Александр Владыкин – Власть (страница 55)

Элениэль же должна была срочно вернуться в Блазию, собрать там не меньше сотни боевых магов и тысяч пять воинов и с этим силами через месяц вторгнуться в Кортию. По моим расчетам к этому времени я уже начну боевые действия против императора Ортиса с территории Саэкса, и он будет вынужден снять большую часть своих сил с границы с Блазией. Потом Элениэль должна будет начать продвижение к столице Кортии Вудменту, возле которого мы еще через месяц встретимся. Конечно, весь план носил очень приблизительный характер, и многое в нем еще могло десять раз поменяться, но мы будем поддерживать при помощи гонцов постоянную связь и в случае чего наши действия скорректируем.

С мной в Саэкс следовали тысяча турвальдской конницы, пять сотен оборотней на своих любимых лосях и столько же моих горцев. Использовать их я собирался только в самом крайнем случае. Магов я в этот поход брать не стал. Их задачей было прикрывать границы Солбери с проклятыми землями.

Вообще, вся эта каша, которую Мелисса все-таки умудрилась заварить в Кортии, меня совсем не радовала. И Блазия еще не полностью перешла под мою власть — по сути, только столица да самые ближайшие к ней области, и в том же упраздненном королевстве Солбери, которое теперь стало частью Турвальда, еще далеко не все готово к ожидаемому мной нападению нежити, да и не решил я пока, какое направление в данный момент важнее и какую проблему решать первой — то ли с Кортией сначала нужно было разобраться, то ли до конца продумать и подготовить операцию против древнего мага. Его я считал противником куда более опасным, что все Кортии и Блазии вместе взятые.

Но моя дорогая Мелисса лишила меня этого выбора. Впрочем, увидеть (и не только) эту неудержимую в достижении поставленных ею целей девушку я хотел.

Застал я Мелиссу в самом плачевном состоянии.

— Она в камере в подвале, — указывая пальцем в пол, ответила мне Элантра, когда я, прибыв в Саэкс, спросил, почему меня не встречает «герцогиня».

— Так выпустите ее и приведите сюда, — приказал я. — Сейчас займусь ее лечением.

— Простите меня, ваше императорское величество, — смутилась Элантра. — Но не могли бы вы сами за ней спуститься? Она совсем, боюсь, потеряла разум. Пока мы готовились к отражению первого нападения имперских войск и еще пару дней после него, она была более или менее нормальной, но потом… В общем, она кидается на любого, кто заходит в ней. Мы ей даже еду передаем в специально проделанное окошечко в двери. Ведет себя, как дикий зверь. Может быть, увидев вас, она придет хоть немного в себя. В противном случае ее придется связывать, чтобы доставить к вам.

Забавно, но связывать Мелиссу действительно пришлось. Только мне самому. Потому что она меня не узнала и, когда я вошел в ее камеру, набросилась на меня с явным желанием выцарапать мне глаза. Еле-еле увернуться успел.

— Оставьте нас, — приказал я, захлопывая за собой тяжелую, обитую металлическими полосами дубовую дверь.

Да, видеть то, что происходило потом, никому нельзя было, так как все дальнейшее больше всего напоминало действия наемника, ворвавшегося в поверженный город и теперь предававшегося грабежу и насилию. Грабежа в моем случае, правда, не было, а вот к насилию прибегнуть пришлось. Сначала попробовал просто повалить Мелиссу на кровать (хоть кровать для нее в камере нормальную установили, и то хорошо), но она так отбивалась руками и ногами, что я был вынужден девушку связать. Как же она рычала, брыкалась, извивалась. Наверное, в ее повредившемся от воздействия магических энергий мозгу я и был самым настоящим насильником.

Относительно в себя Мелисса пришла только спустя два часа. То есть отбиваться перестала, но меня по-прежнему не узнавала. Просто лежала безвольным трупом, позволяя мне делать с ней все, что захочу. А я хотел только одного — вернуть ее в нормальное состояние, и способ этого добиться я знал, к сожалению, только один.

Должен сказать, что никогда не понимал насильников. Но это непонимание носило теоретический характер. Теперь, могу утверждать, что не понимаю и практически. Это какое-то психическое расстройство должно быть, чтобы от такого процесса получать удовольствие. У меня было единственное ощущение, что я несколько часов то ли мешки грузил, то ли какой-то отвратительной мерзостью занимался. И это, несмотря на то, что умом я осознавал, что занимаюсь лечением.

