Александр Владимиров – Шаг за шагом или след в след. Написано внуком по воспоминаниям фронтовика (страница 1)
Шаг за шагом или след в след
Написано внуком по воспоминаниям фронтовика
Александр Владимиров
© Александр Владимиров, 2025
ISBN 978-5-0067-0770-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В конце декабря 1942 года старший лейтенант Валентин Владимиров прибыл на Калининский фронт, в район Ржевского выступа, где ему предстояло остаться и возглавить стрелковый взвод. До этого старший лейтенант командовал маршевой ротой. Назначение взводным можно расценивать как понижение в должности, но так как маршевая рота относилась к тыловым частям, то сравнивать её с деятельностью подразделений на фронте всё-таки неуместно. Валентин мог справиться с должностью ротного. Звание старшего лейтенанта позволяло это сделать, но какой приказ поступил, тот и следовало выполнять. Рота – это всего лишь большой взвод. Оба стрелковых подразделения находились на передовой и состояли из пехотинцев. Офицеры и рядовые рисковали своими жизнями примерно одинаково.
Следующее более крупное воинское подразделение – батальон – существенно отличалось от роты. Стрелковому батальону временно придавались части других родов войск: артиллерийские, сапёрные. Командир батальона не имел права появляться на передовой во время боя. Не стоило рисковать потерять управление достаточно большим подразделением.
Сначала Валентин познакомился с бойцами своего взвода, которые, как и командир, только что прибыли на фронт. Состав маршевой роты был распределён по всей дивизии, и из числа вновь прибывших новобранцев под командованием старшего лейтенанта оказалось всего несколько человек. Этот взвод как боевую единицу сформировали давно, ещё в тылу, и в составе всей стрелковой дивизии в своё время направили на передовую. Но теперь от прежнего состава не осталось ни одного человека, поэтому ни у кого принимать командование не пришлось. Во взводе не оказалось старожилов. Спрашивать о том, что происходило на данном участке передовой, получалось, не у кого.
Солдаты прибыли кто откуда: некоторые, как и старший лейтенант, были новичками на фронте. Другие возвратились в строй после ранения. Всего взвод насчитывал двадцать семь человек. На вооружении у бойцов находились в основном винтовки. Также имелось несколько автоматов. Военнослужащие разных национальностей составляли подразделение: русские, казахи, украинцы.
Красноармейцев поставили на учёт, и первое, с чего началась служба, – это получение боеприпасов к имеющемуся оружию. Выдали также гранаты. Командир роты указал Валентину на участок передовой, который предстояло занять взводу. На этом закончились инструкции вышестоящих командиров. Где брать продовольствие, где искать место для обогрева и дальнейшей ночёвки, старшему лейтенанту не сообщили. Задавать вопросы было опасно. В армии инициатива наказуема.
Складывалось впечатление, что вновь прибывшие красноармейцы понадобились только для ведения боя и, скорее всего, только одного. Зачем беспокоиться о еде, жилье и прочих бытовых условиях, если через некоторое время бойцы полягут во время сражения? Видимо, не в первый раз приходилось принимать пополнение, и такое отношение к новобранцам сложилось из-за больших и регулярных потерь на Калининском фронте к концу 1942 года.
Пройдя по указанному направлению, Валентин остановил взвод и отправился с тремя бойцами осматривать местность. Вскоре он заметил землянку. Она оказалась никем не занята. Указаний насчёт помещения старший лейтенант не получал, поэтому он стал осматриваться вокруг с надеждой найти того, кто знает, можно ли занимать землянку или нет. Но поблизости никого не было. Тогда Валентин велел одному бойцу сходить к оставленному подразделению и позвать два отделения для занятия найденного убежища, так как больше половины взвода здесь не поместится. Двух других бойцов отправил искать ещё одну землянку. Вскоре весь взвод разместился для обогрева и предстоящей ночёвки.
Вырытые в грунте углубления и перекрытые сверху настилом из брёвен с землёй служили солдатам временным домом во время войны. Железная печь внутри землянки требовала постоянного внимания. Топить её приходилось часто. Ночью военнослужащие просыпались по нескольку раз от внезапно наступившего холода и подбрасывали дрова в топку. Иначе под утро температура воздуха внутри помещения мало чем отличалась от наружной. Спали, сняв только шинель и валенки. Как ни старались солдаты утеплить подземное жильё, получалось плохо. Существование зимой в таких условиях грозило подорвать здоровье.
Валентин часто замечал утром, что изо рта при дыхании идёт пар. Ещё находясь дома, в своё время он узнал об этом явлении. Пар при дыхании шёл, если температура воздуха становилась меньше двенадцати градусов выше ноля. После жизни в мирных гражданских условиях суровые будни на фронте воспринимались тяжело.
