Александр Верт – Демон против правил (страница 32)
– Я просто хотела тебя покормить и дать причину остаться за столом, – сказала она, глядя Экатору в глаза. – Не хочу, чтобы ты сидел на полу.
Она ждала от него хоть каких-то эмоций, но он остался совершенно бесстрастным, идеальным для безвольного раба, с пустыми глазами, глядя куда-то сквозь нее.
– Как вам будет угодно, – говорил он, готовый все записывать.
Вздохнув, Витория продолжила диктовать, а он писал и безропотно принимал еду из ее рук, при этом даже сыр не мог изменить обиды, совершенно неуместной.
«Ты права не имеешь обижаться, – говорил себе Экатор. – Ты ее вещь, раб. Не ты ли именно этого хотел? Она просто тебя использует для дела и развлекается при этом. Имеет право, а ты на такие эмоции права не имеешь!»
Только что бы он себе ни говорил, а настоящие чувства показывать не мог. Обида запретна для раба, а значит – лучше выученная маска.
Он ловил хлеб и сыр губами, не прикасаясь к ее пальцам, выводил буквы и старался по-настоящему не злиться.
«Кем ты себя возомнил? – ругал он себя. – Ходишь тут, идеи подкидываешь, магу указываешь, что делать с его огнем, на хозяйку смотришь с пошлыми мыслями. Да кто ты вообще такой?!»
Пока он думал, ошейник пульсировал, рос, но не бил его, выжидая момент, будто понимал, что, пока он пишет, бить нельзя, иначе рука дрогнет и он испортит всю работу. Впрочем, так оно и было, его настраивали именно так, что он лишь копил заряд, когда шла работа с документами, а потом выдавал все одним ударом.
– Все, – сказала Витория, забрала у него перо и подписала отчет, добавив к подписи каплю крови.
Экатор же закрыл глаза, стиснул зубы и заставил себя сдержать стон, хотя от резкой короткой боли, пронзившей все тело, поднялась тошнота и закружилась голова. Пока Витория складывала бумаги, он быстро хватал стакан с водой и пил, не позволяя себе лишиться чувств, пусть и на короткий миг. Вода помогала.
– Ты в порядке? – спросил Дейвас.
Он ничего толком не понял. Ошейника не видел, как и Витория, но внезапно потемневшую кожу и странный мучительный взгляд заметил.
– Все в порядке, господин, – ответил ему Экатор.
– Эй, я вообще-то никаких гадостей про тебя не говорил! – напомнил Дейвас. – На нее дуйся, а я вообще-то ни при чем.
– Простите, – со вздохом ответил Экатор и все же опустил глаза, – но так будет правильно.
– Да пламя с тобой! – махнул рукой Дейвас и снял воздушный щит, – Хотя ты очень помог, спасибо за это.
Благодарность мага была искренней, но даже она Экатору не помогала.
Настроение у всех окончательно испортилось, потому уже без шуток Дейвас расплатился и попросил запаковать пирог с собой. Он был маленьким, таким точно нельзя было наесться, а шутить и делить его на крохотные части никому не хотелось, вот Дейвас и забрал его с собой нетронутым.
– Потом умнем, – сказал он. – Теперь узнавать про пропавшего демона?
– Да, – ответила Вита. – Ты же выяснил, в каком отделении его ищут?
– Обижаешь…
– Тогда пошли, у нас сегодня еще дополнительная пара вечером.
– Не-е-е-ет, – простонал Дейвас. – Я не хочу.
– А придется, – усмехнулась Вита и, встав, грозно посмотрела на Экатора. – Отстанешь – выпорю, – пригрозила она.
«Хочет играть раба – пусть играет, а я буду настоящей госпожой, посмотрим, кто первый попросит пощады!» – решила она и тут же чуть не взвыла от отчаянья, слыша равнодушный ответ.
– Как вам будет угодно, госпожа.
– Демон, – зло бормотала она, но теряла лицо.
– Испортила такого парня, – прошептал Дейвас, толкнув ее в бок уже на улице. – Извинись лучше…
– Я извинилась, так что отпечаться от меня.
Она была зла и даже не понимала, почему по-настоящему так близко к сердцу воспринимала подобие ссоры, только грозилась мысленно то высечь его плетью, то отшлепать по попе до белизны, то просто соблазнить, а то и вовсе гладить по голове и просить прощения, пока он не перестанет строить из себя бесчувственную куклу. Она запуталась, но возле здания отделения, где искали пропавшего демона, взяла себя в руки и, отбросив все сомнения, шагнула внутрь, надеясь сегодня узнать как можно больше.
– Сожалею, но старший группы, что ведет это дело, уже ушел, – сказали ей в окошке, – а кристаллы слежения показывают, что никого в кабинете из команды нет. Предоставить вам дело без их присутствия мы не можем.
– Это я хорошо понимаю, – вздохнула Витория. На подобное она и не рассчитывала.
– Вы лучше следующий раз подавайте запрос заранее, – посоветовал им дежурный.
– Мы просто шли мимо, – сказала Витория.
