Александр Владыкин – Власть (страница 58)

К слову, именно проклятые земли и стали главной причиной силы местных магов. С одной стороны, при случившемся уничтожившим древних катаклизме в эту сторону, похоже, хлынула волна магии, сильно поднявшая общий магический фон в Кортии (видимые мне потоки магии здесь были значительно ярче и насыщеннее, чем в других местах), а с другой, кортийцам просто повезло — древняя академия магии оказалась недалеко от их границы с проклятыми землями, и они сумели вытащить оттуда множество ценных фолиантов, по которым когда-то учились студенты, и различных артефактов. Некоторые они даже смогли повторить.

Начало сражения было таким, как я и ожидал. Дружины из числа неодаренных воинов остались позади (я и турвальдцев, и оборотней и вовсе за невысоким холмом, на котором сам расположился, спрятал на всякий случай), а вперед вышли маги-аристократы. И началось. Просто настоящее светопреставление какое-то. По-иному и не скажешь. Воздух наполнится тучами огненных шаров и стрел, лезвий, ледяных копий, земля то под одним строем, то под другим вздымалась, выпуская каменные колья, или расступалась, чтобы поглотить зазевавшегося. Даже с моего места было слышно, как трещат, лопаясь, перегруженные защитные амулеты, и все больше противников с обеих сторон вспыхивают, лишаются голов, рук или ног, пронзаются льдом, взлетают вверх на остриях каменных копьев, проваливаются под землю. Зрелище откровенно жуткое.

Впрочем, еще более страшная картина наблюдалась на правом фланге вражеского войска, где далеко не все успели сообразить, что за фиолетовый туман на них надвигается, и вовремя сбежать. Теперь там была отчетливо видна граница, до которой дошло заклинание Мелиссы — с одной стороны по зеленой траве пытаются отступить еще живые, которым мешают их товарищи, а с другой — только голая земля и кучки праха, еще совсем недавно бывшие людьми.

И армия Ортиса не выдержала. С моего места было хорошо видно, как сначала один маг, за ним второй, потом целая группа из то ли пяти, то ли семи человек устремляются назад, в тыл. Может быть, это были те, у кого уже закончились магические силы, но почему-то думаю, что просто сторонники Ортиса начали понимать, что сегодня их ждет поражение и бессмысленно жертвовать собой не желали. Вовремя это произошло — мои маги, которых все-таки было значительно меньше, уже еле стояли на ногах и если бы не смертоносная атака Мелиссы и удачные действия на другом фланге Элантры и Горана, побежали бы они.

Можно сказать, победа, а я еще даже ни одного удара не нанес. Где же Ортис? А, вот и он. Выходит из-за рядов своего отступающего войска. Перед ним расступаются и перестают покидать поле боя. Конечно, сейчас ведь главное зрелище будет. Поединок двух императоров. Слывшего сильнейшим и непобедимым старого и обладающего темной магией нового. Исход возможен только один — смерть одного из нас.

Так-то я не сомневаюсь, что моя возросшая мощь позволит мне одним туманом тления развеять любую защиту Ортиса, даже если на нем есть соответствующий амулет, но необходимо сделать все ярко. Так, чтобы все запомнили. И чтобы даже не помышляли о том, что мою власть можно оспаривать.

Ага, Ортис решил сразу зайти, что называется, с козырей. Огненный вихрь создает. Никогда не забуду, как сдерживал такой же в исполнении Элифаса. Чуть с жизнью тогда не распрощался. Но тогда я был значительно слабее. Сейчас меня таким не испугать. Но все равно стоять столбом, прикрывшись фиолетовым коконом, и ждать, пока противник обессилит, поддерживая свое заклинание, совсем не хочется.

Поэтому поступаю по-другому. Быстро создаю туман тления, с помощью ветра направляю его на противника и окружаю его фиолетовым щитом со всех сторон. Теперь он в непроницаемой для любой магии клетке. А вихрь свой Ортис уже создал, и тот начинает бушевать в созданном мною замкнутом пространстве, пытаясь вырваться наружу. Гудение огня (чистая мартеновская печь получилась) и дикий, нечеловеческий вопль мгновенно вспыхнувшего Ортиса. Все это длится лишь несколько секунд, но впечатление на зрителей производит колоссальное. Такое они точно не забудут.

