Александр Верт – Экзорцист (страница 12)

Несмело подняв глаза, Стен почувствовал руки этого святого на своих висках, и ему показалось, что боль в голове отступает.

− Не бойся, ты не одержим и не будешь.

Промолвив это, старик коснулся сухими губами лба Стенета. Покрываясь холодным потом, экзорцист чувствовал себя больным на пороге выздоровления, словно очнулся от долгого лихорадочного бреда. Его разум медленно прояснялся, а легкая улыбка епископа давала новую жизнь.

− Все дело в том, что твоя жена, Анне…

Стен отшатнулся. Все наваждения просто рассеялись. Ему показалось, что от ее имени он мгновенно отрезвел. Вскочив на ноги, он отступил, не понимая, зачем вообще говорить об этой женщине. Кровь тут же ударила в голову, лишая всякого здравомыслия, пробуждая в нем юношескую горячность.

Его трезвость в действительности была дурманом. Он не мог уже ни слушать, ни думать, ни, тем более, понимать.

− Причем тут…

− Стен, когда ты уехал, она…

− Я не хочу ничего знать о ней! – буквально взвыл Стен, хватаясь за голову.

В его голове всплывали старые воспоминания, давние обиды. И та горечь, та боль, которую когда-то он стерпел, теперь ударила его слишком внезапно. Он не ожидал, что здесь кто-то мог заговорить о ней, особенно епископ, пред которым он был так открыт.

Отступая как можно дальше, Стен крепко сжимал собственную голову, словно опасался, что она просто взорвется.

− Стенет, ты должен знать. Ведь ты…

В этот миг дверь открылась, впуская в душную спальню поток живого воздуха.

− Началось, − сообщил вошедший Эйд. – Одержимый прямо в нашей часовне.

Стен опустил руки, призывая на помощь свою волю.

− Для меня место в команде найдется? – спросил он тут же, помня, что о подобном заботятся заблаговременно.

− Ты в списке мечников этой битвы.

Стен лишь кивнул. Он уже все понимал. Недовольство Эйда было теперь понятным, а его место в команде очевидным. Будущее казалось предрешенным. Однако внутри что-то противилось. Более того туманный разум, опаленный жаром давней боли, не хотел мыслить. Он только хотел выплеснуть весь свой гнев в схватке.

− Стен, поспеши, − проговорил епископ тихо. – Возвращайся как можно быстрее, я должен открыть тебе твою собственную тайну.

Эйд внимательно посмотрел на них. Видно этот взгляд не понравился епископу, и он поспешно протянул Стену руку, словно намереваясь попрощаться.

Стен принял это как должное, в соответствии со всеми правилами. Преклонив колени, он поспешно коснулся губами старой руки, заметив однако, как губы старика чеканно но беззвучно вывели: «Я буду ждать тебя».

Стен кивнул, не отдавая себе даже отчета, на что соглашается, и спешно вышел.

Свежий воздух коридора и шум голосов привели его в чувства. Слишком много он испытал за крайне короткий срок, слишком сильно это его утомило, слишком сложно было теперь успокоиться. Однако его радовало, что все это можно превратить в силу. Все его волнения, всю ту энергию, которая разрывала сейчас его сердце, можно было направить против Тьмы. Это было в некотором роде спасением от самого себя. Только Стенет даже думать об этом не хотел, спеша больше узнать о своей новой боевой команде.

Тем временем епископ был вновь уложен в постель. Он все сетовал, что не успел сказать Стенету самого важного, просил вернуть его, умолял срочно позвать его, но лекарь сказал, что у епископа жар, и он, видно, уже во власти лихорадки.

Старик отчаянно умолк, но уходящему Эйду строго наказал взять двуручный меч, висевший на стене, и отдать его Стенету.

Эйд обещал выполнить просьбу, но, взяв меч, решил поступить по-своему.

Так оно нередко бывает, когда мы доверяем людям, не до конца искренним и честным с нами, когда за помощью человека таятся свои планы и намеренья, нередко мелочные и алчные. Стен был прав в своих догадках: его бывший товарищ не желал его видеть в роли приемника епископа, но и сам не рвался. Он был умен, а его тщеславие, благодаря этому уму, имело довольно зрелые и разумные рамки. Вот и цели его были довольно прозаичны. Он хотел остаться здесь, при главной епархии, будучи одним из первых. Такое ему позволили бы многие, но не Стенет. Это он знал слишком хорошо, да и был наслышан о его работе в округе. Он именно оттого и опасался Стенета у власти, что знал о его честности. Эйд не привык выкладываться и как-то не намеревался менять свое поведение, но ему льстило носить при себе меч самого епископа.

Эйд хорошо помнил принципы Стена, но почти ничего не знал о его внутреннем духе и настрое. Стенету не было дела до всех этих интриг, он хотел сражаться. Его мысли были посвящены лишь битве, а за битвой он видел лишь дорогу домой.

