Александр Ведров – На уличных подмостках. Сатира, юмор, приключения (страница 11)

Оставшись наедине с вещественным олицетворением мечты жизни, сохранившейся в целости и сохранности, бедняга обессиленно присел на лавку. Радости от невесть откуда объявившейся пропажи почему-то не было. В его неподвижном, отрешённом взгляде читалось смирение с неисповедимыми гримасами судьбы. Тётя Нина, гардеробщица, принесла страдальцу успокоительные капли.

Вскоре секретная операция затейников, омрачивших Кешин праздник, получила широкую огласку, вызвав весёлые пересуды насмешников. Но главного героя воротниковой истории обуревали новые и пока ещё смутные идеи. Размышления над случившимся казусом привели его к неожиданному выводу о том, что жизненное счастье надо искать не в материальных ценностях. Видимо, думал он, существует какая-то иная тайна жизни, скорее всего духовного свойства, которая должна приносить человеку непреходящее удовлетворение от существования на земле. Но какой же она должна быть, настоящая и большая мечта?

На душе у Кеши было неспокойно…

Авторитет

Человек не только любит удивляться, но любит удивлять других.

Отслужив в армии, Павел вернулся в родные места, раскинувшиеся по Присаянью. Вековечная тайга, горные реки и воздух, которым не надышишься вдосталь, – всё это великолепие во время беспокойной пограничной службы нет-нет да вспыхивало в сознании, неудержимо влекло к себе. Отпраздновав возвращение на отчую землю, демобилизованный служака обратился к тестю Антону Иосифовичу, возглавлявшему Итейский лестрансхоз, с просьбой о содействии в трудоустройстве.

– Есть для тебя работа, – отвечал тот, – езжай-ка, браток, в Ишедей, там назначу тебя директором лесопункта.

– Директором? – переспросил Павел. – Нет уж, уволь, я не справлюсь.

– С чего ты решил, что не справишься? Сам смотри – техникум окончил по специальности, дело знаешь, в армии дослужился до командира отделения, вот и командуй.

– Легко сказать – командуй. В армии-то был молодняк, а в Ишедее – матёрые мужики, в отцы годятся, таёжники, спецпоселенцы, а бывших зэков сколько! – возражал Павел. – Какой я для них авторитет?

– Конечно, народ там серьёзный, но и ты парень не промах – спортсмен, комсорг, пограничник! Подберёшь к работягам ключик – и пойдут дела…

Так молодой специалист начал трудовую деятельность в директорской должности. Как он и ожидал, лесоповальщики встретили назначение юного начальника с нескрываемым недоверием, которое сквозило в насмешливых взглядах, в пренебрежительном тоне разговора. Дошли даже слухи, что его прозвали сосунком! Надо было срочно выправлять положение. Но как?!

Подходящий к тому случай подвернулся молодому руководителю там, где он и не ожидал, – в поселковой бане. Общественное моечное заведение в посёлке было весьма почитаемым местом и поставлено основательно, так, чтобы после гигиенической процедуры обновлённая душа ликовала и радовалась Богом дарованной жизни. Там-то в мужской банный день Павлуша встретился лицом к лицу с мужиками из числа подчинённых, находившихся, как и он, в чём мать родила. Нагота подчёркивала молодость начальственной фигуры, терявшейся среди кряжистых великанов. Мужики с демонстративной вежливостью выдали «сосунку» распаренный веник и пригласили в парилку.

Хлестание тел душистым веником – апогей русской бани. Какой потомок славянской породы не испытывал наслаждения от берёзовой экзекуции в жаркой воздушной среде, когда на каждый взмах связки распаренных веток разгорячённое тело отзывается благодарностью? В первом заходе парильщики слегка прогревались, подготавливая организм к нагрузкам. Кто-то полегоньку плескал из шайки водичку на раскалённую каменную груду, другие вели неторопливую беседу.

– Федя, говорят, ты намедни с медведем боролся али как? – подкидывал затравку к разговору один из парильщиков.

– На фига бы он мне сдался, такой борец? – загудел Фёдор, откликаясь на вопрос. – Так хитрюга же! Даром что зверь.

– Что ли умней тебя? – подначивал тот же голос.

– А понимай как хошь. Пошёл, стало быть, я налегке стрельнуть какую живность. Собак взял. Шёл уж второй час. Откуда ни возьмись он нападает на меня сбоку.

– Как же ты просмотрел косолапого? Не впервой, поди, в тайге-то.

– Говорю – хитрюга! Затаился за толстым стволом сосны. Пока я шёл к сосне, он вокруг неё потихоньку передвигался – прятки со мной устроил! Вот стервец! А как я поравнялся, он и напал.

– Даже ружьё снять не успел? – Похоже, слушатель наизусть знал историю о единоборстве с медведем, но Павел и без того понимал, что разговор затеян неспроста, а ему, начальнику, в назидание.

