Александр Цыпкин – Мандарины – не главное. Рассказы к Новому году и Рождеству (страница 59)
– Я шучу. Ты же знаешь, подрабатываю немного – не в борделе, конечно, а в «Бургер кинге». Заработки невелики, но на сюрприз папе накопила. Как там Джеки? Покажи ее.
Федор Михайлович перевел телефон на собаку. Джеки лежала у двери и скулила. Услышав знакомый голос, она слабо завиляла хвостом.
– Пап, что с ней?
– Да ладно тебе, как там твои соседи?
– Что с ней?
– Два дня не ест, лежит у порога, скулит.
– Это из-за того, что я не приеду! Зачем ты ей сказал?
– Она без меня всё поняла. Ладно, не расстраивайся. До Нового года три часа, нам с Джеки надо оливье заправить, да и тебе с девочками пора готовиться.
Зазвонил домофон. Федор Михайлович, гадая, кого это принесло под Новый год, поднял трубку и услышал самый родной на свете смех.
– Открывай двери, пап, я приехала!
Зима
А мне зима нравится. И пускай за окном минус тридцать три, мне она очень симпатична. Я не сумасшедший и последнее время головой не ударялся. Зимой люди меньше ссорятся. Вот представьте, идет пара летом по улице, ну, уже все и всех обсудили, идут спокойно, аж бесят друг друга, и начинается… Ты почему молчишь, а не обо мне ли ты мерзко думаешь? Ах ты, скотина! И понеслось. А зимой не так. А-а-а, что ж за дубак-то такой, холодно, долго еще до подъезда? Заткнись, у меня от мороза губы потрескаются. У людей появляется общая цель – согреться. Мне кажется, что количество разводов в минус тридцать в разы меньше, чем в плюс тридцать. Людям тупо неохота в такой мороз идти в ЗАГС. Ну и главное, ночью пары так друг друга к себе прижимают, что, мне кажется, все протрузии и грыжи позвоночника оттуда. Греются, бедные.
Ну, кто-нибудь обязательно скажет мне, что, мол, снег надо счищать с машины. Соглашусь, это прям зима не продумала. Особенно когда торопишься, обязательно снега нападает с маленький Эверест. С другой стороны, зимушка заботится о тебе, ты берешь щетку и начинаешь двигаться. А это полезно для той же спины. А потом и мысли всякие прикольные в сонной голове появляются. Ну почему в машине нет кнопки «отряхнуться»? Нажимаешь, и машина, как собака, отряхивается от снега. Потом лизнет тебя правой фарой. Производитель, который придумает такую кнопочку, станет самым богатым человеком в мире. Уверяю вас!
Еще мне нравится, что зима не церемонится. Например, решил не надевать термобелье под костюм на работу. Такой протест, экономия времени. Вышел на улицу и понял, что полный балбес с такими осенне-либеральными мыслями. Под звон бубенцов добегаешь до машины, садишься в нее, а в ней еще холоднее. И пока еще подогрев сидений сработает. В итоге ты задаешь себе правильные и честные вопросы. Как правило, матом. Ты будешь всегда поддевать теплое белье, как мама в детстве говорила? Да-да, Саша, обещаю тебе, тьфу, себе. Скорее всего, еще одеялом укутаюсь сверху. А зима смотрит на все это и посмеивается.
Нет легких денег
Бывает же такое! Потапову просто повезло. Случилась цепь совершенно нелепых событий, в результате которых он шел после корпоратива домой, нагруженный мятым, в жирных пятнах пакетом из «Макдоналдса». В пакете лежали пять миллионов рублей.
Шеф решил, что на новогоднем корпоративе пора бы как следует сплотить коллектив, и поручил секретарю подготовить шоу-программу. Секретарь по имени Надя расстаралась и нашла каких-то ребят в косоворотках и с баяном: за полчаса неприличных частушек они запросили 70 тысяч. Шеф сказал, что дорого, лучше, мол, проведем лотерею, разыграем какую-нибудь мелочь вроде тостера. Сотрудники напьются, вот тебе и шоу. С другой стороны, выплата деньгами народу понравится еще больше, производительность труда вырастет, жаркая любовь к начальству охватит всех, от заместителя до уборщицы. Сказано – сделано.
Однако Надя по ошибке выписала не пять тысяч, а пятьсот. Когда рапорт попал к финансисту фирмы Анатолию Робертовичу Куцу, тот был не в духе и принял рапорт за списание убытка, добавив от себя еще один нолик. Наде передали пакет. Решив, что там лежат пять тысяч и конфеты, она заготовила двадцать две цветных бумажки с нарисованным минусом и одну – с плюсом. «Плюсик» вытянул Потапов.
Вернувшись домой, первым делом он пересчитал купюры и покричал в подушку, стараясь не разбудить жену, детей и тещу. Затем отнес пакет на балкон, завалив его старыми лыжами и стаканчиками для помидорной рассады. И пошел играть в Counter Strike. В ту ночь Потапов был в ударе.
