Александр Цыпкин – Старый добрый Цыпкин. Намек на собрание сочинений. Том 2. Придумано и написано в Москве (страница 3)
– Тогда я останусь и буду здесь, пока их не пришлют из России.
Мадо же затянул тиски на максимум и задал вопрос в лоб:
– А если их не пришлют?
Степа понимал, что их могут не прислать, просто не успеть, или не собрать, или черт знает что еще может случиться. Карлос попытался что-то сказать Мадо на испанском, но тот очень резко оборвал его. Карлос затих. Мадо превратился в каток, ползущий прямо на Степу:
– Гринго, что будет, если их не пришлют?
Степа молчал. Но вот что странно. С каждой секундой страха было все меньше. Из глубины детских переживаний наконец проросли отвага и отчаянность.
– Когда не пришлют, тогда и решим, но я не уеду без Карлоса!
На этой фразе отвага закончилась, и Степа ужаснулся всему сказанному. Он даже подумывал сбежать. Но индеец вдруг подобрел, подошел ближе и сказал скорее Карлосу.
– Гринго, я долго жил, я знаю ответы на все вопросы, а вот на этот не знаю… Скажи мне… а почему… почему Карлоса все любят? Почему?! Мои родители, мои дети, моя сестра, она вышла за него замуж. Даже я его люблю. Но это можно объяснить. Семья. Но ты? Вот ты почему?! Ты рисковал жизнью ради этого неудачника?!
Степа как будто не понял и озадаченно спросил.
– Простите… Он ваш родственник?!
– К несчастью, да!
– И вы все равно собирались его убить?!
Наконец, Мадо вспылил. А последний раз с ним такое было до рождения Карлоса и Степы.
– С чего ты взял, что я хотел его убить?! Я редко убиваю людей, и только если они у меня воруют, но нельзя убивать человека, если духи украли у него разум.
Глаза Степы выражали высшую степень озадаченности.
– А почему бы я его больше не увидел?
Мадо взорвался.
– А зачем?! Он бы посидел здесь до твоего отъезда. Мало ли что еще вы, идиоты, придумаете. Убить Карлоса! Гринго, ты слишком много смотрел кино. Но ты меня удивил. По-настоящему. Скажи, почему ты решил спасти Карлоса? – Мадо вновь стал похож на удава, но теперь на доброго и озадаченного.
Степа ответил со слезами в голосе:
– Я не смог бы жить, если бы Карлоса убили из-за меня. – И вдруг Степа осмелился сам задать вопрос: – А разве вы бы бросили друга?
Мадо не ответил. Он не любил сослагательное наклонение. Индеец долго изучал Степино лицо. Степе показалось, что на него смотрят тысячи глаз одновременно и видят его насквозь. И вдруг Мадо сказал то, что Степа мечтал услышать всю жизнь:
– А ты хороший человек, гринго. Постарайся не стать плохим. У тебя еще есть шанс.
Степино сердце сжалось и лопнуло. Он всегда сомневался именно в этом, самом важном для человека критерии. Поэтому он с какой-то болью и недоверием спросил:
– А откуда… откуда вы знаете, что я хороший человек? Я же трус… и дурак.
– Я не знаю, я вижу. – Мадо вернулся за стол и продолжил.
– И ты не трус, а вот насчет дурака соглашусь. Гринго, а скажи, ты когда-нибудь пробовал кокаин?
– Нет, хотел вот…
– Зачем?
– Ну это же… ну это как в Россию приехать и не попробовать водку с икрой.
– Что такое икра?
Степа, как мог, объяснил. Мадо был все так же тягуч.
– А-а-а-а, слышал. Это вкусно?
– Очень.
– А от нее можно умереть?
– Нет, конечно!
– А от кокаина ты умрешь. Все рано или поздно умирают. Сначала становятся плохими людьми, рушат жизни всех, кто им дорог, а потом умирают. Молчишь? Думаешь, почему я им торгую? Нечем больше. У нас было золото, но его украли испанцы. У нас нет ничего другого. Плохо, но что делать.
– Это мой грех, и я скоро за него отвечу.
