Александр Верт – Отбор против любви (страница 72)
– И что тут происходит?! – спросил Адерел, появление которого пропустили, завороженно наблюдая за хитросплетениями Жизни, но гвардейцы умели выполнять приказы: стоило ему подать голос, как два мага тут же окружили его стенами из камня, сорвали медальон и заковали в цепи.
– Что…
Адерел хотел возразить, но его тут же заткнули заклинанием.
– Адерел Эндер-Ви, вы арестованы! – заявил Девил. – Именем Короля, я, Девил Солсарес, лишаю вас права слова до самого суда!
У Адерела даже глаза округлились, но сказать он ничего не мог.
– Что с этим делать? – спросил гвардеец, показывая Девилу артефакт.
Девил забрал амулет и шагнул с ним в зал.
– Что с этим делать? – спросил он у Рана и Гарпия.
Те переглянулись.
– Можно? – спросил Гарпий, протягивая руку.
Останавливать его никто не стал. Полудемон оскалился, схватил медальон рукой, охваченной пламенем. В его руке артефакт взвизгнул, заскрежетал и лопнул, как струна. Метки на руках кандидатов исчезли. Ран ошарашенно выдохнул, понимая, что его клятва исчезла вместе со всеми другими клятвами, данными в этом доме.
– Так хотела Альбера, – сказал Гарпий, вышвыривая черный комочек металла, не имеющий больше никаких сил.
Он один знал, что смог это сделать только потому, что ее сила прошла сквозь него и собралась теперь в его руке. Сама Жизнь не хотела оставлять никаких следов этой дикой истории.
Пока Девил в подземелье изучал найденные бумаги и составлял отчеты, гвардейцы вывели наверх задержанного Адерела и буквально силой затолкнули в экипаж, на котором прибыли. Валента заковали в цепи, но при этом решили доставить в столицу в карете рода Эндер-Ви. Его слуге позволили отправиться с ним, к тому же старик с узелком своих вещей не оставил никого равнодушным.
«Пусть едет», – решили гвардейцы, понимая, что зла от этого человека все равно не будет.
Гроса просто отпустили за Эдерью. Должен же хоть кто-то знать, что именно произошло, и взять на себя руководство домом, к тому же, по всему выходило, что Эдерью к делам своего отца не имел никакого отношения.
Гвен давно успела подлатать слуг и не смогла скрыть своих чувств, когда увидела Рана, – бросилась к нему и, забыв обо всех, крепко обняла и едва не заплакала от радости, а маг крепко обнял ее в ответ и уткнулся носом в ее светлые волосы. У него не было сил на бурные эмоции. Он еще не верил, что все действительно закончилось, боялся сделать глубокий вдох и обнаружить, что эта невероятная реальность трещит по швам, но все было настоящим. Его обнимала та, что так долго не принимала. Он касался губами ее волос и понимал, что теперь, когда его ничего не связывает, он может не говорить глупости, не носить ей корзинки с фруктами, а назвать невестой, предложить будущее, любовь и верность.
Маркус, заранее знавший, о чем говорил Колин, решил не причинять себе лишней боли подобными картинами и отправился с демоноборцами изучать все следы буйства Дер-Кареда и составлять подробный отчет, к тому же теперь на него не смотрели свысока.
Вильям, поднявшись наверх, сгреб Теда и потребовал выпивки. Напиться ему не хотелось, но опрокинуть стаканчик было просто необходимо. Тед не сопротивлялся, а Бернард с Гиденом как-то, словно случайно, прибились к их компании.
Только Шуар поспешил бросить все, запрыгнуть в седло и помчаться туда, где была сейчас его жена. К тому же до отделения гвардии, где она ждала, было не больше двух часов езды верхом, да и подобное действие едва ли можно было назвать побегом.
– А где Колин? – спросил Вильям, понимая, что не знает, куда делся художник.
– Не знаю, – пожал плечами Тед. – Он попросил воды, а потом сказал, что ему надо подышать, вышел на улицу и… Я не знаю, куда он ушел. Он казался мне нормальным, только очень уставшим.
– И даже глаза не светились? – уточнил Бернард.
– Нет, а должны были? – удивился Тед.
Вильям махнул рукой. Он слишком устал, чтобы думать, зато первым поднял свой стакан и заявил:
– За то, что мы, демон их всех подери, живы!
Бывшие кандидаты молча выпили, выдохнули и поняли, что сил нет даже на разговоры.
Альберу Гарпий отнес в ее комнату, уложил на кровать, а сам сел рядом на пол, закрыл глаза, снова стал человеком и прислушался к той связи, которая теперь была между ними. Он знал, что когда придет время, за ними придут, но прежде она открыла глаза. Он ощутил это как дуновение ветра на разгоряченной щеке.
– Почему ты сидишь на полу? – спросила она, протягивая ему руку.
Гарпий даже растерялся. Он не думал о том, где ему стоило быть, просто занял привычное для себя место, но, поймав ее ладонь, машинально пересел на кровать.