Он спешно оказался среди тех, кому предстояло объединиться на время схватки. Как обычно команда состояла из десяти экзорцистов, четверо из которых были мечниками. Тут он знал всех. Первый – Леар Вейс, высокий, худощавый человек с темными кругами под глазами, постоянно хмурый и словно чем-то недовольный. Он казался медлительным и вялым, однако в битве движения его клинка всегда были точны и уверенны. Стен это помнил с юных лет. Второй – почтенный Рейнхард – этот экзорцист был уже немолод, однако его техника, классическая и уверенная, была просто безупречна. Он был наставником Стена. Поэтому, войдя в зал, он тут же поприветствовал Рейнхарда. Третьим мечником должен был стать Эйден, которого Стен все равно будет именовать только Эйдом. Четвертый же – сам Стен.

Кроме мечников в команде было четверо заклинателей, с ними почти со всеми пришлось знакомиться, ибо из всех он знал лишь одного – вооруженного библией экзорциста Лоренса Мара – довольно старого представителя этого ремесла. Ему уже миновало девяносто, а может уже и сто, но он продолжал быть маленьким быстроногим стариком с волей, способной на сильнейшие заклинания. Лоренса Стен также поприветствовал почтительным кивком как одного из тех, кто наставлял его в юности.

Вторым заклинателем был полноватый мужичок с глупым именем – Обер Ко, которого Стен совсем не мог воспринимать всерьез, к тому же он то и дело зевал и почесывал пузо, и вообще наблюдал за всем с отсутствующим видом. То ли он был не в форме, то ли попал сюда по какой-то ошибке, а может и вовсе это все были лишь небольшие чудаковатые странности. Стен не знал ответов и не спешил судить. Просто отметил его как возможное слабое звено. Третьим был ничем не примечательный мужчина, стоявший возле стены, с простым именем Олли, просто Олли.

«Ну, пусть Олли, там посмотрим» − только и подумал Стен о нем, переводя взгляд на четвертого, действительно интересного заклинателя. Видимо Олли просто присматривал за ним, поэтому и был в команде, ведь мальчишка, лет двенадцати, с черными как бездна глазами сидел в своем кресле именно возле этого Олли.

− Я Ричард Эрд, инвалид и темный от рождения, − проговорил мальчишка, внимательно глядя Стену в глаза.

Случалось порой, что дети то там, то тут рождались не одержимыми, а именно темными. Тьма не вселялась в них, не меняла, не уродовала, она просто была ими. За такими наблюдали. Чаще всего они просто жили под присмотром, проявляя странные способности, изредка эти дети вступали в ряды ордена и сражались с Тьмой.

– Рад видеть тебя, брат, − проговорил Ричард, улыбаясь.

Стен невольно отшатнулся от этого страшного взгляда и этой зловещей улыбки. Он словно наяву в глазах этого мальчишки увидел темного себя из ночного кошмара. Этот мальчик словно знал все тайные страхи стоящего перед ним воина.

− Рич, прекращай! – велела ему молодая особа, быстро перехватывая внимание Стена. – Я Лира Астер, мы с Робом Тором будем вашей поддержкой.

Она бодро пожала Стену руку, при этом от растерянного взгляда экзорциста не ускользнул тот факт, что ее пышная грудь несколько раз всколыхнулась под сутаной. Подобное открытие быстро выветрило из головы Стена странные слова мальчишки.

Астер была настоящей красавицей, и уж ей точно стоило быть в поддержке: увидев такую, уже становишься чуточку сильнее, а если она еще и способна лечить, то цены ей нет. А вот Роб оказался много проще. Крупный от природы, он походил на строгого медведя, исчезающего в своей рыжей бороде и веснушках, покрывавших все его суровое лицо

Вот, в общем-то, и вся команда. Как только подоспел Эйд, они были готовы выступать.

Меч епископа Эйд оставил себе, на что и Рейнхард, и Лоренс посмотрели с большим недоверием, но промолчали. Стенету же он дал один из стандартных мечей. Примерив его к руке, Стен счел оружие слишком легким, однако признал, что это было лучше, чем ничего.

− Командиром будет Стенет, − проговорил Рейнхард, еще раз взглянув на второго старейшину в этой команде.

− Так хотел Его преосвященство, − поддержал его Лоренс.

Так все и было решено. Впрочем, Стен не противился, не имея ни желания, ни времени. Все его мысли занимала битва.

Он осмотрел комнату и, убедившись, что нужная пентаграмма на полу давно готова, стал в центр зала, проговорив:

− Тогда начнем. Только я не знаю большинства из вас и не знаком с вашими умениями, так что сообщайте мне о своих планах на первых порах, но начнем с классической схемы захвата. Это позволит собрать информацию о противнике.

Пока он говорил, вся команда выстроилась кругом, занимая места на семи вершинах начертанной звезды. Лишь Роб и Астер заняли места подле Стена, создавая с ним свой малый треугольник.