Наконец, Мелисса отключилась, провалившись в какую-то смесь сна и бессознательного состояния. Судя по всему, сопровождавшуюся кошмарами, потому что она периодически издавала жалобные стоны, бормотала что-то вроде «пожалуйста, не надо», а один раз, не открывая глаз, постаралась вскочить, чтобы, видимо, куда-то бежать.

— Ричард! — очнулась девушка на утро следующего дня. — Ты приехал! Ты меня выпустил из этого отвратительного подвала! — и она потянулась, чтобы обнять меня.

Да, мы были уже в ее спальне, куда я Мелиссу перенес, пока она спала. И это снова была Мелисса, а не то полусумасшедшее сначала дикое, а потом жалкое существо, которое я увидел вчера.

Всю следующую неделю мы готовились к походу и принимали перебежчиков из стана императора Ортиса. Симпатии они мне не внушали. Гордые, заносчивые, готовые ради приобретения новых владений и увеличения своей власти убивать без разбора. Бывали случаи, когда один брат давал присягу мне, а второй оставался верен Ортису. При этом, как я понимаю, при встрече на поле боя каждый из них не будет сомневаться ни единого мгновения перед тем, как послать в брата огненную стрелу, воздушное лезвие или, если магические силы уже на исходе, проткнуть его мечом.

Но в магии они все были весьма сильны. Теперь я понимал, почему железные легионы Блазии не только не могли столько лет победить Кортию, но частенько сами терпели поражения. Огневики, помимо стрел, шаров и щитов, умели вызывать настоящий огненный дождь, который мог накрыть сразу отряд человек в пятьдесят. Владевшие земляной магией поражали противников вырывавшимися из-под земли каменными кольями, на которых враги потом корчились, истекая кровью. Водники не ограничивались каким-нибудь смерчем, а создавали целые тучи ледяных копий, пробивавших насквозь любые доспехи. И это только несколько примеров. И, конечно, все эти феодалы были буквально с ног до головы увешаны различными амулетами.

И сколько же их тут в Кортии было! Только к нам за первую неделю и за три последующие, пока мы, беря замок за замком, продвигались в сторону Вудмента, примкнуло почти пять сотен таких магов. В армии Ортиса их было еще раза в полтора больше. Правда, для этого ему пришлось снять войска с границы с Блазией, чем сейчас должна была воспользоваться Элениэль, но все равно магическая мощь Кортии впечатление производила. Счастье, что местные феодалы почти все свои силы тратили на междоусобицы, а то, уверен, они уже давно захватили бы и Блазию, и мой Юм, и Эльфару с Драуром. Может быть, только оборотни сумели бы отбиться, да и то — только благодаря тому, что в их лесах можно скрываться до бесконечности.

Наконец, на обширной равнине мы увидел войско Ортиса.

Глава 23

Битва двух императоров

— Ваше императорское величество, — обратилась ко мне Элантра, когда на следующее утро наши войска начали строиться друг напротив друга. — А вы знаете, что еще ни разу за историю на поле боя не сходились два императора? Сегодняшнее сражение войдет в летописи.

Не знаю. Но догадываюсь. А как такое могло произойти, если при правлении древних магов тут никаких императоров в помине не было, попробовал бы какой-нибудь королек себя так назвать — вмиг на голову укоротили бы, а потом их и было только двое — один в Кортии, второй — в Блазии, и оба, будучи не совсем идиотами, своими жизнями рисковать лишний раз вовсе не торопились. Это сейчас у Ортиса ситуация безвыходная. На кону не победа в каком-нибудь ничего не значащем приграничном сражении, а его собственный трон. Поэтому он сам свою армию и повел. Кроме того, подозреваю, он опасается, что без него, она может и на мою сторону переметнуться.

Ну, посмотрим, сегодня, как эти кортийские маги себя покажут в настоящей битве, а не в их постоянных междоусобных склоках. Ни о какой тактике или, упаси Единый, стратегии даже мечтать нельзя было. Что у меня, что у Ортиса просто две толпы плохо управляемых и недисциплинированных аристократов, каждый из которых уверен, что и сам знает, как лучше поступить в той или иной ситуации.

Пока шли от Саэкса сюда, несколько замков моя, если так можно сказать, армия взяла не только без моего приказа, но даже невзирая на мой прямой запрет. При этом каждый раз уничтожали там всех. Абсолютно уверен, что просто пользовались случаем, чтобы свести какие-то свои личные счеты или чтобы выморочных владений после войны больше было. Каждый ведь из тех, кто перешел на мою сторону, рассчитывает после победы получить себе в награду домен — другой.

Единственное, что меня во всей этой ситуации радовало, так это то, что простые, неодаренные воины в битвах участвовали далеко не всегда.

Порядок тут был такой. Вперед с обеих сторон выходили благородные, то есть — маги, и начинали поливать противников всевозможными заклятьями. Обычные войска в это время держались подальше. Если на этом этапе побеждала одна сторона, то продолжения никакого обычно не следовало. Подчиненные поверженных складывали оружие и или отправлялись к победителю в рабство, или, если тому это было нужно, включались в его дружину, тут же, прямо над трупами своих прежних сюзеренов давая клятву верности своему новому хозяину, которую в следующий раз готовы были точно так же забыть. Впрочем, никакого предательства в этом не было. Клятва действовала только при жизни того, кому ее давали. И если сюзерен погибал, то его вассалы и воины могли с полным правом выбрать, кому они будут служить в дальнейшем.

Но бывало и так, что в магической схватке победитель не выявлялся — просто обе стороны истощали свои энергетические каналы. И вот тогда в дело вступали войска. И начиналась дикая резня, целью которой было уничтожить потерявшего возможность применять магию предводителя противников. Тут уже жертв было множество.

Нечто подобное, похоже, ждало нас и сегодня. И не то, чтобы я был против подобного расклада, хотя вначале, когда при первых стычках увидел, как тут принято сражаться, был изрядно раздражен. Увы, но жизнь вынудила меня признать правоту Ортиса, который продолжал войну с Блазией с единственной целью уменьшить число своих одаренных вассалов и занять их чем-то, помимо бесконечного выяснения отношений между собой. Мне такие подданные, да еще и в таком количестве тоже были не очень нужны. Так что пусть бьются, как умеют. Мешать не собираюсь.

Жаль только, если магическая битва завершится вничью и придется отправлять в бой простых дружинников. Тут и так населения очевидная нехватка. Треть великолепных полей никем не обрабатывается, а смерды забиты и запуганы феодалами до такой степени, что и голову боятся на благородного поднять. Если последнему что-то не понравится, то может и огнешаром или воздушным лезвием угостить. В небольших городках, которые нам встречались на пути, ситуация чуть лучше, так как они находятся в прямом правлении императора, но тоже картина плачевная. Не удивляюсь, что весьма посредственное, с моей точки зрения, по уровню своего благосостояния герцогство Мелиссы тут считалось процветающим даже еще до того, как я начал его развивать по примеру Юма.

Кстати, Мелисса все это время со своим пониманием местной психологии была крайне полезна. Собственно, именно по ее совету я и не стал пытаться вводить в нашем войске привычные мне порядки.

— Ричард, — пояснила мне девушка, когда мы остались на третью ночь моего пребывания в Саэксе наедине, и она могла что-то мне посоветовать, не нарушая этикета. — Зря ты сегодня приказал объединить в один отряд дружины этих двух баронов. Да еще и Горана к ним командовать поставил. Они все равно не будут прикрывать друг друга, как ты их сегодня учил. Каждый будет за себя. И признавать над собой власть чужака они тоже долго не смогут. Боюсь, что через декаду оба от нас сбегут к Ортису. И других мы так не привлечем на нашу сторону. Не пытайся сразу ломать установленные традиции. После победы наведешь тот порядок, который считаешь правильным, а сейчас просто пользуйся возможностями моих соотечественников, не пытаясь их переделать. Все равно это невозможно.

В общем, в итоге я пришел к выводу, что Мелисса куда лучше меня общается с местными и с куда большей пользой для дела. Так что потом при прибытии очередной группы перебежчиков от Ортиса, часто это были те отряды, которые он высылал, чтобы сдержать наше продвижение, пока сам собирает армию, я их только приветствовал, а потом, так сказать, молча «олицетворял» высшую власть. Переговоры же все вела Мелисса. Ее все воспринимали не только как герцогиню Саэкса и сильную магиню, но и как любовницу нового (скорее все-таки будущего) императора, а последнее в Кортии считалось весьма почетным званием, и ни малейшего удивления, что девушка озвучивает якобы мои решения, не выражали.

В остальном Мелисса тоже была крайне активна. Я бы сказал, просто из кожи вон лезла, чтобы и успех нам обеспечить, в чем я, впрочем, практически и так не сомневался, и меня к себе расположить. Первым она занималась днем, вторым — по ночам. При этом с наступлением темноты не только в постели старалась меня ублажить, но и прибегала к гораздо более тонким ходам. А именно расспрашивала меня о детях, нахваливала моих жен, включая (даже и особенно) Изабеллу, предавалась воспоминаниям о том, как мы вместе шли через проклятые земли. В общем, всеми возможными способами доказывала, что «отныне и навсегда» будет мне верной и достойной помощницей и спутницей.

