Александр Волк – Покорители Огня (страница 5)

В ответ Борька только пожал плечами и замотал головой. Чего ему сейчас недоставало, так это Генкиной шоколадной конфетки фабрики «Коммунарка».

* * *

Как только мы оказались внизу, я сразу же стал осматривать место происшествия. Борька не предполагал, в каком направлении могли увести наших товарищей, поэтому я искал на песке какие-нибудь следы. Следов было много, но самое главное, были отчётливо видны протекторы от колёс нашей машины. Потому как глубоко колёса вдавливались в землю, я понял, что машину они всё же успели заправить.

– Вот и дорога, – объявил я во всеуслышание, указывая на колею. – Она нас и приведёт куда нужно.

– А куда нужно-то? – не понял Борька.

– Вот дурила! – демонстративно удивился Володя, высоко вскинув брови. – Туда, куда наших увезли, туда, где твой Гена с конфетами. Понял?

Борька как услышал про конфеты, сразу же засуетился:

– Так чего же вы тут стоите руки в карманы? У Геннадия там сейчас все мои конфетки поотбирают, а вам хоть бы что? Вы же ведь эти, как их, а – спасатели, вот и спасайте меня скорее, мне без конфет жизнь немила!

– Нет, ну ты понял, Димон, какую мы змеюку на груди пригрели, – начал было закипать Володька. – У нас люди пропали, а он о каких-то там конфетках суетится. А ну подь сюды, нечисть мохнатая, сейчас будут тебе конфеты – я тебе твой драгоценный хвостик на ириски порублю.

Борька тут же отбежал в сторону и спрятался за ближайший камень:

– А чё я сказал? Чё сказал-то? – уже оттуда стал оправдываться чёрт. – Я всего лишь напомнил вам, что очень люблю сладенькое. Неужто я не понимаю, что покуда мы не спасём Генку, не видать мне конфеток как своих рогов.

– Бе-бе-бе – не спасём Генку, – перекривлял черта Володя. – А Мишку, а Андрюху, чё – спасать не надо? Дождёшься ты у меня, Боренька, ох дождёшься! Выдерну хвост, по самое не хочу – будешь тогда, как бульдог бесхвостый по своим пенатам бегать.

– Ну, хватит уже! – прикрикнул я на них.– На данный момент мы одна команда и должны держаться друг за друга, а тебе, Борис, должно быть стыдно. Раз ты считаешь себя бойцом пожарной службы, то ты должен знать, что пожарные обязаны прикрывать друг друга в беде. Не сегодня-завтра мы доверим тебе свою жизнь, и нам бы не хотелось, чтобы ты променял её на какие-то там конфеты или шоколад.

– А сколько шоколада? – встрепенулся, было, Борька, но тут же прикусил свой язычок, так как Володя метнул на него многообещающий взгляд, касающийся его хвоста.

– Ну что ты с него возьмёшь, – развёл я руками. – Чёрт – есть чёрт! Пойдём, Володя, ещё неизвестно, сколько нам топать, нечего зря время терять.

Взгромоздив канистры себе на плечи, мы двинулись в дорогу, и Борька, шмыгая своим пятачком, медленно поплёлся за нами. Шли мы очень долго. Когда идти было уже совсем не вмоготу, мы останавливались, но после недолгого отдыха мы вновь продолжали свой путь. За время нашего движения меня посещали разные мысли, но больше всего меня волновала судьба моего отделения, а точнее сказать, его лучшая половина.

– Володя, – на ходу заговорил я, перекладывая канистру на другое плечо, – ты сам-то, что думаешь по этому поводу?

– А чё тут думать, Димон? – всплюнув на рыхлую землю произнёс Володька. – Найдём наших да насуём кому надо по пятачку, без драки, как я полагаю, тут всё равно не обойдётся, да и у меня руки уже давно чешутся кого-нибудь за хвост потягать. Но вот только есть одна проблема, жрать очень хочется, на голодный желудок мы долго не протянем, а точнее протянем свои ноги.

Действительно, из-за всей этой кутерьмы, я совсем позабыл о еде, а подкрепиться совсем бы не помешало, но как назло по близости не было ни одной заводской столовки, ну или на худой конец какой-нибудь занюханной забегаловки. Взглотнув слюну я только вздохнул.

– А давай Борьку съедим! – с улыбкой подмигнул мне Володя. – Вон вокруг, сколько огня, зажарим и сожрём нафиг! Я тебе говорю – пойдёт за милую душу, чур, мне хвост!

– Я всё слышу! – раздался Борькин голос у нас за спиной.

– Смотри-ка ты, Димон, у него ещё и уши локаторы, – остановился Володя. – Ну, а раз ты всё слышал, так предложи нам чего-нибудь съестного. Бояре трапезничать желают!

– Действительно, Борис, сами-то вы здесь чем-то да питаетесь, наверняка не ходите голодными, так вот и угости сослуживцев вкусным обедом из семи блюд, – облизнувшись, произнёс я. – Мы ведь у тебя в гостях как-никак, так не помирать же нам тут с голодухи.

– Боюсь, господа пожарные, что ничем не смогу вам помочь, – развёл руками Борька. – В данный момент кушать совершенно нечего – хоть самому ложись.

– Ну, так я о том и говорю, – поддержал его Володя. – Сожрём его, к чёртовой бабушке, и дело с концом.

