Александр Васькин – Кутузовский проспект (страница 7)

«Над “Детьми Арбата”, – вспоминал Рыбаков, – я начал работу в самом конце 50‐х годов. Впервые роман был анонсирован в журнале “Новый мир” в 1966 году. А. Т. Твардовский очень хотел его напечатать, я услышал от него много добрых слов, но сделать это не удалось. Второй раз “Дети Арбата” были заявлены “Октябрем”, шел уже 1978 год, но это тоже окончилось неудачей. А работа продолжалась. А. Т. Твардовский имел в руках только первую часть романа, потом, когда стало ясно, что опубликовать “Дети Арбата” не удается, я стал работать над второй частью, а когда роман был вторично “закрыт”, написал третью его часть. Никто уже не верил, что “Дети Арбата” когда-нибудь будут напечатаны, даже мой самый большой друг, жена, не верила, а я не останавливался: все дела нужно доводить до конца».

Трудно назвать другого более читаемого в те годы здравствующего советского писателя, которого узнали и на Западе. Тогдашний президент США Рональд Рейган сказал: «Мы рукоплещем Горбачеву за то, что он вернул Сахарова из ссылки, за то, что опубликовал романы Пастернака “Доктор Живаго” и Рыбакова “Дети Арбата”».

У Рыбакова осталось любопытное воспоминание от перестроечных времен: «Из ЦДЛ мы отправились домой в Переделкино. По дороге на Кутузовском проспекте заехали в магазин “Диета”, где раз в неделю писатели могли купить набор продуктов, так называемый “заказ”: курицу или килограмм мяса, полкило сосисок или полкило “докторской” колбасы, килограмм селедки, килограмм гречневой крупы или риса, килограмм сахара, банку сгущенного молока, баночку растворимого кофе, пачку масла, печенья и чая. Не густо для семьи на неделю, но все же еда, в магазинах ничего нет. Стоим с Таней в очереди, двигаемся потихоньку к продавщице, входит в магазин старушка, видит гречневую крупу, мясо, сахар на прилавке, пристраивается в хвост. Ей объясняют: “Бабушка, здесь заказы для учреждения”.

– Господи, когда вы только нажретесь! – говорит старушка и отходит к пустым полкам».

Наступали уже те годы, когда гласности было много, а продуктов мало. Консервативно настроенные публицисты даже использовали выражение «дети Арбата» для обозначения рвущихся к власти демократов. При Ельцине Рыбаков писал продолжение своих арбатских детей, скончался писатель в 1998 году.

Среди ярких и первых представителей художественной интеллигенции, поселившихся в доме, – кинорежиссер Сергей Герасимов и актриса Тамара Макарова. Супруги прожили вместе 55 лет, не имели детей, а лишь приемного сына Артура Макарова, писателя и сценариста. Как к своим детям относились Герасимов и Макарова и к ученикам по ВГИКу, среди которых были Сергей Бондарчук, Лев Кулиджанов, Татьяна Лиознова, Инна Макарова, Нонна Мордюкова, Вячеслав Тихонов, Николай Рыбников, Жанна Болотова и другие. Многих из них Герасимов снимал в своих фильмах (а всего он создал более тридцати кинокартин). Как правило, главную роль отдавал всегда Макаровой, только вот в «Тихом Доне» места для нее почему-то не нашлось. В последнем фильме «Лев Толстой» Сергей Аполлинариевич сыграл великого писателя, а Тамара Федоровна – Софью Андреевну. На двоих у них было пять Сталинских премий, в этом незримом соревновании они не догнали семью Пырьева с Ладыниной (одиннадцать премий), но опередили Александрова с Орловой (четыре премии).

Фильм «Молодая гвардия», снятый в Краснодоне по горячим следам в 1948 году, принес исполнителям главных ролей – Мордюковой, Тихонову, Шагаловой, Гурзо, Юматову – всесоюзную известность. Однако после разоблачения культа личности Герасимову пришлось переделывать кинокартину и резать по живому – выяснилось, что предателем подпольной организации на самом деле был не Стахович (его играл Евгений Моргунов), а Почепцов, что привело к переозвучиванию соответствующих эпизодов картины.

После смерти Герасимова в 1985 году в его сейфе была найдена копия запрещенного фильма Александра Аскольдова «Комиссар» 1967 года, она оказалась единственной – все остальные было приказано смыть. Благодаря этой находке фильм посмотрели во всем мире и оценили по достоинству.

