Александр Тюрин – Последнее оружие (страница 22)

И снова сгребает шиворот пленного, чтобы начать мокрую работу. Дальше я не совсем понимаю, что делаю. Одна моя ладонь ложится на руку Пеки, ту самую, что держит нож, ребром же ладони бью ему в основание носа. Напарник, наверное уже бывший напарник, ложится на бетонный пол с физиономией, залитой кровью.

— Извини, Пека, если бы я умел, то просто бы тебя загипнотизировал.

Все последующее определялось логикой бега, во время которого фраваши полностью выветрился из меня.

Я использовал незаминированный проход из подвала, а вот Пеку, конечно, зря не прибил — он, подлец, стал стрелять вдогонку, да еще с такими ругательскими воплями.

Мы с парнем проползли по узенькому дренажному тоннелю и выбрались из канализационного люка примерно на середине автостоянки, отделяющей захваченное здание от универсама. Много автомобилей заработало дыры или превратилось в обгоревший хлам во время полицейского штурма. Кое-какие были отбуксированы, но большинство осталось на месте, ожидая своих хозяев. А вот полицейские не околачивались здесь даже ночью — видимо, убоявшись снайперов, предпочли находится за оградой. Настрой у них тоже был не слишком боевой, поэтому когда мы неожиданно сорвались со стоянки на первом попавшемся «додже» и пробили заграждение, они лишь беспорядочно постреляли нам вослед. Возможно даже посчитали нас за каких-то очумевших, но сбежавших заложников. Кто-то на патрульной машине бросился за нами в погоню, но вскоре скис и потерялся.

— Кто ты такой? — спросил у меня по дороге парень. — Совсем свихнулся или работаешь на полицию?

— Если бы я знал, на кого работаю. Надеюсь, что на себя. Как тебя кличут-то?.. Дэйв? Тоже хорошо. Давай табачком подымим.

Парень всю оставшуюся дорогу сомневался в моей личности, однако показал путь-дорогу к бивуаку «белого ополчения». Это оказался большой заброшенный гараж.

— Со мной, — бросил Дэйв, когда меня пытались задержать на входе бритые ражие ребята. В самом деле, теперь уже я с ним, а не наоборот.

Внутри гаража к Дэйву метнулся какой-то сильно бородатый и лохматый мужик.

— Где вы пропадаете? Уже час как нету связи между вами и группой наблюдения.

— Нет и не будет. Операция провалена. Все кроме меня убиты. Меня оглушили и взяли в плен. А вот этот тип помог удрать, — Дэйв указал на меня пальцем, я же раскланялся.

— Это еще что за обезьяна? Ты из заложников? — спросил лохмач.

Я отрицательно помотал головой в ответ на запрос.

— Неужто из этих самых террористов?.. Я сразу заметил, что физиономия у тебя индейская, — без всякой дружелюбности объявил лохматый «ополченец».

— Ошибаетесь, дяденька, насчет второго. Я — помесь неведомого для вас сибирского народа манси и хорошо вам известных евреев. А насчет террористов все точно.

Тут в мою сторону стал рваться какой-то мальчуган килограмм на сто, обещая использовать меня как туалетную бумагу — потому что морда у меня шпиенская. Его все-таки оттащили, когда я едва не получил пудовым башмаком. Этот грубиян действительно был похож на сильно разбухшего малыша-дебила.

— Почему своих предал? — спросил главный, человек с грубым лицом, словно рубленным топором и слегка обработанным рубанком.

— Значит, сдается, не свои они мне. И вообще прекратите крики ваших людей, очень мне нужна ваша сомнительная банда… И откуда взялись на мою голову эти антисемиты, расисты и ку-клукс-клановцы?

— Так чего же тебе нужно? Только учти, здесь тебе не супермаркет.

— Я сразу это заметил по лицам продавцов.

Я очень вкратце рассказал свою историю и предысторию, описав преступные деяния Усманова, MCS и сектантов. Показал управляющий микрочип на своем крестце. Кое-кто из правых экстремистов этот жест неправильно понял — как оскорбление в свой адрес. Затем я добавил, что надо мчаться в психушку — спасать Бекки. Естественно, я умолчал о том, что она агент ФБР.

— Я что, похож на того, кто хочет заработать дырку в голове из-за какой-то нью-йоркской еврейки? — отозвался главный.

— Я знал, что вы дураки, но не настолько же… Можно от вас позвонить одному ее дружку?

Главарь после недолгой паузы согласился.

— Звони, только про нас молчок.

Все-таки эти ребята восхитительно глупы. Да Блэйр сразу засечет, откуда звонок и в первую очередь займется ими самими. Но мне деваться некуда.

Однако в фирме «Stairway to heaven» сообщили, что мистер Блэйр сегодня утром угодил в автокатастрофу и сейчас с сильно сотрясенными мозгами находится в больнице. Значит, придется опять капать на мозги правых экстремистов, которые едва меня выносят.

— Послушайте, командир, — обратился я снова к главному, — единственный способ отмыться от обвинений, что именно вы захватили заложников — это разоблачить всю махинацию MCS.