Наступили длинные новогодние каникулы. Соблазнов было много, однако Потапов решил не трогать пять миллионов. Историю государства российского он знал слабо, но из школьной программы усвоил, что, как только кто-то начинает сорить деньгами, появляются сердитые люди, помогающие очистить совесть и карман. Так что в целях конспирации лучше стать экономным, чтобы ни соседи, ни знакомые ничего не заподозрили. Потапов ввел лимит на мыло и туалетную бумагу, а зеленый горошек для оливье семейство теперь покупало строго по банке вместо трех, как раньше. «Скупой дурак», – говорили жена и теща. «Дурачок», – шептались дети.
Сложнее всего было распределить деньги. Подсчетам Потапов посвящал все свое свободное время. Во-первых, один миллион нужно сразу отдать родителям. Теща по-любому пронюхает о выигрыше и поднимет лай, значит, и ей полмиллиона. Хотя, пожалуй, достаточно 150 тысяч. А еще лучше снять ведьме квартиру на другом конце города. На пять лет. Или на десять, чтобы жена не обижалась.
Едем дальше. Родители расскажут родственникам, поступят претензии. Нужно будет нейтрализовать дядю Пашу, который, 110 %, тут же явится в гости с пузырем водки и удочкой (дядя Паша всегда носил в комплекте с бутылкой удочку, хотя на рыбалке не был ни разу в жизни). Придется пить с ним всю ночь и под крики: «А помнишь?» одолжить два миллиона на новый стартап, магазин «Крючки и грузила».
Итого остается полтора миллиона, негусто. Даже на гараж не хватит. У него, на минуточку, еще и своя семья есть. Ребятишкам по «киндеру» и велосипеду, а жена запилит, конечно. Отдала лучшие годы, живет в помойке с бомжом, который не может купить супруге достойный автомобиль, например «Лексус RX330» 2018 года, красненький. Под помаду. Такой стоит четыре миллиона, без кредита не обойтись.
…Костер он разводить не стал, потихоньку жег купюры по одной, чтобы теща не застукала. Оказывается, деньги горят необычным огнем, ярким и вкусно пахнущим. Не жили хорошо – нечего и начинать, думал Потапов, щелкая зажигалкой. Аккуратно собрав пепел в пакет из «Макдоналдса», он пошел играть в Counter Strike. Сегодня ему опять везло.
Инструктор
– Горнолыжный курорт – само словосочетание режет слух. Завтра будет минус тридцать, и слово «курорт» звучит как жестокая насмешка. Ну и нафига я с вами поехала, – жаловалась Татьяна своим коллегам по работе, едущим в Шерегеш.
– Хватить ныть, Татьяна Ивановна! Ты сама сказала, что надоела рутина. Что хочешь жить, любить, прыгать с парашютом…
– Я это говорила на новогоднем корпоративе после второй бутылки пино гриджио.
– Татьяна, мы люди исполнительные, перед парашютом покатайтесь на горных лыжах. Может, передумаете из вертолета прыгать, – примирительно вещал коллега помоложе, тот, что был за рулем.
– Люда, да я на лыжах со школы не стояла.
– Не переживайте, наймете себе инструктора. Он научит – что да как.
– Интересно, а есть инструктор для жизни…
– Лыжи подошли. Татьяна Ивановна, давайте паспорт. И да, женщине еще бы инструктора.
– Люда, не женщине, а молодой симпатичной горнолыжнице!
– Ой, простите, простите. Глинтвейн меня туманит.
В прокате горнолыжного снаряжения, перед горой, было самое оживленное место. Горячее был только бар Grelka, но по другой причине. Паренек с отверткой и паспортом крикнул куда-то в глубь зала:
– Михаил, тут к тебе.
Прошла пара минут, никто не появился. Паренек раздраженно пошел внутрь.
– Михалыч, ты зае… хорош бухать. Иди, там клиент.
Паренек вышел с мужчиной в спортивном комбинезоне Atomic ярко-салатового цвета. Проблема была в том, что внешность у мужчины было далеко не спортивная.
– Михаил, мастер спорта по горнолыжному спорту, ваш инструктор!
– Татьяна, мастер спорта по бухгалтерскому учету, ваша ученица.
В зале все улыбнулись, кроме Михаила. От него несло всем чем угодно, но только не спортом.
– Смешно. Пойдемте на гору.
– Слушаюсь. Люблю людей в форме.
Странная пара с лыжами вышла из помещения проката. Провожающие с сочувствием смотрели на временный союз.
– Татьяна, прошел всего час, а вы уже ездите плугом. Вы молодец, схватываете на лету.
– Спасибо, Михаил. Вы, я тоже смотрю, на свежем воздухе протрезвели и из мастера спорта по классическому литроболу превратились в достойного мужчину.
– Поехали на подъемнике на гору. Думаю, вы готовы.
– Как скажете, мастер.
Они ехали одни на подъемнике. Холодало, и Татьяна легонько прижалась к Михаилу.
– Боже, как красиво вокруг. Какие ели – монолиты под белоснежными одеялами. Я вам завидую, Михаил. Вы живете в нетронутой сказке.
– Когда видишь это каждый день – не замечаешь. Вот вы сейчас сказали, посмотрел, ведь действительно – красиво! А у вас некрасиво?
– Ох, я живу в мире цифр. Он тоже прекрасен. Когда сводишь годовой баланс, и он сходится копейка в копейку. Это тоже очень красиво, но это другая красота! Можно личный вопрос?