Пасынок Артур, приходившийся к тому же Макаровой племянником, был человеком в московской богеме известным, дружил с Высоцким, Тарковским, Шукшиным. У последнего он сыграл маленькую роль в «Калине красной» – персонажа в воровской малине. Через Артура Герасимов и Макарова познакомились с молодым и никому тогда неизвестным Ильей Глазуновым. Он не раз бывал в их квартире на Кутузовском: «Живя в общежитии университета и удивляясь, что меня до сих пор не выгнали, я по предложению великой актрисы Тамары Федоровны Макаровой и ее мужа Сергея Аполлинарьевича Герасимова приступил к работе в качестве художника над фильмом о сбитом во время Великой Отечественной войны американском летчике, который спустя много лет возвращается в Россию, чтобы снова посетить деревню, куда занесла его буря войны (фильм «Память сердца» 1958 года. – А.В.). Не скрою, меня особо интересовали обещанная московская прописка с комнатой и, само собой, гонорар. Режиссером фильма была тогда начинающая Татьяна Лиознова. Я увлеченно работал над эскизами и как-то не придал особого значения тому, что предварительно надо заключить договор на работу. Мои эскизы понравились. Лиознова отвергла лишь один из них – избу председателя колхоза: “Вы должны показать не нищенскую обстановку, а изобразить интерьер побогаче, чтобы вернувшийся американский летчик понял, как много изменилось у нас после войны. Надо, чтобы в избе был городской гарнитур – ведь наши колхозы богаты!” Я был горяч, молод и наотрез отказался создавать липовый интерьер в столь знакомых мне колхозных избах. “Я за правду жизни, а не за правду социалистического реализма”, – пытался я убедить Лиознову. Она была непреклонна. “Оставьте ваши эскизы, в конце фильма мы с вами рассчитаемся”. Прошло несколько месяцев, и я узнал, что заглавным художником фильма назначен некто Ной Сендеров – работник Свердловской киностудии. Никогда не забуду, как я, нищий и голодный, буквально оглушенный безнадежностью своего положения, пришел на киностудию имени Горького получить обещанный гонорар. Меня встретил сидящий за столом синклит неведомых мне лиц. “Чем вы докажете, что в фильме использованы ваши эскизы?” – зло спросил один из сидящих за столом. “Это видно по съемочному материалу”, – ответил я. “А где ваши эскизы?” – продолжался допрос. “Как где? Оставил на студии по требованию Лиозновой”. – “Мы никаких эскизов не видели, а если вы оставляли, покажите документ – когда и какое количество вы оставили”. – “У меня нет никаких документов”, – ответил я растерянно. “Неужто вы работали без договора? – удивился допрашивающий. – Но по договору над этим фильмом работает художник Ной Сендеров. И все ваши претензии на оплату несуществующих эскизов в высшей мере странны и попахивают уголовщиной”. Вмешался другой член “трибунала”: “Сколько раз я говорил, что не надо приглашать никого с улицы, в кино должны работать профессионалы и честные люди! А вам же, – он посмотрел на меня, – за подобные домогательства может не поздоровиться. Не советую вам больше появляться на студии”.

Я ушел подавленный, с гадливым чувством наглой обманутости и поехал к столь уважаемой мною Тамаре Федоровне Макаровой, которая жила в высотном доме на Кутузовском проспекте. “Ильюша, я и Сергей Аполлинарьевич относимся к вам с искренней любовью. Каждое утро любуемся вашей “Девочкой с одуванчиком”, которую вы подарили мне. В ней столько чистоты и нежности! Но здесь я ничем помочь не могу. У студии свои законы. Главный человек – это режиссер. Меня саму пригласили играть в этом фильме. Вы же отказались от предложения сделать то, что просила Танечка Лиознова”. И, улыбнувшись своей очаровательной светской улыбкой, добавила: “Лиознова – режиссер фильма, талантливая и интеллигентная”. После многозначительной паузы Тамара Федоровна продолжила: “Наша семья восхищается вами как художником, я очень рада, что вы подружились с моим племянником Артуром Макаровым. Я знаю, что вы сделали прекрасные эскизы к фильму, но Таня выбрала другого художника, и особо никто не знает сейчас, где ваши эскизы, и потому вы не сможете получить гонорар, обещанную прописку и однокомнатную квартиру, о которых поначалу шла речь“. И снова она одарила меня обворожительной улыбкой, знакомой мне с детства по многим кинофильмам: “Вот я, например, всю жизнь мечтала сыграть героиню, которую бы мысленно не хлопала по плечу. До сих пор жду своей заветной роли. Художникам легче – они творят в одиночку”», – вспоминал Глазунов, ушедший в тот вечер из этого дома ни с чем.

Скончавшись в 1997 году, Макарова пережила не только супруга (до конца жизни писала ему письма), но и пасынка. Артура Макарова зарезали на квартире его близкой подруги актрисы Жанны Прохоренко в 1995 году. А в 2015 году пятикомнатная квартира Герасимова и Макаровой площадью в 170 квадратных метров была выставлена на продажу по цене 224 миллиона рублей.

В этом доме жил и Борис Бабочкин, переигравший множество персонажей на сцене Малого театра, но в памяти народной так и оставшийся исполнителем роли Василия Ивановича Чапаева, легендарного комдива из одноименного фильма. Кажется, что не было более любимого в народе героя анекдотов, а все благодаря Бабочкину.