Степа понял, что хочет обязательно еще раз увидеть Мадо. Потому что у индейца были ответы на все вопросы, которые так мучили Степу всю жизнь. Он опять превратился в мальчика и задорно предложил:
– Слушайте, а приезжайте к нам в Россию! Я куплю вам пять килограммов черной икры.
– Спасибо, гринго, но боюсь… – Мадо грустно улыбнулся. – Боюсь, не получится. У меня мало времени осталось.
– Вы болеете?
– Нет, просто мое время на исходе.
– Откуда вы знаете?
– Я не знаю, я вижу. Так что приезжай ты. Я познакомлю тебя с духами. Мне кажется, тебе есть смысл с ними поговорить, позадавать вопросы. Может, ты, наконец, поверишь в то, что ты хороший человек. Мне же ты не веришь.
Степа ощутил укол куда-то в больное. Он правда слышал о том, как в Латинской Америке разговаривают с духами, поэтому озадачился.
– С духами поговорить… Вы же против наркотиков?
– Ты не путай вот это белое дерьмо и разговоры с духами. Приедешь?
– Приеду. Обязательно.
– Это хорошо. Карлос сейчас тебя отвезет, я с ним завтра поговорю, мне кажется, он может от тебя кое-чему научиться. И когда придет его время выбирать, каким человеком стать, плохим или хорошим, он вспомнит тебя, и, может, ты ему поможешь, может, он тебя послушает, а мне кажется, это случится очень скоро. – Мадо погрустнел, а потом жестко бросил Карлосу: – Карлос, ты меня услышал?
Тот кивнул.
По дороге назад они молчали. Когда прощались, Карлос обнял Степу и держал пару минут.
– С-с-с-спасибо, Степа. Я это н-н-никок-к-к-к… – Карлос взял лист бумаги, написал «я этого никогда не забуду» и отвернулся.
Степа часто вспоминал Мадо, иногда звонил Карлосу, передавал Мадо привет, но приехать как-то пока не получалось. Степа, конечно, рассказал Любе все в деталях. Особенно про хорошего человека. Он был так счастлив от этой банальной оценки, а Люба… Люба, как ему показалось, ничего не поняла. Особенно про хорошего человека. Так бывает, когда близкий тебе вдруг не понимает чего-то очень важного. Он от этого не становится менее близким, просто иногда нужно подождать.
Когда-нибудь близкий обязательно поймет. Ну или ты наконец поймешь, что ошибся.
В тот момент Люба сказала, что Степа идиот и что если бы ему реально пришлось отдать несуществующие у них 60 000 долларов, то она бы с ним развелась просто из чувства самосохранения. Так что ехать снова в Перу Степа не спешил. Просто часто думал о Мадо. Индеец стал для него кем-то вроде смеси Деда Мороза и Конфуция.
Степа часто представлял себе их встречу, как он будет трясти объемную ладонь Мадо, обнимет его, а потом они начнут есть черную икру и разговаривать с духами, и духи подтвердят Степе все, что ему до этого говорил Мадо. В принципе, духов он представлял такими же, как Мадо, только из дыма. А однажды ему приснился сон. Мадо приехал в Россию, почему-то в одежде команчей из советских фильмов. Они пьют водку, закусывая икрой из бочки, Мадо принимает гостей, смотрит всем в глаза и выносит вердикт. Хороших людей очень мало… А потом их всех вместе почему-то приглашают на закрытие Олимпиады-80, хотя Степа родился в 82-м. Они смотрят соревнования, организаторы выпускают олимпийского медведя в небо, и Мадо в изумлении спрашивает:
– Интересно, с какими духами общаются люди, видевшие таких странных медведей?..
Проснувшись, Степа решил набрать Карлоса, чтобы рассказать о сне и передать привет Мадо.
– Карлос, привет! Как у вас дела?
– Привет. Плохо.
Голос был таким холодным и бесчувственным, что Степа сразу все понял.
– Карлос… Мадо? Он жив?! С ним все в порядке?!
– Нет. Мадо убили, – спокойно и без всякого заикания произнес Карлос.
Ком в горле, как опухоль, занял все пространство. Убили Мадо… Степа пытался найти какую-то справедливость и хрипло спросил: