Александр Владыкин – Приговоренный многоженец (страница 24)

А пока тяну время, переговариваясь с Друзом через дверь. Пытаюсь подсказать ему версию, по которой ему обманом всучили то письмо. И он даже представления не имел о его содержании. В общем, работаю этаким пройдошливым адвокатом, пытающимся подсказать преступнику, как он может избежать наказания. Вдруг, поверит, что сможет таким образом выкрутиться, и откроет дверь?

Увы… Доверчивость, видимо, не входит в перечень профессиональных качеств ни шпионов, ни дворецких. Не покупается на мой бред Друз. Но пока и самоубиваться не спешит, и Диане горло перерезать тоже. А я жду двух вещей. Когда Диана очнется — пытаюсь наладить с ней мысленную связь, но пока в ее голове полная темнота. И когда Родрик отключит блокиратор магии. Нет, я, не видя сквозь дверь дворецкого, ничего ему сделать не смогу. А вот Диана… Если придет в себя раньше, чем дворецкий ее прирежет, и если поймет, что я ей мысленно передаю, то вполне в состоянии будет его нейтрализовать. Вода, которой она владеет, это не только щит, но и опасное оружие.

Рядом со мной Рагнхильда и ее «псы». Толку от них сейчас, как молока от мужа козы. Но хоть коридор перекрыли, чтобы никто не мешал мне пытаться исправить то, что они своими необдуманными действиями устроили.

Есть. Есть первый отклик от Дианы! Теперь аккуратно, продолжая заговаривать зубы Друзу, передаю ей образы воды. Более информативно не получается. Ее мысли я еще как-то читать могу, даже не мысли, а эмоции скорее, а вот с передачей проблема. Но девушка, к счастью, оказывается сообразительной. Поняла. Теперь ждет моего сигнала, что блокиратор выключен, притворяется, что все еще без сознания.

Ко мне тихо подходит Родрик и знаками дает понять, что блокиратор он выключил. Теперь надо подождать, когда окончательно развеется его энергия. Это я и сам пойму — как только потоки станут мне послушны.

— Давай! — мысленно отдаю команду Диане и «псам». — Ломайте дверь!

Вваливаемся в покои. Умница моя дроу. Сделала все даже лучше, чем я мог надеяться. Друз бьется, задыхаясь, в водяном коконе. Диана сидит на полу, ощупывая свой затылок, по которому пришелся удар дворецкого. Мы так влетели в комнату, что едва ее не затоптали. Поднимаю девушку, приказываю срочно вызвать лекаря. «Псы» в это время волокут дворецкого во владения Роджера.

— Допроси! — приказываю Рагнхильде. — Кто его завербовал, когда, почему согласился, какие сведения успел передать. Главное — через кого держал связь! Но оставь самого целым и живым. Здоровым не обязательно.

Следующую ночь Изабелла милостиво уступила Диане. Наверное, решила, что это как раз тот самый «особый случай», о допустимости которого меня предупреждала. И я теперь в глубокой задумчивости пребываю.

В общем, проверил на практике одну свою догадку. Давно хотел это сделать, но настолько мне это предположение не нравилось, что я невольно оттягивал момент, когда приду к выводу, что я прав. Сегодня решился. Нет у Дианы и, наверное, у других девушек и женщин дроу никаких настоящих чувств. Любовь в данном случае имею в виду. А есть только искусственно внедренное в них желание интимной близости.

В первую очередь, с древними магами, которые, напомню, все были видящими универсалами. Как и я. И только с ними они могли получить полное удовлетворение. Отсюда и преданность. Когда древние самоликвидировались, освободившееся место заняли многочисленные мужья-дроу. Но с ними уже того результата не получается. Например, Алира. Десять мужей! И ведь ни к одному по-настоящему не привязана. Прямо при них ныряет в мою постель, только позови. Это же нонсенс какой-то.

Или вот Диана. Она же ведет себя в постели не так, как ей хочется, а как хочется мне. То есть даже говорить девушке ничего не надо. Стоит мне только мысленно представить, что она страстная — получите ураган. Тут же меняю свое желание на тихую и покорную — пожалуйста, кушать подано. Замирает и только едва слышно постанывает. И даже сама этих смен своего поведения не замечает. Я сегодня раз пять заставлял ее в один миг превращаться из голодной нимфоманки в скромницу и обратно. И только одним своим пожеланием. Без единого слова.

А я еще радовался, что в день моего отъезда в Саэкс Диана вдруг активность проявила. Да не проявляла они ничего. Это я просто тогда от нее этого сильно захотел, мое желание каким-то образом достигло девушки, и она его выполнила. Жаль, что с Алирой такого эксперимента в свое время не провел. От нее я постоянно ждал бурных страстей. И их и получал.

