Александр Вайс – Неучтенный элемент. Том 3 (страница 2)

— Ну да. Потому я и действую один. Посланница даже обучала одного меня лично, отметив чистейшую врожденную склонность.

Китаец заинтересовался и протянул прибор.

— В любом случае, думаю он послужит вам наилучшим образом. Вы правы в том, что все мы воины Земли.

В этот момент наконец открылась дверь в коридор и в приемную вошли двое. Высокая статная шатенка в обтягивающей кожанке с обилием элементов из когтей и клыков выглядела грозно. Кажется, даже повеяло холодком. С видимым напряжением она несла в руке моё копьё как посох. Пятнадцать килограммов едва ли были существенным весом для одной из сильнейших одарённых России. Но не таким, который не замечаешь.

Над ней ещё на полголовы возвышался мускулистый бородатый мужчина, одетый в пластинчатый доспех с кольчужными элементами. Хоть сейчас на реконструкцию сражений каких-нибудь русских витязей четырнадцатого века. Блестящий и идеально чистый: должно быть надел его впервые.

— Чжан Лей, рада видеть вас. Как и тебя, Алексей, — Серебрякова окинула меня взглядом, пока китайцу переводили слова одарённой. — Начали переговоры раньше?

— Всего-то веду дружескую беседу, — ответил я, сунув анализатор в карман и кивнув собеседнику. — Благодарю за то что избавили меня от необходимости искать его в тёмном лесу.

— Разумеется. Не буду говорить о причинах, почему вы напрасно не дождались меня. И удовлетворите любопытство — что делает способность «Суть бездны»?

Пусть сейчас из золотого портала выйдет та холодная блонда в воздушном платье и в хорошо запомнившейся манере «мне плевать на этот мир и вас всех, но всё же расскажу» поведает мне это! Всё же есть на копье навык! Причём описание по всей видимости скрыто или сильно искажено! Однако название пафосное, а насколько понял система даёт такие мощным способностям.

Увы, мне ничего не оставалось, кроме как качнуть головой.

— Боюсь, предпочту оставить детали при себе.

Не сказать, что Серебрякова была рада слышать отказ, но иного выхода у меня не было.

Я взял большой походный рюкзак, из которого торчали материалы, и деревянный посох с хитрым навершием, ожидавшие рядом. Как хорошо, что Юра перенаправил ко мне заинтересованных китайцев и мы договорились о немедленной встрече. Точнее я, правильно это или нет, решил устроить трёхсторонние переговоры, на которые согласилась Серебрякова. Правда прорываться через секретаря, чтобы она передала начальнице предложение встречи оказалось той ещё задачкой.

Мы вышли в просторный кабинет с массивным столом. Полки и стены выглядели пустовато. Видно, что сама владелица помещения бывала здесь нечасто и проводила мало времени.

У стены слева от входа располагались мягкие диваны и кресла у журнального столика, где и решили провести переговоры.

Краем уха я услышал, как Чжан передал переводчику вопрос…

— Госпожа Серебрякова, мистер Чжан интересуется, как так вышло, что победу над архитектором плоти сначала приписали вам? Причём объявление попало и в международные СМИ?

Шатенка недовольно сморщилась. Я тоже с интересом слушал, одновременно рассматривая пару небольших сколов на лезвии, видать в местах контакта с кулоном.

— Это была ошибка пресс-центра СПО, который поспешил с выводами и опирался лишь на сообщение об обнаружении исказителя, моей отправке и произошедшей битве.

Я вполне могу назвать полное имя ошибки. Впрочем, пусть сами разбираются с потоками информации.

Спутник одарённой почему-то сверлил меня недовольным взглядом, а китайцы коротко обменялись фразами, настолько тихо и неразборчиво, что даже я не смог понять содержание.

Впрочем, Серебрякова не собиралась сейчас это обсуждать.

— В любом случае тема убийства исказителя не является частью сегодняшней повестки. Мы все крайне заняты, потому перейдём к делу. Алексей получил комплект довольно ценных предметов. Причём счёл уместной возможность продать их другой стране.

— Китаю они, объективно, нужнее, — я пожал плечами. — У них население в десять раз больше. А у нас на западе и так хватает плодородных земель. Для России голод гораздо менее вероятен.

Если честно, я не сразу понял ценность «комплекта друида» из кристалла для открытия ветви магии природы или усиления существующей ветви, посоха на двадцать процентов силы и артефакта, ускоряющего рост растений. Таким образом, при правильном использовании можно многократно повысить урожайность и обмануть биоритмы растений.

Вероятно, хорошо развивший этот навык друид, гуляя по какой-нибудь плодовой плантации сможет прокормить дополнительно десятки если не сотни тысяч людей с той же площади. Только успевай удобрения в почву добавлять, а магия всё сделает. В условиях, когда за большими полями следить всё труднее — это бесценно.

Конечно, если мы планируем прожить больше, чем до конца Таймера.