Но по сравнению с тем, что предстояло испытать Валентину и его боевым товарищам, холодная землянка могла показаться курортом на райском острове.
– Кто-то же построил жилище такое? – поинтересовался боец взвода, осматривая помещение. – Интересно, куда подевались бывшие хозяева, ведь на этих позициях войска уже давно находятся?
– На задание какое, видимо, их отправили, – предположил один из новобранцев.
– На том свете они. В крайнем случае в медсанчасти. В наступление приказали идти, вот там их и побило. Лежат сейчас где-нибудь на нейтральной полосе с пробитой головой, – ответил бывалый солдат.
После такого откровения всех начали посещать грустные мысли. Что ждёт их дальше? Какие сюрпризы приготовила судьба?
Дров на месте не оказалось, и пришлось отправлять бойцов в ближайший лес рубить деревья. В землянке ещё долго оставалось холодно, так как печь с трудом разожгли сырыми поленьями.
Валентину пришлось организовывать поиски продовольствия и медсанчасти. Только через два часа он узнал, где находится полевая кухня. Как оказалось, командир роты сам не знал о местонахождении свободных землянок, кухни и других необходимых солдату вещах. Поэтому задавать вопросы ротному было бесполезно.
Дальше начались будни на передовой в отсутствие боевых действий. Взвод осуществлял дежурство на отведенной территории по охране своих воинских частей. Старший лейтенант организовал смены, и бойцы поочередно несли службу. Караулы располагались в окопах и вне таковых. Находиться на одном месте, а тем более лежать, становилось холодно. Поэтому красноармейцы старались передвигаться вдоль назначенного участка. В этот период получалось спать больше обычного, если не забывать подбрасывать дрова в печку. Но все понимали, что когда-нибудь спокойное существование закончится.
Новый 1943 год военнослужащие встретили всё так же, в окопах и землянках. Поздравили друг друга со стаканом чая в руках. Спиртное не пили, по крайней мере, Валентин не заметил, чтобы бойцы его принимали. Новобранцам сложно оказалось найти алкоголь в незнакомой обстановке. К тому же за употребление могли наказать.
В некоторых частях перед наступлением выдавали спирт «для храбрости». Валентин считал, что это противоречит здравому смыслу. Боец во время боя должен быть собран, сосредоточен на точности стрельбы, скорости бега, внимательно смотреть вперёд и по сторонам. Имея ясную голову, солдату легче выполнить поставленную задачу. А в нетрезвом виде внимание рассеивается, скорость реакции замедляется, бежать становится тяжелее. Получается, что употребление спиртного перед боем вредило успеху наступления. Тем не менее такая практика получила распространение и приветствовалась личным составом.
Фото 1. 1946 г. Владимиров В. А.
Есть такое выражение – «пьяному море по колено». Пили перед боем, чтобы стать безразличными к происходящему. Видя, какие потери несёт армия, солдаты с трудом верили в успех наступления. Нетрезвому красноармейцу оказывалось легче пересилить себя и подняться в атаку, но такое состояние снижало боеспособность подразделения. Это ещё больше увеличивало потери в наших войсках.
Общение Валентина в этот короткий промежуток временного затишья ограничивалось ротой, к которой относился вверенный ему взвод. Командиром являлся капитан, немного старше его по возрасту. Остальные взводы возглавляли тоже младшие офицеры – лейтенанты и младшие лейтенанты, что позволяло беспрепятственно разговаривать друг с другом. Валентин оказался один старший лейтенант в роте и, соответственно, второй по старшинству после капитана. Старший лейтенант ещё не сталкивался с тем, что на фронте существовали барьеры в отношении между младшими и старшими офицерами, и тем более – генералами. В тылу такие ограничения имели место, но фронт – дело другое. Валентин предполагал, что в ответственной обстановке военнослужащие пренебрегали некоторыми условностями во благо общего дела. Но не тут-то было. В дальнейшем ему пришлось сталкиваться с препятствиями в общении со старшим командным составом.
Трудно представить, что рядовой спокойно подходит к генералу, который в тот момент ничем особо не занят, и просит закурить. Такое своеволие для рядового должно закончиться наказанием вместо прикуренной сигареты. Напрасно, генерал мог бы из разговора с толковым красноармейцем узнать много интересного и нужного о состоянии дел в войсках, сделать выводы. Но вместо этого командующий состав принимал решения, советуясь с равными по званию и находясь при этом далеко от передовой. Той информации, которую получали генералы из докладов, оказывалось недостаточно. Часто сообщения приходили в искажённом виде.