — встрепенулись она, словно воробей, пригревшийся на солнце.
— Все-все! — хохотнул я.