Александр Вайс – Неучтенный элемент. Том 11 (страница 15)

Наташа заворожённо смотрела на меня снизу-вверх. Похоже, выходило не так уж усыпляюще.

— Но боги победили архонтов? Насколько тогда сильны они?

— Вопрос не совсем корректен. Их сила… иная. Каждый из них невероятно властен над некой более узкой областью и крутит ею как пожелает. Она составляет их сущность.

Кроме того, я не знаю, что победило архонта, найденного Атласом. Но почти уверен: это сделали не боги. Нет смысла переживать сейчас. А переходя к башне… По сути, сейчас мы внутри проекции искусственного тела, представляющего собой конгломерат пузырьков реальности, расположенных слоями вокруг ядра.

Кстати, есть убедительная теория, что часть этих миров — сон остатков разума павшего титана.

Ещё один интересный факт: магическая энергия в каком-то роде является программируемой самоадаптирующейся субстанцией. Магические узоры, слова заклинаний, механизм даров — это всё методы придать энергиям форму.

Я продолжал рассказ о тайнах вселенной, которые смог узнать. Время пролетело незаметно. Вскоре подруга успокоилась, и я позволил ей заснуть и качественно отдохнуть. Тогда как сам погрузился в медитацию.

Впереди предстоял долгий и опасный путь, в результате которого, я надеюсь, получится не просто уничтожить башню, но ещё и резко поднять уровень силы.

Толком помочь снаружи я не смогу. Уровень силы моего аватара ограничен — максимум сто двадцатый уровень по чистой силе. То есть он уступает даже основному составу Бездны. Кроме того, я смог создать лишь одного — если его уничтожат, сделать нового отсюда не смогу.

Я пообещал защитить людей, и, как бы мал ни был шанс, я буду пытаться до конца.

Перед глазами сам собой пронёсся пройденный путь после возвращения людей. Первый шок после встречи, когда я пытался вспомнить, каково это — общаться. Разрушенная деревня, полная последствий первых экспериментов. Пусть Орда встречала людей, но всё же долгая эволюция в отрыве друг от друга меняет нас. Кроме того, Велар тогда просто практиковался в магии изменения. За что в скором времени поплатился.

Забавно: я ведь уже тогда обладал огромной силой — только протяни руку. Но сражался как обычный воин с иммунитетом к магии. Даже не мог победить слабого Восходящего, едва пришедшего в наш мир. Велара я убил ударом в спину, и то едва прорвался в ближний бой и ощутимо пострадал от взрыва его Регалии.

Встреть я его перед отправкой в Атлантиду — легко бы прибил даже без Нихилима. Ливень телекинетических снарядов ничуть бы ему не помог.

Скольких людей я встретил… Видел много смертей и разрушенных городов. И сейчас… никто, кроме меня, не способен это остановить.

Во вселенной полно сильных существ — наверняка и у богов найдётся кто-то, способный разрушить Фазовую башню изнутри. Нужно только рискнуть прислать его и помочь пройти внутрь. Ведь если явится кто-то явно способный, ему будут мешать войти. Меня таковым не считали. Очень надеюсь, что зря.

Однако из всех достаточно сильных магов только мне есть дело до судьбы этого мира.

Я ненадолго закрыл глаза, а затем поднял руку и зажёг сложную эфирную печать.

Рядом появился слабенький, зато устойчивый конструкт — шарик золотистого света, вставший на множество энергетических ножек, вытянувшихся из тела, словно водомерка-мутант. Я постарался наделить его слабеньким интеллектом для автономии.

— Охраняй нас. Если заметишь любые изменения в пещерах — вроде звуков, движения или изменений энергетического поля — буди.

Конструкт внешне никак не реагировал, лишь покачиваясь в воздухе. Но я знал, что он уловил приказ.

Я тоже решил немного поспать, дабы полностью расслабить разум.

Передо мной висел разбитый синий кристалл с огоньком. Кажется, я помнил такой… и понимал его назначение.

Стоило мне потянуться к нему, как объект обратился в старую потрёпанную книгу, в которой не хватало множества страниц. Текст в ней быстро мелькал — я не мог разобрать написанного мелким почерком.

«Стоп, что вообще происходит?»

Книга тут же замерла, а затем картинка вновь поплыла.

Теперь я стоял на мостике космического корабля — невероятно красивом и элегантном, совсем не таком, как нам рисуют современные фантасты. Большие панорамные экраны, плавные изгибы белых стен, минимум консолей и информационных табло.

Если бы не вид на космос и ближайшие корабли, я бы вовсе счёл это место смотровой платформой. Тут замерли люди с сине-серой кожей: все в строгой, но столь же стильной форме. Большинство в белой, несколько человек — в красно-чёрной, практически под цвет волос.

