Александр Вдовин – СССР. История великой державы (1922–1991 гг.) (страница 89)
Трагедия еврейского населения СССР. В 1939 г. еврейское население СССР достигло 3 млн человек. Половина из них (1352 тыс.) проживали в УССР. К началу войны еврейское население выросло до 4885 тыс. человек, увеличившись за счет проживавших ранее на территориях, присоединенных к СССР в 1939–1940 г. Западная Белоруссия и Западная Украина добавили около 1,3 млн человек еврейского населения. Среди них было около 300 тыс. человек, бежавших с территории Польши, оккупированной немцами, где уже начались выселения евреев и концентрация их в гетто. Большая часть этих беженцев не приняла советское гражданство, в 1940 г. была депортирована в Архангельскую область, а с началом войны многие их них записались в созданную на территории СССР польскую армию под командованием генерала В. Андерса. Быстрое продвижение немецких войск летом 1941 г. не позволило эвакуировать население из приграничных районов. Из около 2 млн евреев, проживавших там, сумело уйти около 100 тысяч человек. Из остальных районов эвакуация проходила более успешно. С 5 июля 1941 г. стали действовать эвакопункты, и с временно оккупированной территории сумело эвакуироваться около половины еврейского населения, примерно 1 млн человек. Из некоторых городов ушло почти все еврейское население: 75 % из Киева, 85 % из Харькова и Днепропетровска, 90 % из Гомеля. Это была эвакуация крупных промышленных предприятий, имевших оборонное значение, вместе с работниками, среди которых было немало евреев. Они отправлялись в другие районы, где тут же включались в налаживание производства. Особенно много эвакуированных евреев было на Урале, который принял 30 % всего эвакуированного еврейского населения. Значительная его часть обустроилась в Поволжье (21 %), Сибири (17 %), Узбекистане (12 %) и Казахстане (9 %). Городом, принявшим больше всего евреев во время войны, оказался Челябинск — 7 %, затем шел Куйбышев–6 %, по 5 % приняли Свердловск и Ташкент, 4,5 % — Алма-Ата, 4 % — Казань. Еврейское население Свердловска увеличилось с 12 тысяч человек в 1939 г. до примерно 55 тыс. человек в 1943 г. В Красной Армии воевали свыше 500 тыс. советских евреев, внесших огромный вклад в победу над гитлеровской Германией и милитаристской Японией. Из общего числа советских евреев в войне выжили 67,5 % (было на 1939 г. 3,02 млн человек, осталось в 1946 г. 2,04 млн человек, тогда как из числа еврейского населения территорий, присоединенных перед войной, выжило 13,9 % (было в 1941 г. 1,9 млн человек, осталось в 1946 г. 265 тыс. человек). Цифры показывают, что советская политика в отношении евреев прошла жестокое испытание войной и геноцидом, развязанными гитлеровцами.
Цена освобождения стран Европы и Азии. Помимо своей страны, советские войска освободили полностью или частично 13 стран Европы и Азии. В освобождении европейских стран непосредственно участвовали около 7 млн советских воинов, свыше 1,5 млн участвовали в освобождении от японских захватчиков Северо-Восточного Китая (Маньчжурии) и Северной Кореи. Это стоило жизни более чем миллиону советских солдат, покоящихся в земле Польши (более 600 тыс.), Венгрии (свыше 140 тыс.), Чехословакии (около 140 тыс.), Германии (102 тыс.), Румынии (69 тыс.), Австрии (26 тыс.), Китая (9,3 тыс.), Югославии (8 тыс.), Норвегии (3,4 тыс.), Болгарии (977 человек), Северной Кореи (691 человек), Дании (30 человек).
Развязанная гитлеровцами Вторая мировая война обернулась трагедией для самой Германии и ее союзников. Только на советско-германском фронте (с 22 июня 1941 г. по 9 мая 1945 г.) безвозвратные потери Германии составили 8876,3 тыс. военнослужащих, а вместе с союзниками — 10 344,5 тыс. человек. Демографические потери вражеских вооруженных сил (за вычетом вернувшихся из плена, а также вторично призванных в войска) составили соответственно 5965,9 и 6771,9 тыс. человек. Из общего числа людских потерь, которые понесла немецко-фашистская армия во Второй мировой войне, более 73 % приходится на Восточный фронт. На этот же фронт приходится 75 % всех потерь вермахта в авиации, танках, артиллерийских и штурмовых орудиях.
Соотношение потерь вооруженных сил Германии вместе с войсками ее союзников — Венгрии, Италии, Румынии, Финляндии, Словакии, и СССР вместе с войсками союзников — Болгарии, Польши, Румынии, Чехословакии, Югославии составляет: по безвозвратным потерям 1: 1,1; по демографическим 1: 1,29. На это соотношение во многом повлиял тот факт, что количество военнопленных, погибших в нацистских лагерях (около 2,5 млн из 4,6 млн), почти в 5 раз превысило число военнослужащих противника, умерших в советском плену (518,5 тыс. из 4,4 млн).