А подспудно пыталась подвести меня к тому, что я могу, во-первых, доверить ей управление Кортией, когда мы ее полностью захватим, во-вторых, — исполнить ее мечту иметь от меня ребенка, ну и, в третьих, что я совсем сделал бы ее счастливой, если бы взял ее в законные жены, как когда-то мы (точнее она и Изабелла) договаривались.

Пока ни одно из этих ее желаний я осуществлять не собирался. В Кортии я оставлю в роли моей наместницы Элантру. А что касается свадьбы и ребенка, то это тоже под вопросом. На Мелиссу у меня были на ближайшее время другие планы. Впереди у меня был поход во владения древнего мага, и Мелисса мне там будет необходима — и была уже там, и темной магией владеет. Пожалуй, еще Элениэль с собой нужно будет взять. Плюс всех тех, кого я тогда из рабства в проклятых землях освободил. И этого достаточно. Если мы такими силами не справимся, то и большими никаких шансов не будет. Тут скрытность и внезапность все решат, а не грубая сила. Но девушке пока обо всем этом знать рано.

Все-таки кое-какие меры для того, чтобы сегодняшняя битва принесла нам победу без лишних жертв с нашей стороны, я принял. Пусть маги Ортиса, да и мои сражаются, как умеют, но я, Мелисса, Элантра и Горан будем действовать по-другому. Мужа Элантры вместе с пятьюстами приведенными мною горцами я оставил в Саэксе обеспечить нам тыл и бесперебойное снабжение провиантом. Конечно, по пути армия все равно грабила всех и все, но этого не хватило бы, чтобы к Вудменту пришло нормальное войско, а не полуголодная толпа.

Мелисса расположилась на левом фланге. Ее задача будет туманом тления согнать вражеских магов к центру, что помешает им свободно применять свои возможности. Одаренные всегда старались встать в один ряд или максимум в два или три — посылать огненные стрелы, шары или воздушные лезвия через головы своих товарищей не слишком удобно. И именно этого я и хотел добиться.

Элантра с Гораном будут справа. И работать будут парой, формируя общими усилиями огненные смерчи. Благо — Горан огневик, а Элантра воздушница. Уверен, что именно такие слаженные действия магов Блазии и позволяли им справляться с куда более умелыми индивидуально и многочисленными кортийскими. Их задача будет просто сдерживать там врагов, которых как-никак а в полтора раза больше, чем нас.

Я же буду в центре. Сначала подожду, не вступит ли в сражение сразу сам Ортис. Он двустихийник и явно на уровне архимага. Иными словами — почти точная копия Элифаса, а я хорошо помню, каких трудов мне стоило его победить, так что нужно быть внимательным и не торопиться тратить свои собственные силы. Потом, если Ортис так себя и не проявит, то улучу момент и накрою фиолетовой дымкой центр вражеского войска, которое к этому моменту уже должно будет и смешаться под воздействием Мелиссы, и лишиться защитных артефактов. Как оказалось, у многих здесь есть средства защиты и от темной магии, которые они умудрились притащить из проклятых земель.

К слову, именно проклятые земли и стали главной причиной силы местных магов. С одной стороны, при случившемся уничтожившим древних катаклизме в эту сторону, похоже, хлынула волна магии, сильно поднявшая общий магический фон в Кортии (видимые мне потоки магии здесь были значительно ярче и насыщеннее, чем в других местах), а с другой, кортийцам просто повезло — древняя академия магии оказалась недалеко от их границы с проклятыми землями, и они сумели вытащить оттуда множество ценных фолиантов, по которым когда-то учились студенты, и различных артефактов. Некоторые они даже смогли повторить.

Начало сражения было таким, как я и ожидал. Дружины из числа неодаренных воинов остались позади (я и турвальдцев, и оборотней и вовсе за невысоким холмом, на котором сам расположился, спрятал на всякий случай), а вперед вышли маги-аристократы. И началось. Просто настоящее светопреставление какое-то. По-иному и не скажешь. Воздух наполнится тучами огненных шаров и стрел, лезвий, ледяных копий, земля то под одним строем, то под другим вздымалась, выпуская каменные колья, или расступалась, чтобы поглотить зазевавшегося. Даже с моего места было слышно, как трещат, лопаясь, перегруженные защитные амулеты, и все больше противников с обеих сторон вспыхивают, лишаются голов, рук или ног, пронзаются льдом, взлетают вверх на остриях каменных копьев, проваливаются под землю. Зрелище откровенно жуткое.