Развеиваю свой туман и вижу, как сначала маги бывшего императора, а за ними и его обычные войска, так и не вступившие в сражение (последнее меня очень радует), опускаются на колени, бросая оружие и в знак покорности надевая себе на шеи свои пояса.

Вот и все. Окидываю взглядом поле боя. Да, это сражение не забудут не только из-за финальной сцены с моим участием. От моей армии (считаю только магов) осталась в живых в лучше случае половина. У противоположной стороны потери еще больше. Было там магов семьсот пятьдесят навскидку, а сейчас на ногах максимум триста — триста пятьдесят осталось. Ну, может быть, еще кто-то просто ранен и выздоровеет. Но в любом случае таких массовых магических побоищ этот мир еще не знал. Если, конечно, забыть о том, которое устроили древние маги. Но сколько их там было? Если исходить из количества замков, которые я видел в проклятых землях, то значительно меньше.

— Ричард, ваше императорское величество! — подлетает ко мне счастливо улыбающаяся Мелисса. — Поздравляю вас с короной императора Кортии! Теперь вы единственный! Властитель всех людей!

Вскоре к ее славословиям присоединяются и остальные. Все спешат продемонстрировать, как они рады, что я одержал эту «историческую победу» и теперь объединил под своим скипетром всех представителей человеческой расы. Ну, так-то мне еще и Новый Драур полностью подвластен, да и эльфы своим королем признали моего сына. И у оборотней, нет никаких сомнений, что верховным вождем станет со временем наш с Сигрид ребенок. Так что не только людей. А всех.

Кроме нежити, властелин которой вряд ли согласится с тем, что «величайший» — это я. Помнится, он так себя приказывал называть своим рабам. Так что самое важное, самое сложное, самое опасное еще впереди.

Глава 24

Милые девушки

Отдохнув на поле нашей победы два дня, в течение которых лекари постарались поставить на ноги немногих раненых, в магических поединках истощивший свои силы и, соответственно, лишившийся возможности прикрывать себя щитом, редко остается в живых, мы двинулись к столице.

Элениэль я уже отправил гонца с приказом занять Вудмент до нашего подхода и постараться навести там порядок. Помочь в этом моей третьей жене должна была инквизиторша Гортензия, прекрасно знавшая все местные расклады.

С последней я провел беседу сразу, как только мы расположились в императорском дворце. Как ее использовать, я уже решил. Пример главы инквизиции Блазии Гинзеля ясно говорил, что этой организации абсолютно все равно, кого преследовать и за что. Был бы только враг обозначен. В Кортии ситуация с инквизицией была несколько другой, правда, но не в этом аспекте. Так-то в связи со слабой здесь позицией церкви местные борцы с темной магией не столько боролись с ней, сколько утихомиривали наиболее невменяемых феодалов. Естественно, под соусом противостояния темным. В конце концов, найти в любом замке какой-нибудь запрещенный артефакт было не так сложно. Во-первых, таких действительно было в стране очень много, а во-вторых… Во-вторых, всегда можно найти то, чего нет. Особенно, если с собой принести.

В общем, кортийская инквизиция была скорее этакой тайной полицией императора, чем чем-то иным. А еще она оказалась одним из самых богатых и, я бы сказал, разумно управляющих своими владениями коллективных феодалов. Запрет мужчинам-инквизиторам жениться, а женщинам и вовсе вступать в какие-либо связи исключал передачу накопленных богатств наследникам, вследствие чего собственность инквизиции не распылялась, а только постоянно прирастала. В первую очередь, за счет узаконенной передаче ей десятой части всего конфискованного у осужденных этой службой имущества. Но, несмотря на свои богатства, и опять же по причине целибата, за соблюдением которого сама же инквизиция строго и следила, конкурентом светской власти организация не была. Короче, отвратительная, но очень мне сейчас нужная структура.

