Александр Ушаков – Женщины, которые вдохновляли (страница 8)

Страсть угасла в его душе, и он мог любить свою Марту только платонической любовью.

К тому же несчастья, преследовавшие его всю жизнь, не отступали от него ни на шаг.

Его дочь Марчелла, не будучи в состоянии перенести поведение отца, поступила в монастырь, сын погиб во время кораблекрушения, а другая дочь, Антонина, тайно убежала с одним придворным.

Наконец, сама Марта после долгой болезни ослепла, а через некоторое время сошла ума.

Но творческая деятельность Лопе не прерывалась ни на один день.

Лопе де Вега создал более 2000 пьес, до наших дней сохранилось 426.

Дерзкий в жизни, Лопе оставил свой след и в развитии испанской драматургии, отказавшись от принятого тогда принципа единства места, времени и действия.

Он смело объединял в своих пьесах элементы комического и трагического, создав классический тип испанской драмы.

Ну и, конечно, он прославился своими любовными похождениями. И если верить молве, то соблазненных им женщин у поэта было больше, чем написанных им пьес…

Любвиобильный Гете

Давно известно, что интимная связь с женщиной, не лишенной литературнаго дарования, чаще всего выходит боком выдающимся творческим личностям.

Рано или поздно, страсть уходит, и если инициатором разрыва отношений являлся мужчина, то горе ему.

История литературы знаетъ много примеров подобного рода женской мести.

Каролина Ламб, озлобленная на Байрона, выставила его в романе «Гленарвон» чудовищным воплощением лицемерия и извращенности.

Когда умер Альфред де Мюссе, Жорж Занд изобразила в отвратительном виде его поведение по отношению к себе.

Когда умирал другой ее знаменитый любовник, Шопен, она охарактеризовала его, как ребенка слабого, неразумного и до безумия раздражительного.

Пострадал от «писательницы» и Густав Флобер.

В юности он испытывал сильное чувство к Марии Шлезингер, 28-летней красавице, жене музыкального издателя, в доме которого он бывал.

Однако Густав так и не смог признаться ей в своей любви и выражал свою любовь весьма оригинально, гладя и целуя ее собаку.

А потом появилась красвица южанка Луиза Коле, мечтавшая о литературном успехе.

Они познакомились в 1846 году. Флобер видел только красоту голубоглазой Венеры, а она почуяла в нем гения.

Они стали любовниками.

Флобер любил Луизу «с бешенством, почти до потребности убить».

«Ты очаровательная женщина, – писал он ей, – я буду любить тебя до безумия!»

Но безумие к женщине вскоре стало ослабевать и сходить на нет, а, страсть к литературе возрастать непомерно.

Потом между ними встала другая женщина – мадам Бовари, которой Флобер увлекся не на шутку.

Литература затмила любовь.

Луиза хотела стать женой Флобера, но его такая перспектива пугала.

Занятый днем и ночью своим романом, он, тем не менее, находил время редактировать рукописи Луизы, которые он считал легковерными сочинениями.

В конце концов, он открыл глаза Луизе на истинную духовную и анатомическую природу женщин.

– Она могла бы войти в мой кабинет! – как-то воскликнул он, когда речь зашла о его женитьбе. – В святое святых! Нет, это невозможно!

«Ангела, – писал он Луизе, – легче нарисовать, чем женщину; крылья скрывают горб, они искренне сами с собою, они не признаются себе в своих плотских чувствах.

Они принимают свой зад за свое сердце из-за своей природной склонности к косоглазию, они не видят ни истинного, когда его встречают, ни прекрасного, где оно есть».

Луиза пылала от возмущения, читая эти издевательства.

После окончательного разрыва Луиза целиком отдалась чувству мести.

Она писала Флоберу анонимные письма, в которых называла его шарлатаном, а затем вывела Флобера в своем романе «Он» в образе бесчувственного эгоиста, растоптавшего прекрасные чувства любящей женщины.

В своем романе она изобразила Флобера жестокосердым, жадным, эгоистом и… бесталанным.

Она упрекала его в своих письмах в лести тиранам из униженности передъ ними, хотя Флобер никогда не поддерживалъ сношений с Тюльерийскимъ дворцом.

Нельзя сказать, что Луиза убивала Флобера своими признаниями, но крови она ему попртила не мало.

Не избежал подобной участи и Гете. Хотя нельзя не отметить и того, что внутреннее напряжение, которое всегда помогало ему в творчестве, оказывало влияние на его личную жизнь.

Гете часто попадал в странные треугольники, в которые, помимо него, были вовлечены еще две женщины.

Именно поэтому его романы редко протекали гладко.

Один из биографов указывает, что в молодости у Гете, вероятно, были проблемы с преждевременным семяизвержением, и по этой причине он практически не имел сексуальных отношений до 39 лет.

Прямых доказательств этого не существует. Но известно, что Гете легко возбуждался даже от простого пожатия руки симпатичной ему дамы.

Что же касается поцелуя, то он мог привести его – и приводил – в состояние экстаза. Многие из тех женщин, которых любил Гете, были женами его друзей.

Первой любовью поэта была Гретхен.

Она преследовала Гёте в дни юности, сопровождала его мечты в зрелом возрасте, служила ему музой на старости лет, воплотившись, в конце концов, в образе чарующей фаустовской Гретхен, лучшей и привлекательнейшей из героинь Гёте.

Однако мать поэта вспоминала о Гретхен как о первой любви ее сына, а в автобиографии Гёте подробно описал свою любовь.

Однажды Вольфганг познакомился с компанией веселых молодых людей.

На одной из вечеринок Гёте встретился с очаровательной блондинкой по имени Гретхен. Она охотно принимала ухаживания молодого поэта, но не позволяла ему никаких вольностей.

Как-то компания засиделась за полночь.

Гёте, опасаясь гнева отца, остался с друзьями.

Всю ночь он просидел, боясь пошевелиться, так как на его плече покоилась голова его подруги.

Вскоре полиция заинтересовалась не совсем благовидными делами веселой компании, которая добывала деньги с помощью поддельных векселей.

На следствии Гретхен показала, что встречалась с Гёте, но всегда смотрела на него как на ребенка.

Считавший себя «настоящим мужчиной» пятнадцатилетний Вольфганг оскорбился и, испытав неимоверные страдания, вырвал из своего сердца осмеявшую его девушку.

Впрочем, горевал он недолго, и в Лейпциге влюбился в очаровательную дочь трактирщика Шенкопфа Анну-Катерину, или Кетхен, которую Гёте в сборниках называл Анхен и Аннетой.

«Представь себе девушку, – писал один из друзей Гете, – хорошего, но не очень высокого роста, с круглым, приятным, хотя не особенно красивым личиком, с непринужденными, милыми, очаровательными манерами.

В ней много простоты и ни капли кокетства. Притом она умна, хотя и не получила хорошего воспитания. Он ее очень любит и любит чистой любовью честного человека, хотя и знает, что она никогда не сможет быть его женой».

Кетхен отвечала поэту взаимностью.

«Я люблю ее, – писал Гете приятелю. – Мне кажется, что из ее рук я принял бы даже яд…

Мы – сами себе дьяволы, мы сами изгоняем себя из нашего собственного рая».

Неожиданно для всех Вольфганг начал ревновать девушку, не имея на то никаких поводов.

Кончилась эта любовь тем, что Кетхен надоели бесконечные упреки, и она перестала встречаться с Гете.

Сильные душевные муки заставили его искать забвения в вине и кутежах, чем он основательно подорвал свое здоровье.