– Полежи со мной рядом, – попросила Альбера. – Мне пока трудно шевелиться.
Гарпий послушно опустился рядом с ней, переплетая свои пальцы с ее тоненькими пальчиками.
– Сегодня все отсюда уедут, – прошептала Альбера, понимая, что никто не захочет задерживаться в этом доме. – Давай уедем вместе с ними, неважно куда, только бы подальше отсюда.
– Ты уверена? – растерянно прошептал Гарпий.
– Да. Если я буду медлить, моя решимость ослабнет. Дядя был прав: я глина, которая непременно попадет под влияние своего отца.
Гарпий хотел возразить, но стих, так ничего и не сказав. Он видел, что она не лукавит и честно готова оставить все, отречься от рода, от славы и семьи, и просто остаться с ним. Ему только нужно было не отпускать ее руку.
Закрыв глаза, они соприкоснулись лбами и молчали, потому что и так знали, что чувствует другой. Жизнь научила их дышать в унисон, а остальное было похоже на суету, не имеющую никакого значения.
Эпилог
Гарпий вышел из кабинета короля и негодующе покачал головой, не застав на месте Лира. Молодой секретарь правителя в очередной раз улизнул с рабочего места, пользуясь беседой непосредственного начальника и полудемона. В последнее время Гарпий все чаще говорил с Ареулом Мирозлатым о демоническом гневе и кризисе нижнего мира. Как ни странно, правитель отнесся к словам Гарпия с пониманием и не только принял его на службу до получения приличного образования, но и назначил неофициальным советником по вопросам связи с демонами. Именно поэтому беседы все чаще затягивались. Приходилось искать новые правила, создавать запреты и пытаться адаптировать уже плененных детей хаоса. Гарпий почему-то очень хорошо их понимал и легко вычислял, кого можно вернуть домой, а кого возвращать уже опасно для них самих. Покоренных, сломленных демонов приходилось оставлять владельцам. Они вырастали в цене, и даже ограничение по их использованию ни к чему хорошему пока не привело. Короля это не останавливало. Он просто продолжал искать выход. Война с жителями нижнего мира была ему не нужна, а повлиять на действия других королевств и привычки знати было не так-то просто.
Только Гарпий каким-то чудом забывал о подобных тревогах как только выходил из королевского кабинета. У него было достаточно других забот. Прямо сейчас, к примеру, было необходимо найти Лира, отчитать, а может даже хорошенько оттаскать за уши, чтобы не забывал, где и кем служит при дворе.
Делая самый грозный вид, на который только он был способен, Гарпий вышел в зал, подобный библиотеке. Обычно правитель использовал это место для не совсем официальных переговоров. Минимум торжественности, максимум важности. Лир же считал, что для свиданий нет места лучше, чем тихий зал под крылом короля.
Стоило скрипнуть двери, как он дернулся, спрятал кого-то за темную штору и беспечно улыбнулся:
– Сегодня вы быстро, меньше трех часов, – сообщил он, прижимая край шторы к стене.
Было трудно не догадаться, что он прячет даму, которую мгновение назад страстно целовал, нашептывая любовные глупости. Что бы там не думал беспечный малый, а Гарпий мог прочесть его шепот по огонькам в его глазах, а даму узнать по кончику туфельки. Одно почти огорчало – юноша не думал бояться. В отличие от всех остальных, видевших Гарпия в гневе, он был почти в восторге от его грозного вида.
– Ну, что на этот раз? Что-то решили? – бодро спросил секретарь.
– Лир, просто иди к Его Величеству, ему есть, что тебе продиктовать, – довольно холодно сообщил Гарпий и хотел было удалиться, но оценивающе посмотрел на штору. Отношения Лира с дочерью хранителя королевских ключей давно вышли за рамки легкого романа и, очевидно, должны были закончиться крепким союзом, пусть и не так быстро, как хотелось бы сэру Минру.
– Приходи сегодня с дамой, – сообщил Гарпий после недолгого раздумья. – Думаю, Альбера будет рада увидеть твою избранницу.
– Госпожа Альбера? – внезапно спросила мисс Минр, высунув круглый носик из-за шторки. – Настоящая Альбера Эндер-Ви?
Они с Лиром явно друг друга стоили. В отличие от него она была огненно-рыжей, а на щеках и спинке носа были заметны крупные темные веснушки, добавляя ее и без того живому лицу ярких красок.
– Ты не говорил, что знаешь саму Альберу! – обиженно заявила рыжеволосая и надула губки.
Лир развел руками.
– Ну, я и руки ее просил когда-то…
– Что?!
Выбравшись из-за шторы, она решила поколотить королевского секретаря, правда было очевидно, что ее любовные оплеухи не вызовут ничего, кроме умиленной щекотки на лице ухажера.
Гарпий кашлянул в кулак, прерывая предстоящее любовное действо, и напомнил:
– Король.
– Да, – с легким огорчением прошептал Лир, но тут же оживился и поспешил к выходу. – Кстати, тебя просил зайти Девил. И еще Маркус, вроде, в городе. Ран же тоже вернулся, да?