Вообще-то Чжан Лей наверняка встретился со мной скорее ради вербовки. А Серебрякова сама виновата, что не оставила копьё Сергею. Но тем лучше.

— Может и так… — женщина смотрела, как я выкладываю на стол предметы и подвигаю осколок шпиля. — Но формат переговоров может вызывать вопросы. Ещё нам стало известно о материале ранга А-плюс, который вчера едва не украли. Вы не думаете продать и его?

— Пока нет. Планирую поискать лучшее применение.

— Господин Корнев, вы же не возражаете? — напрямую спросил у меня Чжан.

— Что вы, разумеется нет, — ответил я на китайском.

— Высокоранговый материал… — неожиданно, кристалл интересовал его больше всего. — Подобное можно применить в стационарных артефактах. Это всё, что удалось добыть?

Я промедлил, обдумав риски и всё же ответил.

— Нет, но в рамках этой сделки счёл это достаточным. Если честно, хочу попробовать себя в артефакторике, как бы странно это ни звучало. Моя чувствительность к энергиям чрезвычайно высока. К слову, мне было бы интересно увидеть записи ваших артефакторов. Разумеется, мы сможем позже обсудить цену.

Чжан улыбнулся.

— Вы полны энергии и надежды сделать мир лучше. Сейчас важно делиться информацией и вы получите файл. Впрочем, если предлагаете цену, собранное вами дерево может помочь в создании аналогов посоха.

Я тут же передал Юре просьбу чуть позже отдать китайцам деревяшки. За хранение с ним сочтусь.

Серебрякова не вмешивалась, хотя переводчик кратко передал ей суть диалога.

Обсуждение не могло занять много времени, все люди занятые. У Серебряковой появилось рациональное предложение, вполне устраивающее все стороны: она как Страж от имени СПО выкупает их у меня в обмен на комплекс вещей, которые мы обсудим лично, а после эти предметы скорее всего перейдут китайцам уже в рамках международных договоров взаимной защиты и поддержки, которые также обсудят отдельно.

Я пообещал, что умерю аппетиты: ведь сначала договор должен состояться со мной. Чжан оставил мне свою визитку и делегация покинула кабинет.

— Какого ты уровня на самом деле? — спросила Серебрякова, смотря на меня.

— Учитывая, что я технически не могу доказать свои слова, допустив применение навыка оценки, поверите в изначально восьмидесятый? — я решил всё же конкретизировать цифру. Главное потом не запутаться в показаниях.

Судя по медленному кивку, меня в кои-то веки не сочли балаболом. Победа над Веларом однозначно говорила о моих способностях. Собственно, именно о нём она и вспомнила.

— Как вам удалось найти то существо?

— Чувствительность и везение, — о кулоне я уж точно не собирался говорить. — Вижу скепсис, но я не шучу. У иномирца примечательный след и я неплохо научился его чувствовать.

Серебрякова постучала пальцами по подлокотнику кресла и ещё раз посмотрела на стол.

— Как ты убил настолько сильное существо и отделался всего лишь потерей сознания на полчаса?

— Удар в спину, а потом несколько решительных прыжков в лобовом столкновении. Пожалуй, из специалистов по бою на ближней дистанции я единственный, кто мог это сделать, не оказавшись скованным горой ближайшего мусора, — я пожал плечами. Не видел смысла преувеличивать. — У меня тоже есть вопрос очень важный для меня. Тот человек, на ком стояла печать, его смогли освободить?

— Думаешь, можешь задавать вопросы? — пророкотал мускулистый мужчина, похоже оскораблённый моим последним замечанием.

— Эдуард, не вмешивайся, — Серебрякова задумалась. — Нет, он умер при попытке снять печать. Разве это так важно? Он — предатель. Сейчас такое время, что за измену в тюрьмы не отправляют. И это официальный указ.

Вот как… не очень хорошо: ведь у некоторых могли быть веские причины. Разумеется работа на врага — это тяжкое преступление и предательство. Но и у нас сейчас идёт не обычная война.

— А есть ли какой-то шанс вернуть разум изменённых?

— Ни малейших. Потому если поймёте, что вас вот-вот схватят, то лучше оборвите свою жизнь.

М-да… ну и перспективы. Вообще-то Велар говорил, что со мной едва ли возможно сотворить подобное. То есть меня бы просто убили — немногим лучшая перспектива.

Время уходило, потому я немного наклонился вперёд и сложил пальцы в замок.

— Я надеюсь на сохранение человеческой цивилизации. Хочу побыть оптимистом и верить, что когда Велар говорил о сотне павших миров, он просто забыл упомянуть о сотне отразивших атаку и выстроивших такую защиту, что Орде пришлось уйти. Или о десяти. Или хотя бы об одном.

— У нас нет ничего кроме надежды, что это так, иначе поднимется паника, — согласилась Серебрякова. — Алексей, так что вам необходимо?