Александр Вайс – Фронтир. Том II. Диверсант (страница 6)

— Ладно, следуй за мной и не хватайся за гранату. Чего ты вообще хотел добиться?

— Нам нужно в оружейную…

Ну да, а на вопрос, зачем угрожать мне, ответа не было. Понял, что я бы его заметил. И да, в его шлем попали энергооружием: ему очень повезло остаться живым.

— Не будем терять времени, пошли.

Дверь технической палубы оказалась открыта. Ну да — свободный доступ. Видимо Дэймон решил, что или я помогу его людям, или всё равно все уже мертвы.

Какой-то хрен держал за шею раненую женщину в инженерном скафе. Её правая рука держалась на честном слове и гермогеле.

— Эй, тихо-тихо! Или вышибу ей мозги!

— Ты же понимаешь, что все твои дружки мертвы, а корабль уничтожен?

— Дерьмо случается. Бросил пушку!

Я скосил взгляд на консоли. Он пытался выйти на связь, но я видел строки, говорящие, что в радиусе не найдены адресаты. Варп-связь работала исключительно каналом, ей нельзя было транслировать чёткий сигнал всем. Только обозначать своё существование и уже на основе обнаружения адресата устанавливать контакт. Естественно, можно настроить свой передатчик так, чтобы сеть тебя не видела.

— Ладно, спокойнее. Можешь хоть ответишь, зачем? Столько убитых учёных, экипажи кораблей.

— Ничего личного, приятель, это бизнес. Вторую тоже — быстро! Или взорву тут всё!

Думает, я не вижу, что на консолях? Да и общий доступ не позволяет вызвать, например, детонацию реактора. К тому же он всё равно стоит.

И… бизнес? Наёмники, так и подумал. Всё равно пираты, просто действуют не сами, а по договору.

— Отпусти её! — подал голос парень, сжимая в руках пистолет. Голос дал петуха. — Клянусь, я заберу тебя с собой!

— Так, ты тоже…

Едва он наставил пушку на парня, я выхватил игольник из кобуры и дважды выстрелил в оружие наёмника. Секунда и его руку сожгла небольшая огненная вспышка. Из-за того, что он держал пленную, его щит растянуло: не умеет он угрожать заложниками.

Наёмник выпустил раненую женщину и заорал на открытом канале, повалившись на пол. Я сразу же метнулся к пленнице, кое-как спас от слишком жёсткого приземления.

Рядом раздались последовательные выстрелы. Ну мля…

Парнишка встал над орущим наёмником и высадил обойму пистолета в него в упор. Хорошие патроны, броню в нескольких слабых местах пробило, а повторный выстрел в ту же точку оборвал крик.

— Вот зачем? Взяли же пленного!

— Так и нужно, они всех убили! Мама, ты жива?

Я обратился к информации, транслируемой от её скафа.

— Пока жива, но без сознания, пульс слабый. Подними её, у меня усилители сдохли. Ещё есть выжившие?

— Я-я… не знаю. Надо скорее в медпункт!

Я не возражал. Конечно, и сам мог её донести, но гораздо медленней. Аккуратно положил тело на руки, подобрал свою пушку и мы побежали наверх. Медкапсула герметична, так что мы смогли занести и женщину. Я остался снаружи, не планируя заходить.

— Так, тяжёлое состояние! Нужно вытаскивать его. Немного лечения получил, уже не загнётся. Э… Шард, поищи аварийный скаф. Этот обратно надевать уже нельзя.

— Понял, всё будет.

— Отец… будет жить? — спросил парень. Я так и понял: семейство на корабле, довольно распространённая ситуация.

— Будет, всё пучком! Слушай, Шард, вот чего тебе стоит такую штуку поставить?

— Знаешь, сколько она стоит? К тому же я один летаю, меня до медкапсулы или некому будет нести, или она мне просто не понадобится.

— А, ну да, на тебе же заживает как на ченгорской собаке. Только конечности не отрастают… и зубы не ядовитые, наверное. Я бы не позволил себя кусать просто на всякий случай. И почему для аугментов нет таких модификаций?

Я закатил глаза чисто автоматически.

— Есть. Просто их ставят для совсем иных целей.

Шериф видимо задумался о методах применения ядовитых желёз, пока я вскрывал аварийный шкафчик. Там хранился простейший вакуумный скаф-комбез. Никаких усилителей и терморегуляции, но для наших задач хватит.

Пока завершалась программа медкапсулы, кинул им внутрь две штуки и дверь вновь заперлась.

— Как там пленный?

— Сдох. Так понимаю, ни одного не осталось, — вздохнула Анна. — Но я забрала целый гравибайк. Сейчас мы тут собираемся. Борис выводит выживших учёных из их сектора. Сколько у нас времени на сборы?