Она не лукавила. Возвращаться к себе в отдел она не видела смысла. Бумаги можно было приложить к делу и завтра. Если бы она была нужна там для чего-то еще, ей бы уже сообщили с помощью персонального кристалла связи, но этого никто не делал, вот она и воспользовалась моментом, забежала сюда как раз по дороге в академию.
– Ну, если вы уже здесь, загляните в пятый кабинет, – предложил дежурный. – Там есть человек из другой группы. Спросите у него, может, вам повезет и кто-то все-таки еще в отделе, а нет – оформим заявку на завтра.
– Спасибо, – сказала Витория и пошла к кабинету.
Экатор поплелся за ней, не поднимая головы. Он вел себя как безупречный раб, и это раздражало, а вот Дейвас на все забил. Насвистывая веселую песенку, он просто отошел в сторону к самой лестнице и ждал.
– Ах, вот ты где, подлец! – внезапно воскликнули над его головой.
Еще по голосу он узнал кто это, но глаза поднял, улыбаясь. На лестнице, свесившись через перила, стояла зеленоглазая блондинка. Ее кучерявые волосы были собраны на макушке в узел, но несколько кучеряшек выбивалось и падало короткими пружинками на висках.
Она была таким же курсантом, выпускником и одной из группы их конкурентов, но Дейвас был счастлив увидеть ее.
– Ма-а-арика, – блаженно протянул он. – Беги сюда, пока никто из наших не видит!
– Ну, уж нет, – фыркнула Марика в ответ, водрузила на нос круглые очки, отвернулась, но быстро сбежала вниз, чтобы стать в позу. – Нэйтан мне все рассказал, ты не только бабник, но и извращенец!
– Кто? Я? – возмутился Дейвас, делая к ней шаг. – Я этому Нэйтану язык оторву за такую болтовню…
– Хочешь сказать, что ты не запирался в туалете с постельным рабом для мужчин? – спрашивала Марика с самым серьезным видом, но Дейвасу позволяя себя обнять.
– Запирался, – ответил тот, поцеловал ее в шею, прямо над воротником форменного мундира и тут же отпрянул. – Только он не постельный. Это вообще раб Витории, он у нас теперь что-то вроде секретаря.
– Весь такой невинный, а руки раб почему-то мыл. Фу…
Она оттолкнула Дейваса и с гордым видом хотела уйти, но внезапный порыв ветра толкнул ее назад, прямо Дейвасу в руки, а тот потащил ее под лестницу, осыпая поцелуями.
– Идиот этот твой Нэйтан, – говорил он, вжимая ее в стену, – сам извращенец, раз такое выдумывает. Это к нему вопрос, откуда он знает, как выглядит мужской постельный раб, а я интересуюсь только девочками, блондинками с зелеными глазами…
Он бродил по ее телу руками, расстегивал форму и сжимал ягодицы бесстыдно, жадно, а Марика не сопротивлялась. За два года она хорошо изучила Дейваса, что бы о нем ни говорили, он был верным. Да, он мог подмигивать другим, пускать воздушные поцелуи, но даже беседовать по-настоящему ни с кем не станет, а уж так обнимать подавно. Она бы уловила, заметила бы след энергии, если бы хоть одна девица прикасалась к ее Дейвасу. Прикосновение демона она тоже увидела бы, особенно в очках, но энергия Дейваса была чиста, сомнения мгновенно рассеяны, и только дразнить его все еще было весело.
Она, как боевой маг, могла и от потока воздуха увернуться, но не стала, даже отбиваться от его рук не пыталась, сама хватала его за волосы и строго требовала:
– В глаза мне смотри, засранец, о ком ты думал весь день?
– О моей Марике, – с улыбкой отвечал Дейвас и как ветер вырывался, чтобы перехватить ее руки, вжать их в стену и поцеловать ее в губы.
– Увидят же, – в итоге стонала она, понимая, что готова наброситься на него и начать раздевать, да и член, упирающийся в нее сквозь форму, обоим добавлял нетерпения.
С этими дополнительными занятиями они уже несколько дней не виделись и только украдкой целовались в переходах между тренировочными площадками, а тут вдвоем, в отделе, накануне дополнительной пары, опаздывая и ненавидя такую учебу, они не могли оторваться друг от друга.
– Не увидят, – отвечал Дейвас и срывал с нее черный мундир.
– Если наши команды узнают, – шептала она, спешно расстегивая его рубашку, – они не поймут.
– И не простят, – соглашался с ней Дейвас и тут же через плечо бросал зеркальный щит, закрывая нишу, делая их с Марикой практически невидимыми и снова целуя ее шею.
– Ох, так нельзя. Тут нельзя, – шептала Марика, а сама, вопреки возражениям, дополняла его щит своим, заглушающим звук, и тут же распускала волосы и убирала очки в пространственный карман.
Со зрением у нее все было отлично, те просто усиливали ее способность к виденью энергии и потому были привычным аксессуаром, но лишним в момент страсти.
– Когда это Дейвас Вили-Ви был приличным парнем? – спросил у нее весело Дейвас, опускаясь на колени, чтобы снять с нее сапоги, расстегнуть штаны и осторожно убрать их в сторону вместе с поясом и артефактами на нем, а потом подскочить и снова начать ее целовать, ни о чем уже не думая.