– Не знаю как насчёт «сожрём», но про бабушку, Владимир, вы попали в самую точку, – засиял довольный чёрт.

– А ну, аргументируй, скилитёр ходячий, чё ты имеешь в виду? – не понял его Володя.

– А вот что имею то и …

– Отставить, Борис! – оборвал я его на полуслове. – Ты лучше конкретизируй, пожалуйста, что ты этим хотел сказать?

– Я-то скажу, – обиженно выдавил Борька, кивнув головой в Володькину сторону – только и вы, Дмитрий, передайте этому, чтобы не обзывался.

– Ну, это он не со зла, – стал выгораживать я Володьку. – Это у него от голода помутнение разума случилось, вот и несёт всякую ахинею.

– Чего у меня случилось? – не понял Володя.

– Заткнись! – шёпотом попросил я, – так надо. Главное его сейчас с нужной мысли не спугнуть. Так что ты там, Боренька, про бабулю-то говорил?

– Да ничего особенного, – ответил удовлетворённый чёрт. – Просто следы вашей машины ведут к Красному Холму, а в той стороне только бабушка Чива живёт.

– Вот оно что! Значит, наших увезли к твоей бабушке Чиве, – начал размышлять я, – а раз они там, то и нам туда дорога заказана. Далеко ещё до твоей бабульки?

– Она не моя бабулька, то есть бабушка, – пояснил Борька. – Бабушка Чива – общая бабушка. Она очень старенькая и её все любят. Она маленьких чертенят воспитывает, учит уму разуму.

– А-а, нянька значит, – догадался я.

– Тоже мне Арина Родионовна нашлась. Ваша тоже тут всех кружками спаивает, как наша Пушкина? – съехидничал, хихикнув Володька. – Ты нам лучше скажи – есть ли у неё чего-нибудь перекусить?

– Кочергу перекуси, – в очередной раз обиделся Борька. – Зубы, у тебя вон какие здоровые, не зубы, а бивни, наверняка на завтраки кокосовые орешки ими хрумкаешь. Тебе бы в местной кузнице цены не было, там очень часто кусачки из строя выходят.

От такого ответа у Володьки отвисла челюсть, а я, задыхаясь от хохота, придерживал его за рукав во избежание неприятностей и как только, через некоторое время, я успокоил Володю, мы двинулись дальше. Пройдя ещё совсем не много, мы увидели то, от чего застыли на месте как вкопанные. Перед нами стояла… наша пожарная машина. Ни рядом, ни, как оказалось, в ней самой, никого не было.

– Бензин кончился, – догадался Володя, почесав себя за ухом. – Прав был Генка, без бензина далеко не уедешь.

– Так в чём же дело, – сообразил Борька, похлопывая по канистрам. – У нас-то, бензин есть.

– А ведь верно калякает чертяка, – тут же оживился Володька. – Заполняем бак и поехали.

– Ха – поехали, а за руль кто сядет – Борька? Я, лично, водить не умею, – недоумевал я.

– Да я и сяду, – выпалил Володька, потирая ладони. – Мне Генка показывал пару раз, что к чему: и как педали нажимать и как насос включать, разберусь.

– Ну что ж, давай попробуем, – согласился я, поднимая канистры. – Тем более что выбирать нам всё равно не приходится, а вдруг получится.

Заправив бак и произведя беглый осмотр всё ли на месте, мы сели в машину.

– Заводи, – скомандовал я Володьке и ухватился обеими руками за поручень.

Володя погладил руль, постучал по приборной доске, зачем-то включил дворники и пожарную сирену, после чего почесал затылок и … повернул ключ зажигания. Двигатель заурчал, защёлкал, чего-то там прощебетал, и громко кашлянув выхлопной трубой, замурлыкал как котёнок.

– Ура-А-А!! – закричали мы хором. – Заработала!

– А теперь, Володенька, медленно, потихонечку включай, что там надо включать и плавно, главное не торопясь, поехали, – еле переводя дыхание, прошептал я.

Володя выжал сцепление, включил передачу и нажал на лапку газа. Машина медленно, как и планировалось, покатилась вперёд. Все облегчённо вздохнули – а зря!

* * *

Ехал Володя умопомрачительно. Нас бросало по всей кабине из стороны в сторону, как шарики в лототроне. Борька уже минут десять канючил, чтобы его выпустили на свободу, да и я сам придерживался такого же мнения, хотя очень старался не показывать вида.

– Во-о-ло-о-дя, миленький, – умолял его Борька, подпрыгивая на сидении. – Ну, если хо-о-чешь накрути мне-е хвост, то-о-лько-о о-о-станови эту-у безумную-ю калымагу-у.

Но Володька, уже вошедший в азарт езды только неистово хохотал, вцепившись в руль:

– А ты, Димон, говорил, не получится, смотри, как здорово получается.

– Получается, Володенька. Получается, – стиснув зубы, визжал я. – Только от твоей езды меня сейчас всего наизнанку вывернет. У-у-маляю – сбавь скорость.

– Потерпи, Димос – хорошо идём, скоро на месте будем, – с безумной улыбкой ответил Володя и ещё сильнее надавил на педаль газа. – Вон уже впереди какой-то холм виднеется.

Через мельтешившее перед глазами лобовое стекло я успел заметить огромный курган красного цвета.