— О нас не беспокойтесь, — спокойно напомнил главарь.

— Я неприятен вам, вы неприятны мне, но мы должны посотрудничать. Понимаете, речь не только о вашем честном или нечестном имени, огромное количество людей висит на волоске. Намедни сектанты во главе с MCS заграбастали миллионы баксов, скоро они устроят всемирное наводнение, второй потоп. Между прочим, у них все пока на мази и кругом пруха. И вам в отличие от современников господина Ноя стоит побеспокоиться, поскольку эту катавасию замыслил не Бог… Так вот, в психлечебнице на Чэйнсери-лэйн находится гнездовье этой мафии, если мы захватим его, то…

— Я потерял девять парней в здании на Кингсроуд, здании, которое знал. Эта психушка мне вообще незнакома, сам понимаешь, я там не лечился. Так вот, я не могу уложить в этой психушке остальных своих ребят. Кроме того, насчет всего человечества ты, возможно, и бредишь. Нет, я не утверждаю, что ты врун, но после этой операции на спинном мозге ты, должно быть, не слишком отличаешь правду от завиральной фантазии. Твои сектанты это, конечно, сукины дети, и мы с ними рассчитаемся по-полной, но нас, честно говоря, мало волнуют миллионы баксов, которые они уперли. Да и на человечество в целом нам накласть с высокого небосвода, нас волнуют белые протестанты, а их и после потопа немало останется в Скалистых горах и в прериях среднего запада.

— Отдай его мне, Чарли, и я узнаю, что он там замыслил, — предложил «мальчуган».

— Отстань, Курт, у тебя мозги маловато весят, так что не лезь в разговор взрослых дядей, — притормозил его главарь Чарли.

— Скоро, малыш, я буду в твоем распоряжении. Ты только заранее не тужься, а то в штаны наложишь, — посулил я разбухшему мальчику и снова обратился к Чарли: — Как насчет сетевого компьютера? Мне надо на кое-что взглянуть.

Чарли, не долго думая, кивнул одному своему бойцу, гораздо более интеллигентному на вид, чем дебил Курт. Мы с Нескенсом отошли в угол, там врубили компьютер и я начал выяснять, какие сейчас игры остались в каталоге MCS.

В конце концов, кто-то же выволок меня из-под власти товарища фраваши, освободил мои мозги, то есть повоздействовал прямо на управляющий чип. Вполне возможно, что этот «кто-то» из MCS. Может, сама Хелен Федорчук поняла, что зашла слишком далеко в поисках собственного «я».

У нескольких игр оказались свежие модификации, пришлось ими заниматься, Нескенс мне на этом поприще даже пособлял. В Ирокезов поиграли, и в Новых Парижан порубились, ничего нового там не обнаружили ни в принципиальных схемах, ни в частностях, только чуть получше объемные характеристики сделались. Потом мы углубились в «Вторую гражданскую войну».

— Ну что, в детство впали? — поинтересовался подошедший Чарли. — На день рождения надо будет подарить кому-нибудь мишку Тедди?

Потом он немножко вгляделся в игру и спросил меня:

— Ты, похоже, немало уже поупражнялся в этом баловстве.

— Я сам придумывал это баловство.

— Тогда ты великий баловник. От твоей «гражданской войны» прямо оторопь берет.

Я хотел уже сказать, что именно поэтому ей заинтересовалось ФБР, как вдруг обнаружил модификацию в одном блоке.

Девушка вождя белых, стремясь остановить насилие, отправляется к цветным «братьям», ее трахают на первом же посту, а потом в качестве заложницы держат в одной из психбольниц. Вот здесь я новинку засек, раньше ее точно не было. За девицу-красавицу вождь цветных хочет огрести выкуп в сто миллионов баксов, но появилась возможность попросту выкрасть ее. На мониторе развернулся трехмерный план здания, очень похожего на клинику с Чэйнсери-Лэйн.

Можно было узреть местоположение заложницы и охранников, запираемые двери, следящие телекамеры, трассы водопровода, канализации, вентиляции и отопления. Пожалуй, трубы воздушного отопления по своему диаметру вполне годятся для вылазки.

И, похоже, это наводящие сведения. Некогда сейчас размышлять, откуда и зачем они взялись, но пропускать их нельзя. Если сейчас их проигнорирую, то потом целый век кусать себя за локти буду, что не слишком приятно. Ну, почему не залезть в клинику на Чэйнсери-лэйн и не подпортить настроение доктора Деларю?

— Я бы туда не сунулся, — сказал Нескенс.

— Я тоже. И никого бы из своих туда бы не пустил, — добавил главарь Чарли.

— Поползу один. А вы, некомпанейские люди, хотя бы прикройте меня снаружи.

— Договорились, — сказал Чарли.

Не успел я отойти от компьютера, как поблизости оказался Курт. Я сразу понял, что он собирается меня обидеть и получить от этого большое удовольствие.

— Ну что, эта индейская морда охмурила нас? — выступил нехороший мальчик.