— Не представляю, но мне нужно залезть в запасной скаф, забрать большую пушку и сходить выбить себе компенсацию.

— Знала, что ты так скажешь, — хохотнула Анна. — На том корабле, кстати, есть неплохой импульсник вместо дерьмища, что установлено у тебя.

Вот и славно. Даже жаль, что трюм взорвал. С другой стороны это явно помогло истребителю в его героической атаке.

Я в запасном боевом скафе, гораздо менее прочном и мощном, лазал по отсекам «Пустынного орла». Так назывался корабль группы наёмников, напавших на нас. Сейчас он напоминал пустую десантную дроновозку. Правда, у них ещё и пушек втрое больше, чем у нас! С другой стороны, ничего действительно убойного, как мои рельсы.

Банши зачистил прибывших на огонёк дронов Старших снаружи, мне пришлось немного добавить тех, что внутри.

Корабельная система сдохла полностью, но некоторые турели ещё работали в автономном режиме. Нашлась пара человеческих дроидов, да и пилота с мостика они достали. Инопланетные железки действовали основательно. К счастью, и пилот бился до последнего, уменьшив мне работу.

Во вскрытой оружейной была пара стволов взамен утраченных и вообще куча всего полезного, включая те же запасные скафы, детали для ремонта и ещё много чего. Я не трогал только старьё или ненужные патроны да аккумуляторы, но кучу всего сгрёб к взломанному дронами пассажирскому шлюзу. Прилетевшая на Авангарде Анна охотно помогла всё загрузить. С собой она привезла пару моих инженерных дроидов.

— Я начну демонтаж нужной нам пушки, ты пока обыщи каюты.

— Ага… женщину спасли?

— Да, и медкапсула смогла пришить руку на место. Нам повезло, что мы засели в ангаре.

— Определённо… ладно, у нас максимум три часа. Потом отсюда точно надо сваливать. Хочется раскурочить трофей до винтика, но не будем искушать судьбу. Интересный, блин: дохрена пушек!

Есть класс, который формально не существует, но часто обозначают истребителей и рейдеров как «корабль огневой поддержки». Отличается огромным числом малых пушек, в ущерб ходовым и бронированию. Зачастую орудия не имеют слотов, в которые прячутся в мирное время для защиты и чтобы не нервировать окружающих. Обычно такие в одиночку не сражаются, а прикрывают других.

— Правда манёвренность кирпича, — хмыкнула Анна. — Да, пушек много, но как думаешь, как долго он может стрелять энергетическими непрерывно? Секунд десять, потом конденсаторы опустеют.

— И боеприпасы как не в себя жрать должен… зато залп в ближнем бою убойный… слушай, может мне пушек добавить потом…

— У тебя нет места под патроны, а энергосистему выжирают рельсы. Вот импульсник не помешает! Я бы даже спаренный установила, но тут только один целый, давай за дело.

Сбор трофеев продолжился. Я нашёл кучку локальных кошельков, ещё больше пушек и даже смог вытащить из боеукладок нужные нам боеприпасы. Пришлось дважды летать к Банши и там разгружаться прямо в трюме. На третий с натугой предельной тяги пяти рабочих гравидвижков я смог аккуратно поднять четырёхметровую импульсную установку и аккуратно положить её на землю до того, как перегруженные движки перегреются.

Анна не тратила время и просто отрезала крепления подвеса.

— Знаешь, какая установка? — весело спросила она.

— М-м, неужели Кристалл?

— Не — Атлант! Они тоже неплохие делают!

— Да, впервые слышу…

— Потому что они на рынок пушки отдельно не продают, а производят только для своих нужд. Скорее всего, её купили на чёрном рынке с разбора какого-то корвета или эсминца. Я пробила модель по своей базе — этой модификации всего десять лет. Современная пушка, пусть не из топовых версий.

Мегакорпорация, больше всего известная производством тяжёлых кораблей для рынка… очень интересно.

— Не нравится мне это…

— Ага, мне тоже. Не повреди пушку, я пока тут полазаю, поищу детали.

Я не возражал, пушку пришлось транспортировать рывками из-за перегрева движков. Ещё и аккумуляторы Авангарда практически сдохли, и пришлось оставлять его заряжаться. А импульсник затаскивать в трюм при помощи колёсной тележки и крана. На нём под потолком я и оставил висеть трофей. Из хороших новостей — у другой группы учёных остался ТРП на ходу. Из плохих — едва живой и с дырявой кабиной. Но он позволил ускорить перевозку оставшегося нашего оборудования, которое было слишком жалко бросать.

В кают-компании Борис пытался привести в чувство нового руководителя их экспедиции, если её ещё можно так назвать. Азиатка-метиска погибла, выжили всего двое учёных.