Некоторые сидели в креслах и смотрели перед собой. Иные замерли в стойке. Они что-то говорили. Но я не понимал их языка, как и редких надписей, возникающих поверх невероятно чёткого экрана.

Начиналась битва. Впереди разверзлась реальность, и из искажений пространства вышел… ветхозаветный ангел. За его спиной развернулась сложная конструкция из перекрещённых крыльев, покрытых пылающими золотом глазами. Особенно большой глаз в центре, казалось, смотрел прямо на меня.

Мужчина в самом большом кресле что-то закричал. Я краем глаза увидел, как в носовой части соседнего корабля — столь же техничного и элегантного — возникает миниатюрная чёрная дыра. Несколько секунд она набирает в размере и яркости, а затем открытый тройной ускоритель метает её прямо в гостя.

Бесполезно: все снаряды ослепительно ярко взрываются на подлёте.

Теперь я не сомневался — взгляд всех глаз ангела направлен на корабль, где я нахожусь. Они вспыхивают светом, и тут же начинает выть сирена, загораются алые фонари. Люди хватаются за голову, что-то кричат и машут перед собой руками.

Корабль справа от меня покрывается сетью трещин и взрывается.

— Война пронизывает равнодушную вселенную, уподобившись циклу разрушения и созидания. У эволюции всего две движущие силы — это стремление познания и жажда покорения. Противоборство управляет творениями Грани и живущими за ней, ошибочно и наивно мнящими себя иными. Но таков ли смысл вселенной?

Под речь, доносившуюся как будто из-за спины, продолжался обстрел ангела. Повернуться я не мог. Более того — вытянул руку… тоже серую, в чёрной форме. Глаза ангела начали бегать из стороны в сторону и лопаться.

Один из выстрелов пробил невидимую защиту и превратил скопление крыльев в комок светящейся материи, которая взорвалась плазменной волной.

— Нужно ли делить сыплющийся сквозь реальность песок или мы могли бы поделить места? Должно ли вмешиваться в естественный ход вещей и вставать на пути борьбы сильнейших?

Вид изменился. Теперь я двигался в некоем облачном пространстве, переливающемся синим, фиолетовым и золотым. Шаги вызывали гулкое эхо, хотя стен не было.

По обе руки в коленопреклонённой позе замерли крылатые люди в белых одеждах. А впереди меня ожидал старик с глазами, сияющими белым… Кажется, из памяти Атласа я знал его.

«Верховный бог Астар?.. Нет, точно не он — просто похож».

Я видел на его лице страх и беспокойство.

— Сила ведёт к миру. Война — к взаимопониманию и союзу. Великое рождается в пламени. И в пламени же гибнет. Немногим суждено замёрзнуть в тишине после того, как их песок пересыплется. Когда истечёт наше время, как мы примем неизбежное?

Снова изменение сцены — и у меня перехватило дух. Я стоял посреди кажущегося бесконечным поля. А небеса пронзала башня, на фоне которой знакомая мне казалась просто крошечной. Только эта была надломлена, словно её взорвали в нескольких местах, но она застыла во времени.

— Я не бежал и ошибся, когда…

Фраза оборвалась, а мир распался на разноцветные искры и померк.

Я резко открыл глаза и несколько секунд прислушивался к себе и окружению. Всё было тихо. Пещера почти никак не изменилась — только немного отросли фиолетовые растения на стенах. Золотистый огонёк стоял на прежнем месте и магически докладывал мне, что ситуация остаётся стабильной.

Так называемый «сон» я помнил чётко и ясно. И больше не сомневался, что это не грёзы разума, а осколки памяти Архонта хаоса. Только он вёл некий рассказ. То есть это, скорее… дневник? Или послание потомкам?

Очень странная ситуация. Атлас нашёл останки вообще без разума, или же выжег его призрачные остатки. Часть памяти он тоже схватил. Но из его прошлого я не помнил ничего о таких «снах». Быть может потому, что он был не настоящим архонтом. Поэтому просто не понимал «дневник»?

И ещё интересный факт: Архонт, умерший по меньшей мере миллион лет назад, взаимодействовал с человекоподобной расой. Более того, похоже, сражался за неё. Причём не из-за некоего долга или потому, что сам стоял у её истоков. Скорее, делал это из прихоти.

Жаль, разбитый кристалл или же рваная книга прямо говорили о состоянии записей — и сон оборвался на самом интересном. Прямо как в современных художественных книгах, где авторы так любят ставить неожиданный поворот или недосказанность на конец главы.

Если честно, в какой-то мере приятно узнать о том, что Архонт так хорошо влился в чужое общество. И даже сомневался, вправе ли он лезть в дела чужой расы. Увы, похоже, в конце концов он столкнулся с кем-то сильнее него. Убить существо такого уровня — нетривиальная задача. Понять бы, что случилось.

Я постарался затолкать странный сон подальше. У нас тут своя война, не столь масштабная… И бежать я также не собираюсь.