— Ваше императорское величество, — ответила мне Гортензия на мое предложение ей возглавить кортийскую инквизицию. — Это невозможно. Верховным инквизитором может быть только мужчина, но я, занимая уже много лет пост его первой помощницы, по сути всем и руковожу, так что все ваши указания будут выполняться неукоснительно.

Ну, нельзя, так нельзя. Вознаградил даму свиданием с Гораном, поставил задачу выявлять всех аристократов, которые будут выражать недовольство новой властью, и действовать в их отношении предельно жестко. То, что недовольных будет достаточно, я не сомневался. Потому что первым же законом, который завтра будет оглашен, будет запрет феодалам чинить суд и расправу над смердами. Это право полностью перейдет к верховной власти, которая назначит на места своих представителей. Кроме того, под строжайший запрет попадали все междоусобные войны. Никаких захватов замков соседей отныне быть не должно. За этим проследит инквизиция. За нарушение моих постановлений — лишение домена, а в отдельных случаях и смертная казнь.

Еще одной проблемой обещала стать местная академия магии. Готовили в ней только боевиков. Вне зависимости от способностей одаренного. Ни одной, если так можно сказать, «мирной профессии» в программе не было, включая и лекарской. Для адептов энергии жизни были только две школы. А воевать теперь не с кем. И что вся эта шобла мастеров огненных шаров, воздушных лезвий, каменных копий и ледяных стрел делать будет? Надо бы наиболее разумных, способных понять, что жизнь в империи радикально меняется, на переобучение отправить. Но кто учить будет? Придется вызывать преподавателей из Блазии и Юма. По-другому — никак.

Для тех же, кто не захочет осваивать, скажем, строительство дорог, орошение полей и так далее, есть граница с проклятыми землями. Пока. Потом будет для них другое задание. После того, как я расправлюсь с древним магом и его личами (об ином исходе я думать по понятным причинам не хотел) останется еще множество измененных тварей, не являющихся нежитью. Вот на борьбу с ними я таких упертых и брошу.

Прием аристократов, которые по своему положению были достойны чести лично принести присягу новому императору, был подготовлен за один день. Точнее — за одну ночь. И утром в сопровождении Элениэль, Мелиссы и Элантры с Гораном я занял место на возвышении на троне. Рядом со мной сидеть могла только Элениэль, но еще два кресла я приказал установить чуть ниже, из-за чего помост стал двухъярусным.

Мелисса, было, подумала, что одно из этих мест предназначается для нее, как будущей моей наместницы, и направилась в их сторону, но я жестом указал ей, что она должна встать внизу, там, где будут преклонять колени и произносить слова клятвы верности аристократы. Эта небольшая заминка вызвала ехидную улыбку Элениэль, которая не осталась незамеченной Мелиссой. Да, надо будет мне сегодня же принять меры по их пусть и не примирению, то хотя бы «мирному сосуществованию».

В итоге кресла пока остались пустыми, интригуя входящих в зал моих будущих вассалов.

Первой присягу приносила Мелисса. И как «лицо особо приближенное к императору» (то есть — ко мне) и как владелица самого обширного домена. И тут она на Элениэль отыгралась по полной. Произнеся все положенные формулировки, девушка неожиданно вместо того, чтобы отойти в сторону, поднялась на помост, склонилась передо мной и, вытащив откуда-то из-под моего трона то ли подушечку, то ли небольшой пуфик (когда только успела его приготовить?) устроилась в меня в ногах. Таким образом не только демонстрируя всем связывающие нас отношения, но и оказавшись в результате своего несанкционированного маневра ко мне ближе, чем эльфийка.

Прогонять каким-то образом герцогиню Саэкса с моей стороны было бы в данной ситуации абсолютно неуместно, так что пришлось сделать вид, что так и было запланировано. Ограничился тем, что положил ей руку на плечо, будто бы милостиво, но на самом деле сильно сжал его, показывая этим Мелиссе, что не премину разобраться с ее поведением позднее. Впрочем, девушка это вытерпела и только еще шире улыбнулась. Вот же зараза.

