Александр Варго – Прах (страница 22)

Несколько минут старуха клевала носом, затем подняла трясущуюся голову:

– Никто не знал, что Рома жил у меня. Гостей у меня не было, с родней я перестала общаться. Деминск вымирал. Теперь я с нетерпением ждала нового тумана. И я жалела, что не рискнула с Аяной. Но время ушло, ничего не поделаешь. Пришлось ждать целых шестнадцать лет. Мне уже скоро шестьдесят, а я выгляжу как развалина…

Наталья вытерла выступившую слезу.

– Аяна у нас умная девочка, – шепнула старуха. – Надо верить, Рома. Она вернется и поможет нам. Она будет расти… она станет красавицей… Мы будем крепко любить друг друга… Если сейчас ничего не получится… следующие шестнадцать лет я не выдержу.

Глаза пожилой женщины вновь повлажнели.

– Мы просто умрем.

Спустя сорок минут иномарка остановилась неподалеку у холма, за которым начиналось бескрайнее море.

Борис заглушил двигатель и смерил Илью скептическим взглядом. Тот глубоко дышал, машинально поглаживая рукоятку мачете.

– Видел бы ты себя со стороны, – вырвалось у Бориса. – Нас могут заметить! Кто-нибудь стукнет в ментовку, и нам кранты!

– Меня блевать тянет от твоих воплей, – прошептал мужчина. – Просто отвези меня в Деминск, к маяку.

– Псих. Ты истекаешь кровью! И скоро сдохнешь!

– Не твое дело. И на моей одежде не только моя кровь, придурок. Я еще спляшу на твоей могиле. Так что не переживай за меня. Вылезай из машины.

Двери «Митсубиси» хлопнули, и мужчины начали спускаться к причалу. Лениво покачивающийся на волнах катер был на прежнем месте, там, где пришвартовал его Иван.

– Будет шторм, – озабоченно сказал Борис, повертев головой. Действительно, со стороны моря, набирая силу, дул пронизывающе-стылый ветер, наждачно обжигая кожу, не защищенную одеждой.

– Плевать, – равнодушно отозвался Илья.

Они перебрались на катер, и Борис снял швартовочный трос. Оказавшись в кабине, он включил отопитель кабины, затем щелкнул кнопкой, зажигая навигационные огни.

– Можно быстрее? – прошелестел Илья.

– Если не нравится, плыви так, – сквозь зубы проговорил Борис. Он раздраженно пихнул носком кроссовки пустую бутылку из-под минералки, которая перекатывалась под ногами.

– Ты забыл, кто здесь капитан, – напомнил Илья, похлопав по ручке мексиканского ножа.

Спустя пару минут катер тронулся с места.

– Если ты привезешь меня не туда, куда нужно, я выброшу тебя в воду, – предупредил Илья.

Борис ничего не ответил, лишь на острых скулах заиграли желваки.

Некоторое время прошло в полном молчании, затем он недоверчиво поинтересовался:

– Ты что, их всех убил?

Илья не ответил, погруженный в свои мысли.

– Странный ты парень. На профессионального убийцу никак не тянешь, – задумчиво сказал Борис.

– Я служил в десантных войсках, – ответил Илья. – А после работал в охране.

– Значит, все же кое-что помнишь?

Илья промолчал, думая о своем.

– Ладно. Если ты все-таки завалил их всех, то тебе лучше линять отсюда, – не дождавшись ответа, продолжил Борис. – Я имею в виду вообще. В Деминске ты не спрячешься. Тебя найдут в любой дырке, искать эти парни умеют. Королев был слишком влиятельной фигурой, и от него очень много зависело.

Илья медленно повернул голову в его сторону.

– А ты на что рассчитывал? Дай я угадаю. Ты думал, что после твоего рассказа я психану, возьму у тебя ствол или что-то еще, завалю кого-то в доме. А потом получу от тебя по башке исподтишка. И ты сдашь меня в ментовку, так? Медаль получишь. Как же – задержал особо опасного преступника. Одним ударом сразу двух зайцев, да?

Заметив, как скривился Борис, Илья понятливо кивнул:

– Я так и думал.