Впрочем, еще более страшная картина наблюдалась на правом фланге вражеского войска, где далеко не все успели сообразить, что за фиолетовый туман на них надвигается, и вовремя сбежать. Теперь там была отчетливо видна граница, до которой дошло заклинание Мелиссы — с одной стороны по зеленой траве пытаются отступить еще живые, которым мешают их товарищи, а с другой — только голая земля и кучки праха, еще совсем недавно бывшие людьми.

И армия Ортиса не выдержала. С моего места было хорошо видно, как сначала один маг, за ним второй, потом целая группа из то ли пяти, то ли семи человек устремляются назад, в тыл. Может быть, это были те, у кого уже закончились магические силы, но почему-то думаю, что просто сторонники Ортиса начали понимать, что сегодня их ждет поражение и бессмысленно жертвовать собой не желали. Вовремя это произошло — мои маги, которых все-таки было значительно меньше, уже еле стояли на ногах и если бы не смертоносная атака Мелиссы и удачные действия на другом фланге Элантры и Горана, побежали бы они.

Можно сказать, победа, а я еще даже ни одного удара не нанес. Где же Ортис? А, вот и он. Выходит из-за рядов своего отступающего войска. Перед ним расступаются и перестают покидать поле боя. Конечно, сейчас ведь главное зрелище будет. Поединок двух императоров. Слывшего сильнейшим и непобедимым старого и обладающего темной магией нового. Исход возможен только один — смерть одного из нас.

Так-то я не сомневаюсь, что моя возросшая мощь позволит мне одним туманом тления развеять любую защиту Ортиса, даже если на нем есть соответствующий амулет, но необходимо сделать все ярко. Так, чтобы все запомнили. И чтобы даже не помышляли о том, что мою власть можно оспаривать.

Ага, Ортис решил сразу зайти, что называется, с козырей. Огненный вихрь создает. Никогда не забуду, как сдерживал такой же в исполнении Элифаса. Чуть с жизнью тогда не распрощался. Но тогда я был значительно слабее. Сейчас меня таким не испугать. Но все равно стоять столбом, прикрывшись фиолетовым коконом, и ждать, пока противник обессилит, поддерживая свое заклинание, совсем не хочется.

Поэтому поступаю по-другому. Быстро создаю туман тления, с помощью ветра направляю его на противника и окружаю его фиолетовым щитом со всех сторон. Теперь он в непроницаемой для любой магии клетке. А вихрь свой Ортис уже создал, и тот начинает бушевать в созданном мною замкнутом пространстве, пытаясь вырваться наружу. Гудение огня (чистая мартеновская печь получилась) и дикий, нечеловеческий вопль мгновенно вспыхнувшего Ортиса. Все это длится лишь несколько секунд, но впечатление на зрителей производит колоссальное. Такое они точно не забудут.

Развеиваю свой туман и вижу, как сначала маги бывшего императора, а за ними и его обычные войска, так и не вступившие в сражение (последнее меня очень радует), опускаются на колени, бросая оружие и в знак покорности надевая себе на шеи свои пояса.

Вот и все. Окидываю взглядом поле боя. Да, это сражение не забудут не только из-за финальной сцены с моим участием. От моей армии (считаю только магов) осталась в живых в лучше случае половина. У противоположной стороны потери еще больше. Было там магов семьсот пятьдесят навскидку, а сейчас на ногах максимум триста — триста пятьдесят осталось. Ну, может быть, еще кто-то просто ранен и выздоровеет. Но в любом случае таких массовых магических побоищ этот мир еще не знал. Если, конечно, забыть о том, которое устроили древние маги. Но сколько их там было? Если исходить из количества замков, которые я видел в проклятых землях, то значительно меньше.

— Ричард, ваше императорское величество! — подлетает ко мне счастливо улыбающаяся Мелисса. — Поздравляю вас с короной императора Кортии! Теперь вы единственный! Властитель всех людей!

Вскоре к ее славословиям присоединяются и остальные. Все спешат продемонстрировать, как они рады, что я одержал эту «историческую победу» и теперь объединил под своим скипетром всех представителей человеческой расы. Ну, так-то мне еще и Новый Драур полностью подвластен, да и эльфы своим королем признали моего сына. И у оборотней, нет никаких сомнений, что верховным вождем станет со временем наш с Сигрид ребенок. Так что не только людей. А всех.

Кроме нежити, властелин которой вряд ли согласится с тем, что «величайший» — это я. Помнится, он так себя приказывал называть своим рабам. Так что самое важное, самое сложное, самое опасное еще впереди.