И если Алира, судя по всему, какой-то неестественности во всем этом не замечает, то Диана что-то чувствует. Предполагаю, что поэтому и замуж никогда выходить не хотела, понимала, что все эти дикие страсти с несколькими мужьями искусственные. И ко мне, что уж тут скрывать, особо не рвется. Уверен, что это ей тяжело дается. Но борется с собой. Точнее — с теми закладками, да это похоже именно на закладки в компьютерной программе, которые в дроу древние заложили. Когда находится рядом со мной, то проигрывает их посылам, а когда на расстоянии, то как-то может терпеть.

И тут возникает интересный вопрос. Многомужие у дроу объясняется тем, что мужчин значительно больше, чем девушек, или все наоборот? Мужчин рождается больше именно потому, что девушек-дроу древние маги создали нимфоманками, не способными на чувство любви? И природа просто позаботилась о том, чтобы количество представителей разных полов соответствовало заданным условиям? Почему-то не сомневаюсь, что ближе к истине вторая версия.

На следующий день мысль о Диане и дроу в целом не оставляла меня. Даже на допрос Друза не пошел. Там, кстати, ничего особенно интересного и не выяснилось. История стара, как мир. Мой отец, то есть — отец моего тела, в свое время не дал разрешения на брак дворецкого, который тогда еще был простым слугой, с горничной, в которую тот был влюблен. Выдал ее замуж за другого. И Друз затаил смертельную обиду на все наше семейство. Как об этом узнали в инквизиции, осталось тайной, но только тот инквизитор, которого Изабелла так искусно запекла в честь нашей свадьбы, был в курсе много лет тому назад произошедшего. И легко убедил Друза поставлять его организации всю информацию обо мне.

Чуть любопытнее получилось со связным. Им оказался один из юмских купцов. Вот все-таки не надежны эти толстосумы. Пошел, сволочь такая, на предательство, чтобы обеспечить к себе особое отношение в случае победы империи. Деньги свои, нажитые непосильным трудом, сохранить хотел. Взяли его, конечно, в оборот. Сознался. Еще бы — в подвале у Роджера что-то скрыть очень трудно.

Приказал все его имущество конфисковать. И передать Гру. В качестве моральной компенсации за действия моих спецслужб. Она девушка оборотистая, продолжит дело преступника. Уверен, что благодаря своим особым связям с гномами даже разовьет и сделает его еще более доходным. Будет этакая бизнес-леди средневекового разлива. Да и Родрика сможет достойно содержать. Ему как достопочтенному никакого личного имущества иметь не полагается. Его жене — можно. Вот пусть и старается моя бывшая нимфа обеспечивать семейный достаток.

Даже прижимистая Изабелла спорить не стала. Только кивнула, соглашаясь, что такое решение будет справедливым. Вот и хорошо. Тем более что ей тоже кое-что досталось. Вернее — кое-кто. Друз и купец.

— Через неделю твоя свадьба с Элениэль, — заявила моя старшая жена. — Корону герцогини для нее уже почти изготовили. А эти двое взойдут в честь праздника на эшафот. Не как у нас с тобой, конечно, все получится. Но и совсем никакого зрелища для народа не устроить нельзя. Хватит того, что с Дианой ты обошелся без этого. Второй раз так делать не стоит — люди не поймут.

Права. Халяву подданным обеспечить надо. И одним вином и угощением тут не обойдешься. Необходимо еще и зрелище.

— Хорошо, — согласился я. — Поступай, как посчитаешь нужным. И прикажи вызвать ко мне Диану.

— Как? — шутливо удивилась Изабелла. — Второй раз подряд? Я же ей прошедшую ночь уступила. Мне уже начинать ревновать?

— Нет, — покачал я головой. — И не начинать. И по-другому то, что я задумал, может закончиться. Как бы не разводом.

Про эту процедуру Изабелла, естественно, ничего не знала. Ввиду ее отсутствия в этом мире. Единственным исключением были порядки, заведенные в Турвальде ее папашей, но там дело заключалось в том, что не освященный церковью брак таковым и не считался большинством жителей. Пришлось объяснить. И про развод, и про то, что собираюсь сделать.

Для себя я уже решил, что если Диана после снятия всех закладок древних не захочет со мной оставаться, я ее под каким-нибудь благовидным предлогом отпущу.

— Смотри только, чтобы как с Элениэль, когда ты ей эльфийскую магию возвращал, не получилось, — предупредила меня Изабелла, выходя из моих рабочих покоев, в которых слуги уже начали устанавливать что-то вроде то ли массажного, то ли операционного стола.

Причиной, почему я решил попробовать освободить Диану от этих проклятий древних, по-другому заложенные в дроу свойства и не назовешь, стал хорошо мне известный постулат, гласящий, что «то, что один человек сделал, другой завсегда сломать может». В прошлой жизни я был по этой части большим специалистом — ломал электронику и инструменты, кухонные принадлежности и собственный автомобиль. Компьютер и смартфон — бессчетное количество раз. В общем, опыт у меня богатый. На этот раз нужно было сломать закладки древних.