Александр Вокиндак – «C самого начала» (страница 12)

– Ты стал экспертом по дизайну? – спросил Саша.

– Я хотел помочь. Согласись, это ж не вчера делалось, судя по всему!

– А судя по мне, когда я делался? – возразил Саша, пожимая плечами.

– Вы двое просто пара несносных забияк!

– Но ты бы мог заняться отделкой, это ж твоя работа, ведь так? – не отставал Сергей.

– Анне это не по средствам, а кредиты она ненавидит, издержки старой школы, – сказала Аксинья.

– И она по-своему права, вот если б я могла избавиться от тех кредитов, что взяла!

– Значит, так и будем сидеть и ничего не делать? – продолжал настаивать Сергей.

– А ты не мог бы пять минут поесть молча? – предложил Саша.

* * *

Вернувшись в офис, Саша впрягся в работу, чтобы наверстать все накопившееся за последнюю неделю.

Приезд Сергея внес некоторую сумятицу в размеренное течение его жизни.

Ближе к вечеру, когда за высокими окнами уже скрылось солнце, Саша глянул на часы. Пора было ехать за сыном в школу, сделать кое-какие покупки и потом приготовить ужин.

Дмитрий накрыл на стол и устроился в рабочем уголке, чтобы сделать домашние задания, пока Саша суетился на кухне, одним ухом рассеянно прислушиваясь к репортажу, который шел по висящему на стене в гостиной телевизору, настроенному на программу «НТВ».

Если б Саша поднял глаза, он, возможно, узнал бы молодую женщину, встреченную им несколько часов назад в магазине Сергея.

Алёна пришла первой вместе с дочерью, Аксинья позвонила в дверь несколькими минутами позже, а Сергей, как и положено доброму соседу, прибыл последним.

Все расселись за столом, кроме Саши, который не мог отойти от своих кастрюль. Облаченный в фартук, он достал из духовки горячее блюдо, поставил его на разделочный столик.

Аксинья поднялась, чтобы помочь ему, Саша протянул ей пару тарелок:

– Отбивные с зеленой фасолью для Анастасии, тарелка с брокколи и говядиной для Димы! Твоя долма будет готова через две минуты, а картофельная запеканка с мясом для Алёны вот-вот. Селедку с маринованным луком, чёрным хлебом и чесноком поставь в центр. Жаренную картошку я разместил в большой салатнице, поставь тоже у центра.

– А для номера семь что будет? – со смехом поинтересовалась Аксинья.

– То же, что для всех, жаренная картоха, – сосредоточенно ответил Саша.

– Ты собираешься ужинать с нами? – уточнила Аксинья, усаживаясь обратно за стол.

– Да, да, – пообещал Саша.

Аксинья несколько секунд смотрела на него, пока Саша не призвал ее к порядку: брокколи Дмитрию сейчас остынут.

Ему пришлось отвлечься от стряпни, чтобы принести тарелки Сергею и Алёне.

Он поставил блюда перед каждым и задержался, дожидаясь их реакции. Алёну содержимое ее тарелки привело в восторг.

– В своем Саратове ты такого не попробуешь, – заметил он, отправляясь обратно к своим конфоркам.

Почти сразу он вернулся с долмой со сметаной для Аксиньи и опять подождал, пока она попробует, прежде чем вернуться на кухню.

– Саша, сядь наконец, – попросила она.

– Уже иду, – отмахнулся он, держа губку в руке.

Готовка Саши вызвала бурное одобрение всего стола, но его собственная тарелка оставалась пустой. Подавая и убирая по мере надобности, он едва принимал участие в общей оживленной беседе. Когда дети начали позевывать, Аксинья на минутку отлучилась, уйдя в соседнюю комнату, чтобы уложить их.

Дмитрий заснул до того, как она успела укутать его одеялом. Она вышла на цыпочках и тут же вернулась обратно, не удержавшись от желания еще раз расцеловать его. Во сне мальчик приоткрыл глаза и пробормотал слово, напоминавшее «бырр-фур»– Аксинья ответила:

«Спи крепко, дорогой» и вышла, оставив дверь приотворенной.

Вернувшись в гостиную, она украдкой глянула на Сашу, который протирал посуду, не вмешиваясь в разговор Сергея и Алёны.

Аксинья засомневалась, садиться ли ей обратно, но тут Саша подошел к столу с большой бутылкой холодного виски, держа в другой руке большую порцию холодца.

– Ты когда-нибудь поделишься со мной рецептом? – спросила Алёна.

– Когда-нибудь! – обнадежил Саша и снова исчез.

Вечер заканчивался. Саша предложил оставить Анастасию на ночь.

Завтра он отвезет детей в школу. Алёна охотно согласилась, зачем же будить девочку. Было уже за полночь, шансов, что Анна осчастливит их неожиданным появлением, не осталось, и все разошлись.

Саша открыл холодильник, положил на тарелку кусочек сыра и хлеба к нему и устроился за столом, чтобы наконец поужинать.

На веранде раздались шаги.

– Кажется, я забыла у тебя мобильник, – сказала, заходя, Аксинья.

– Я положил его на стойку в кухне, – ответил Саша.

Аксинья нашла свой телефон, убрала его в сумку. Внимательно посмотрела на губку, лежащую на краю раковины, на секунду замялась, потом взяла ее в руку.

– Что с тобой? – забеспокоился Саша. – Ты какая-то странная.

– Знаешь, сколько времени ты провел сегодня вечером вот с этой штукой в руке? – поинтересовалась Аксинья ровным голосом, помахивая губкой.

Саша нахмурился.

– Ты беспокоишься о том, что Сергей одинок – продолжила она, – а о собственном одиночестве ты никогда не думал?

Она бросила ему губку, которая приземлилась точно посередине стола, и вышла из дома.

* * *

Аксинья ушла уже больше часа назад. Саша по-прежнему бродил по гостиной. Подошел к стене, за которой проживал Сергей. Поскребся пальцем в перегородку, но, с другой стороны, в ответ не донеслось ни звука: его лучший друг, наверно, давно спал.

* * *

В один прекрасный день Анастасия напишет в своем дневнике, что влияние Аксиньи на ее отца и дядю Сашу сыграло решающую роль. Димка добавит на полях, что полностью с ней согласен.

* * *

Алёна обернула простыню вокруг талии и уселась верхом на Сергея.

– У тебя сигареты есть?

– Я больше не курю.

– А я вот курю, – сказала она, роясь в своей сумке, брошенной у постели.

Она подошла к окну, и пламя зажигалки высветило ее лицо.

Сергей не сводил с нее глаз. Он любил движения ее губ, когда она курила, завитки летящего дыма.

– На что ты смотришь? – спросила она, прижавшись лицом к стеклу.

– На тебя.

– Я изменилась?

– Нет.

– Это ужасно, ведь я буду так скучать по Анастасии.