– Как двинул лапой, так ружьё и отлетело. А потом сгрёб меня и норовит к себе прижать, только мне такие обнимки были ни к чему. Уцепился я за шкуру и упёрся прямыми руками в грудь, чтобы он не подтащил к себе, только чуял, как когти в плечи впиваются. – Рассказчик вытянул перед собой ручищи со сжатыми кулаками, каждый с чайник, показывая, как он отстранялся от наседавшего медведя.

Глядя на могучие плечи и конечности таёжника, Павел живо представил себе картину противостояния титанов, сошедшихся на лесной тропе.

– И долго вы упирались? – раздался голос нетерпеливого слушателя.

– Пока собаки не подоспели, а то бы несдобровать. Насели они сзади на топтыгу и рвут за задницу. Едва тот отмахнулся от лаек, я и вырвался. Схватил ружьё – и мишка приказал долго жить, токо когтистые отметины мне на плечах оставил.

Павел почтительно посмотрел на Федины плечи, украшенные ещё не зажившими бороздами. Поведанная история добавила меланхолии новичку. Как ему совладать с такими «медвежатниками»? Не на медведя же самому идти! Между тем настало время настоящей парилки, от которой, как говаривали, уши скручивались в трубочку. Похлестались они вениками, испытывая непередаваемое наслаждение от шелестящих хлопаний по раскрасневшемуся телу. Павел из последних сил крепился и напускал на себя форсу, не покидая верхнюю полку. Измождённые мужики один за другим покидали банное пекло.

– Ишо поддать? – спросил Фёдор, оставшийся в парилке наедине с маленьким стойким начальником.

– Смотри сам, – беспечным тоном ответил Павел, наметивший тактику дальнейших действий. – Когда останусь один, попарюсь в своё удовольствие.

Фёдор был поражён ответом самонадеянного новичка. Он, худосочный мальчишка, надумал перепарить таёжников! Каким же настырным оказался начальничек! Медвежатник уважительно глянул на упрямца, с невозмутимым видом сидевшего рядом. А парилка брала своё. Сердца парильщиков бешено трепыхались, испытывая непосильные нагрузки, обильный пот стекал по телам, горячий воздух обжигал лёгкие.

– Что-то раны заныли, – виновато произнёс Федя и двинулся на выход.

Этого и ждал начальник лесопункта! Едва Федя вышел к отдыхающим дружкам, как в парилке раздались звуки, оповещавшие о бурной деятельности неугомонного любителя жаркого пара. Яростное шипенье воды, хлёсткие удары веником, истошные крики, доносившиеся из-за двери, сливались в единый шумовой эффект. Завсегдатаи парного заведения растерянно переглядывались между собой. Что он там, в конце-то концов, не с ума ли сошёл? Не железный всё-таки…

Тем временем, спасаясь от невыносимого пекла, Паша сидел на полу и ожесточённо колошматил веником по нижней лавке, подбрасывая на печную каменку по черпаку воды и издавая отчаянные вопли. Не забывал холодной водой окатить разгорячённую голову. Затем постановщик спектакля для публики, находящейся за дверями, принялся гроздьями обдирать с веника пропаренные листья и разбрасывать их куда ни попадя, создавая листопадом впечатляющую картину состоявшегося самоистязания. В завершение всего жаждущий признания коллектива начальник нещадно, с протяжкой по телу, отхлестался ободранными ветками, пока его худые плечи и ребристые бока не покрылись кровянистыми бороздками, такими же, как у Фёдора. Здесь-то он вопил по-всамделишному.

Наконец триумфатор вышел к компаньонам, исполосованный прутьями и предусмотрительно облепленный берёзовой листвой. Притихшие мужики услужливо поставили Павлу бутылку пива. Не отрываясь от горлышка, парильщик перелил в себя содержимое стеклянной ёмкости.

– Павел Александрович, вам ещё пивка? Так мы быстро организуем, – предупредительно обратился Федя к признанному победителю.

– Спасибо, братцы, больше одной я не пью, – благодарно отозвался Павел Александрович.

На следующий день Ишедей был переполнен слухами и пересудами о необыкновенной крепости нового директора. Рассказывали, что приезжий молодой начальник не только перепарил самого Федю, но и измохратил пять веников и так поддавал жару, что стенка каменки не выдержала температурного напора и треснула.

С того банного дня авторитет молодого директора, словно по мановению волшебной палочки, вознёсся на небывалую высоту. Коллектив лесопункта трудился слаженно и напористо, подавая другим пример к лучшему. Павел же раз и навсегда взял себе за первое правило как руководитель простую формулу – если хочешь какого-то движения от подчинённых, сделай его сначала сам. Только в баню с ними он больше не ходил.

Принципиальность

Правильно жить означает лицемерие.

Борис был парень хоть куда – ладный и статный, с вьющимися волосами и проницательными голубыми глазами, в любой компании на первых ролях. С окончанием школы-десятилетки подался из Читы в Иркутск для поступления в политехнический институт на геологический факультет. Вступительные испытания Боря проходил успешно, поэтому перед последним экзаменом по любимому предмету, химии, он уже видел себя студентом.