А Элениэль… Нет в этом мире гоблинов. То есть, может быть, и есть где-то. Это местные уверены, что их континент единственный. Я же вполне допускаю, что и другие за «великим» море могут быть. И почему бы там не найтись гоблинам? Но, повторюсь, тут их нет. Так что сравнить позеленевшее лицо красавицы эльфийки было не с кем.

Потом передо мной прошла череда аристократов. Все, как и в Юме, и в Блазии. Единственное отличие, что тут мне не нужно было каждому отвечать и брать его руки в свои. Очень удачно, а то церемония затянулась бы на полдня.

— Мои верные вассалы Кортии, — произнес я, когда последний из присягавших встал с одного колена на ноги и отошел в сторону. — Объявляю, что наместником кортийской области единой империи людей я назначаю присутствующую здесь графиню Элантру, которая будет осуществлять верховную власть в мое отсутствие, — при этих словах воздушница поднялась на нижний ярус возвышения и заняла место на одном из стоявших там кресел. — Командующим армии Кортии будет также присутствующий здесь граф Горан, — вслед за Элантрой на помост поднялся огневик и сел рядом с ней. — Все их приказы следует выполнять так же, как и мои.

Вот теперь очередь зеленеть пришла Мелиссе. Зато Элениэль просто лучилась от радости. Какие же милые у меня спутницы. Какие дружные. Ничего. Проведу сегодня с обеими воспитательную беседу.

Заняться этим получилось только вечером после продолжительного пира, который проходил по традиционной схеме. Сначала один за другим тосты, восхваляющие меня, красоту моей жены Элениэль и… Мелиссы. Последнюю поминали, конечно, реже, но каждый раз, когда это происходило, одна девушка победно улыбалась, а вторая бросала на нее не обещавшие ничего хорошего взгляды. Потом кто-то заснул прямо за столом, кто-то почти незаметно справил нужду за портьерой, кто-то увлек в нишу служанку, а то и чужую жену. Карлики разыгрывали глупые пантомимы, менестрели нудели что-то, как они считали, веселое, акробаты ходили по натянутому под потолком канату. Мда… В Юме у меня такое уже давно не принято. Пришлось потерпеть весь этот бардак. «Ноблесс оближ», как говорится. В смысле — положение обязывает.

— А ну-ка сели рядом! — начал я свое запланированное «построение на тумбочках» Элениэль и Мелиссы, когда нам, наконец, удалось добраться до моих покоев, и я увидел, что мои спутницы расселись в разных углах большой гостиной. — Чтобы больше я не видел, что одна из вас пытается как-то задеть другую. Нам в ближайшее время предстоит важное и опасное дело. И если хотите остаться после него в живых, то придется вам научиться действовать сообща.

Собственно, идея у меня была простая. Каждая из девушек владеет темной магией, без которой в проклятых землях делать нечего. Но с сожалением надо признать, что обе уступают по своим силам не только древнему магу (на знаю, на что он способен, но подозреваю, что на очень многое), но и его архиличам. Это если они будут действовать поодиночке. А если вместе? Объединив усилия?

— С завтрашнего дня и до того момента, когда древний маг падет, вы будете каждую свободную минуту тренироваться вместе. Пробуйте разные варианты. Создавайте вместе туман тления, усиливайте его огнем и ветром. Завтра же отправляйтесь в местную академию и научитесь тем заклинаниям, которыми владеют кортийские маги. Они в боевой магии ушли далеко вперед по сравнению с тем, чему учат в нас в Юме или в Блазии.

— Мы отправимся в проклятые земли? — вздрогнув от воспоминаний, что ей там пришлось испытать, спросила Мелисса. — Когда?

— Пока точно не знаю, — ответил я, с удовольствием заметив, что и Элениэль тоже посерьезнела, услышав, что нам предстоит. — Я бы отложил это на будущую весну, но многое будет зависеть от того, какие действия предпримет древний. Его войска, вторгшиеся в Солбери, мы уничтожили. И он уже об этом, конечно, знает. Кроме того, теперь к нему не доставляются те ингредиенты, которые ему зачем-то крайне необходимы. Войну может и он начать. Так что времени терять нельзя. Готовьтесь. Обе.