Александр Угольков – Заповедник пороков (страница 9)

Мудрый и честный медведь Володя всегда говорил, что он служит гражданам Удивительного заповедника и готов сложить полномочия в любой момент, если народ сам того захочет. Он назначил выборы и выдвинул свою кандидатуру на пост главы.

Конечно, крысёныш Быдлян решил воспользоваться моментом и захватить власть в Удивительном заповеднике. Так началась предвыборная гонка в сказочной стране.

Чтобы получить власть, негодяй Быдлян шёл на всевозможные подлости. Он распускал грязные слухи о своём благородном конкуренте, публиковал незаконные агитационные материалы, подкупал продуктовыми пайками зверей.

Мог ли подлец победить честно? Нет. Большинство зверей сохранили рассудок и проголосовали за медведя Володю. Поэтому когда председатель избирательной комиссии лиса Лисюк объявила, что новым главой Удивительного заповедника избран крысёныш Быдлян, жители сказочной страны не поверили в происходящее.

Разгадка была проста. Крысёныш соблазнил лису и убедил её сфальсифицировать итоги выборов.

Первым делом новоизбранный глава приказал снести памятник пчеле-труженице. О, видел бы ты, юный читатель, как плакали звери, когда безжалостный Быдлян лично на асфальтовом катке раздавил памятник в лепёшку.

Затем негодяй закрыл школу и больницу, заявив, что эти учреждения противоестественны для зверей. Он разрушил набережную, а рыбу выловил и продал зарубежным партнёрам. Крысёныш приказал вырубить все деревья и отправить древесину на экспорт за границу.

Звери попытались устроить митинг против произвола нового главы, но были избиты полицией, состоящей из иностранных наёмников. Коварный Быдлян создал её для собственной защиты.

Животные прибежали к медведю Володе и попросили вернуться и занять пост главы. Были причины у Володи обижаться на жителей сказочной страны? Были. Но не таким животным был медведь. Он искренне любил родину и народ.

Володя возглавил народное ополчение и прогнал интервентов, а Быдляна, захваченного в администрации Удивительного заповедника, измазали смолой и живьём сожгли на центральной площади, на радость жителям сказочной страны.

Медведь Володя вновь стал главой, и никто больше не сомневался в его мудрости, доброте и великом уме. Жителям Удивительного заповедника предстояла большая работа по восстановлению народного хозяйства, но они знали: под мудрым предводительством медведя Володи у них всё получится.

Барашкин закончил читать и, закрыв книгу, посмотрел на публику. Публика ответила молчанием. Жвакин принялся аплодировать. Его инициативу поддержали немногие, и жидкие аплодисменты вскоре стихли.

— Будут ли вопросы автору? — спросил ведущий.

— У меня есть вопрос, — поднявшись со стула, сказал поэт Булкин. — Как вам удалось создать такое глубокое и, я бы сказал, философское произведение?

— Мастерство, — скромно ответил Иннокентий.

— У меня не вопрос, а пожелание, — вставая, сказал Артюхин. — Я очень рад, что в нашем городе живёт такой талантливый писатель. Писатель, можно сказать, мирового уровня. И мне было приятно, чего скрывать, услышать эти строки — талантливые, можно сказать, строки. Как говорится, долгих лет и творческих успехов.

— Я думаю, мы можем закрывать презентацию. Желающие купить книги… — начал Жвакин, но его перебил Арсений Правдин.

— Подождите. Как-то быстро вы всё сворачиваете. Может, и другие хотят задать автору вопросы? — произнёс коварный журналист.

— Но вы можете и после официальной части, в частной беседе, так сказать. Тем более что вас не приглашали, — заметил Жвакин.

— Это неудивительно. И теперь понятно почему. Господин Барашкин, сколько вам заплатил Артюхин за этот «рассказ»?

— Мне? — возмутился Барашкин. — Мне никто ничего не платил!

— Допустим. Но кто оплатил публикацию сборника тиражом… — продолжал напирать Правдин. Он открыл блокнот и, найдя нужную информацию, продолжил: — … сорок экземпляров?

— Это возмутительно! — воскликнул Иннокентий. — Это клевета!

— Мне стало известно, что средства на счёт издательства поступили от редактора местной газеты Жвакина, который возглавляет в данный момент предвыборный штаб Артюхина. Что вы на это ответите?

— Отвечу я, — злобно сказал Жвакин. — Вас на презентацию не приглашали! Всё это мерзкая провокация! И мне кажется, я знаю, кто за всем этим стоит. Попрошу вас удалиться!

— Счастливо оставаться. Мне, в сущности, всё ясно, — удаляясь, произнёс журналист.

— Можно мне сказать? — строго спросила дама, сидевшая рядом с Быдляновым.

— Ох! — закатил глаза Жвакин. — Ну вам ещё чего? Говорите быстрее, на фуршет опаздываем!

— Я, Ольга Зельцова, — начала дама, — особый представитель РАНП.

— Чего?

— «Российской ассоциации настоящих писателей», — пояснила дама, доставая из сумочки удостоверение. — Особый, потому что делегаты конференции ассоциации наделили меня особыми полномочиями.

— И чего вам надо? — безжизненным голосом спросил Жвакин. Он устал и очень хотел напиться.

— Честно говоря, я была удивлена, когда мне позвонил господин Быдлянов и сказал, что член нашей организации впутался в политические интриги и использует дар, данный ему Богом, для таких низких целей. Я отказывалась верить в это и поэтому решила приехать и увидеть всё сама. Итак, я увидела и услышала достаточно. Барашкин, вы — конъюнктурщик.

В холле повисла зловещая тишина. Все присутствующие молчали, в том числе и покрасневший как варёный рак Барашкин. Никто не ожидал такого поворота событий.

— В нашей ассоциации нет места конъюнктурщикам. Вы грубо нарушили статью 6, пункт 2 действующего устава РАНП. Особыми полномочиями, данными мне конференцией РАНП, я — Ольга Игоревна Зельцова, исключаю Барашкина Иннокентия Борисовича из «Российской ассоциации настоящих писателей». Членский билет можете выслать почтой.

— Вы не имеете права! — прохрипел Барашкин.

— Ещё как имею, — отрезала дама. — А теперь я покину вас. Простите, но на фуршет остаться не могу.

— Я — писатель! — закричал побагровевший Барашкин.

— Как вам будет угодно, — рассмеялась дама. — Только в «Российской ассоциации настоящих писателей» для таких… — в её голосе слышалось презрение, будто даже простой разговор с писателем мог испачкать, — … для таких, как вы, места нет. Прощайте.

Она покинула быдлянский Дом культуры, оставив потерявших дар речи людей, ставших невольными свидетелями безобразной сцены.

Барашкин посмотрел на людей. Он подумал, что всё пропало. Его разум помутился. Ему показалось, что все присутствующие смотрят на него с презрением. Будто после исключения из РАНП никто не будет его уважать, никто не купит ни одной его книги, а существующие сожгут.

— Да как же это… Я ведь всегда писал… Я хороший… Я для города… Всё… Моя голова! — Иннокентий схватился за голову и упал со стула на пол.

Он умер через десять минут, так и не дождавшись приезда скорой помощи.

Вскрытие установило, что смерть наступила из-за разрыва внутричерепной аневризмы. На похороны Барашкина собралась половина города. Люди любили писателя и закрывали глаза на его мелкие недостатки. Даже непримиримые соперники Артюхин и Быдлянов на время зарыли топор войны и в складчину купили Иннокентию неплохой гроб. Не самый дорогой, но со вкусом.

Так закончилась история детского писателя, почётного жителя славного города Быдлянска, конъюнктурщика — Иннокентия Барашкина.

День трезвости

Воскресное утро Люся Трутнева привычно встретила на кухне. Она готовила завтрак — жарила яичницу-глазунью со шкварками. Люся бросила крупные куски сала с тонкими прожилками мяса на раскалённую сковороду. Раздался знакомый скворчащий звук, кухню моментально наполнил соблазнительный запах жареного сала. Добавив к шкваркам шесть яиц и щепотку соли, она накрыла сковороду крышкой и убавила огонь. Через три минуты готовый завтрак стоял на столе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.