Война оставила после себя миллионы раненых, искалеченных, потерявших здоровье людей. По состоянию на 1 июля 1945 г. на излечении в госпиталях находились более миллиона человек. Среди 3,8 млн человек, уволенных в годы войны из армии по ранению и болезни, 2,6 млн стали инвалидами. Специфика войны и оккупации привела к появлению особых демографических категорий населения. По оценкам ставки Гитлера, к концу войны на советской территории побывали почти 11 млн немецких военнослужащих, от которых родилось около 3 млн детей. По данным ФРГ, в советской зоне оккупации от военнослужащих Красной Армии немецкие женщины родили их около 292 тыс. По оценкам на начало 1950-х гг., за период с 1941 г. насчитывалось около 30 тыс. советских женщин, вышедших замуж за иностранцев и имевших от них детей.
В годы войны несли невосполнимые утраты все народы СССР. При этом потери граждан России равнялись 71,3 % от общих демографических потерь Вооруженных сил СССР:
Материальный ущерб. Огромная территория на западе СССР к маю 1945 г. была практически в руинах. Материальный ущерб, нанесенный стране войной, равен потере почти 30 % ее национального богатства. (Для сравнения: в Великобритании — 0,9 %, в США — 0,4 %.) Урон от нанесенных войной разрушений в 20 раз превысил национальный доход СССР в 1940 г. В денежном выражении страна лишилась 130 млрд долларов. Это половина стоимости всех разрушений во всех странах мира за годы Второй мировой войны. Враг полностью или частично разрушил 1710 советских городов и городских поселков (60 % их общего числа), более 70 тыс. деревень, разорил 100 тыс. колхозов и совхозов, около 6 млн зданий, лишил крова 25 млн человек. Уничтожены почти все находившиеся на этой территории заводы, фабрики, шахты; 65 тыс. км железнодорожных путей; разграблены музеи и библиотеки. Восстановление хозяйства к концу войны свелось здесь большей частью к разборке завалов; ремонту сохранившихся сооружений; вводу в строй предприятий, наименее пострадавших от разрушений или крайне необходимых для военных и хозяйственных нужд, восстановлению железнодорожных путей. К концу войны промышленность освобожденных районов обеспечивала выпуск 30 % объема довоенного производства.
Деревня в конце войны. Труднейшее положение к концу войны сложилось в деревне, на которую приходятся гораздо большие по сравнению с городом человеческие потери. (На одного мужчину 21–23 лет в послевоенной деревне в среднем приходилось по 5 девушек-ровесниц.) Хлебозаготовки почти подчистую опустошали запасы колхозных и личных хозяйств. В освобожденных от оккупантов сельских районах на месте многих сел и деревень остались только печные трубы. 7 млн лошадей, 17 млн голов крупного скота было угнано в Германию или уничтожено. Возвращавшиеся на родные пепелища жители вынуждены были начинать все сначала: обзаводиться жильем, скотом, орудиями производства, семенами. Помощь этим районам ложилась дополнительным бременем на крестьянство, не пострадавшее от оккупации. Весной 1944 г. ценой чрезвычайных усилий на освобожденной территории удалось засеять 60 % посевных площадей. К началу 1945 г. по сравнению с наихудшим временем, началом 1943 г., поголовье крупного рогатого скота в СССР удалось увеличить на 15,6 млн, овец и коз — на 8,4 млн, свиней — на 2,8 млн, лошадей — на 1,7 млн голов.
Репатриация. К концу войны со всей остротой встала проблема репатриации на родину 5 млн советских граждан (перемещенных лиц, включая военнопленных, «восточных рабочих», узников концлагерей, военнослужащих в немецких формированиях и пр.), оказавшихся за пределами СССР и оставшихся в живых. Согласно соглашениям в Ялте, перемещенные лица должны были в обязательном порядке возвращаться на родину. До 1 марта 1946 г. в СССР было репатриировано 4,2 млн советских граждан (2,7 млн гражданских лиц, 1,5 млн военнопленных); к июлю 1952 г. число репатриированных увеличилось на 105,5 тыс. человек. В результате разлада между союзниками обязательный принцип репатриации начал нарушаться сначала в отношении «западников» (граждане из районов СССР, присоединенных после 1939 г.), а затем и «восточников». «Невозвращенцы» составили так называемую вторую волну эмиграции из России на Западе. В 1952 г. численность этой эмиграции (в основном не желающих или побоявшихся возвратиться в СССР) составила около 620 тыс. человек, из них 140 тыс. — бывшие советские немцы, принявшие гражданство ФРГ.
Судьба тех, кто был возвращен в СССР, также оказалась непростой. Сталинское руководство опасалось, что длительное бесконтрольное пребывание советских людей за границей повлияло на их мировоззрение и политические настроения. «Контраст между уровнем жизни в Европе и у нас, контраст, с которым столкнулись миллионы воевавших людей, — писал К.М. Симонов, — был нравственным и психологическим ударом, который не так легко было перенести нашим людям, несмотря на то что они были победителями в этой войне». Этот контраст мог стать основой «низкопоклонства перед Западом», распространения которого среди советских людей очень опасались во властных структурах страны. Им же была порождена особая настороженность властей к согражданам, побывавшим в годы войны в капиталистических странах Европы.