Где-то вдалеке прогрохотал гром, толстое стекло кабины стали быстро пятнать серебристые капли дождя. Громада войлочно-косматых туч стремительно заполоняла небосвод, закрывая своими рыхлыми телами мигающие звезды.

– А дождик холодный, – отметил Илья, высунув в окно ладонь. Он наморщил лоб, вспоминая разговор с полубезумной старухой.

«Я в тебя верю».

«Сегодня будет сильный туман… Постарайся успеть до того, как он тебя накроет на маяке…»

– Говорят, сегодня будет какой-то особенный туман.

Борис нервно повел плечом.

– Я слышал о тумане в Деминске. О нем ходят нехорошие слухи, Илья. Может, поедем завтра? Прямо с утра?

– Нет. Тем более до утра осталось пару часов. Я должен сделать это до рассвета.

Дождь усилился, постепенно превратившись в неистовый ливень. Волны торжествующе вздымались, оглушающе грохоча по бортам катера, словно пробуя его на прочность. Сверкнувшая хрустально-ледяным зигзагом молния блеснула на хромированных релингах катера.

– Ты случайно не гомик? – неожиданно задал вопрос Илья. – Извини, но ты похож на пидора.

– Пидоры – слесари из ЖЭКа, – мрачно отозвался Борис.

– Ну да, – холодно улыбнулся Илья. – Ты гей, да? Это так сейчас модно… Легальные браки в Европе заднеприводных – вот вершина демократии.

– Тебе-то что?

– Ничего. Просто я видел, как ты пялился на того урода, сына Королева, – сказал Илья. – Неужели у тебя вставал хер на эту блевотину? Я видел, как ты крутил в воздухе пальцами. Я твои ногти вижу, покрытые бесцветным лаком.

– Пошел на хер, – огрызнулся Борис, и Илья хрипло засмеялся. У него стреляло болью прошитое насквозь плечо, ныла порезанная шашкой нога, пульсировали огнем покалеченные пальцы, но он безудержно смеялся, пока в животе не появились колики.

– Он… Никита не был раньше таким… Все было нормально, – тихо проговорил Борис. – Заткнись, мудак. Ни хрена ты не соображаешь в колбасных обрезках.

Илья перестал улыбаться.

– Ладно. Он просто отверг тебя. И ты ему решил отомстить, верно? Моими руками.

– Верно, – эхом отозвался Борис. – Ты очень проницателен.

Катер качнуло, и плавсредство опасно накренилось, грозясь опрокинуться в ледяную мглу.

– Твою мать! – взвизгнул Борис, остервенело вертя рулевое колесо.

Когда они проскочили вздыбившуюся волну, он сказал со злобным удовлетворением:

– Знаешь что? Я соврал насчет старух. Никита тут ни при чем. Ты е…й психопат. Но ты прав в одном. Мне нужно было разделаться с этим чертовым Королевым. А потом…

Договорить он не успел, так как его перебил Илья:

– Нет, Боря. Это не ты меня вернул к памяти. Все, что со мной случилось, я вспомнил еще там, в камере ИВС. Когда лежал с пробитым горлом. И я мечтал найти вас, ребята.

У Бориса отвисла челюсть.

– Ты все знал?! Тогда я вообще ничего не понимаю. Ты понял, что Цапон хотел тебя кончить, и все равно двинул на берег, ждать лодку?!

Илья долго молчал, затем зашептал охрипшим голосом:

– Когда человек прикрывается потерей памяти, к нему проще относятся. Он для окружающих дурачок. Так, букашка, таракан. И он имеет преимущество перед тем, кто ошибочно его считает идиотом. Я знал, на что иду, и планировал сориентироваться на месте. У меня не было вариантов, я рискнул и выиграл. И ты мне в этом помог. Я просто нутром чувствовал, что будет какой-то сигнал, когда мы сидели там у вас, за столом. Если бы ты не пришел ко мне этой ночью, я начал бы действовать сам. Не врубаешься?

– Ну ладно. Пусть ты всех обманул и отомстил. Прямо герой. Но, твою мать, зачем сейчас мы плывем в Деминск?! Когда на море буря?! Нас может перевернуть в любую секунду!!!

Илья тускло смотрел вперед, на густую пелену дождя, заливающего кабинное стекло.