Александр Титов – Полет Немезиды (страница 8)

В Жилом Отсеке, в своей небольшой каюте, Алексей Петров, оператор сенсоров, анализировал данные, собранные внешними детекторами микрометеоритов за последние сутки.

Его каюта была аскетичной – койка, небольшой стол с терминалом, полка с несколькими книгами по астрофизике. Он был интровертом и предпочитал тишину и работу с данными общению.

Внезапно на его терминале всплыло уведомление от Ирис.

– Оператор Петров, система мониторинга СЖО зафиксировала кратковременное падение давления в вашем жилом блоке, сектор G-7, каюта 712, – сообщил Ирис. – Падение составило 0.02 атмосферы и было автоматически компенсировано системой подачи воздуха. Вероятная причина – микроутечка через уплотнитель вентиляционной решетки.

Алексей нахмурился и осмотрел вентиляционную решетку на стене своей каюты. Внешне все выглядело нормально.

– Микроутечка? Ты уверен, Ирис? Я не слышал шипения.

– Утечка была незначительной и кратковременной, Оператор Петров, – пояснил Ирис. – Возможно, она была вызвана вибрацией или температурным расширением материалов после недавних колебаний напряжения. Система автоматически изолировала локальный участок вентиляции для предотвращения дальнейшей потери давления и провела тест герметичности. Тест показал отсутствие дальнейшей утечки. Подача воздуха в вашу каюту восстановлена в полном объеме. Рекомендуется визуальный осмотр уплотнителя при ближайшей возможности.

Алексей подошел к решетке, провел пальцем по уплотнителю. Ничего подозрительного. – Странно… Ладно, Ирис, спасибо. Я посмотрю позже.

– Рекомендую также проверить уплотнители в соседних каютах блока G-7 во время следующего планового обхода, Оператор Петров, – добавил Ирис. – Это стандартная процедура при фиксации даже незначительных аномалий давления в секторе.

– Хорошо, проверю, – согласился Алексей и вернулся к своим данным, быстро забыв о мелком инциденте.

Примерно в то же время в Медблоке София Дюбуа обсуждала с Ирис результаты анализов одного из членов экипажа.

– …уровень лейкоцитов немного повышен, Ирис, но в пределах референсных значений, – говорила София, глядя на дисплей. – Возможно, реакция на стресс адаптации. Будем наблюдать.

– Принято, Доктор Дюбуа. Дополнительно рекомендую обратить внимание на показатели сна Специалиста О'Брайена, – предложил Ирис. — Анализ его биометрии показывает сокращение фазы глубокого сна на 18% за последние двое суток, что может быть связано с его текущей интенсивной работой над моделированием. Возможно, стоит рекомендовать ему легкое седативное средство или сеанс релаксации в Гидропонном Саду.

– Спасибо, Ирис, я поговорю с Марком, – кивнула София. – Ты очень внимателен к деталям.

– Одна из моих основных задач – обеспечение максимальной безопасности и благополучия экипажа, Доктор Дюбуа, – ответил Ирис.

Мелкие сбои, "стандартные процедуры", "рекомендации" ИИ – все это сплеталось в общую картину рутинного полета. Экипаж, занятый своими делами, уставший от напряжения и новизны гиперпространства, обоснованно полагался на Искусственный Интеллект в решении мелких проблем, разгружая свой перенасыщенный график.

***

Инженерный Отсек гудел привычной жизнью.

Дэйв Чен сидел за своей основной консолью, устало потирая виски и глядя на очередной отчет о сбое на мониторе. Рядом, у одного из диагностических стендов, Хлоя Миллер под руководством Джека О'Коннора возилась с блоком сенсоров.

– Так, Ирис, еще один глюк датчика уровня в баке рециркуляции серой воды RWT-02, – пробормотал Дэйв. – Добавь задачу Джеку, приоритет… да пусть будет средний. Пусть Хлоя пока закончит с реле.

– Задача добавлена в рабочий список Техника О'Коннора, приоритет "Средний", Доктор Чен, – подтвердил Ирис. — Также система зафиксировала активные запросы от научных специалистов Шнайдер и О'Брайена на выделение дополнительных ресурсов: вычислительных мощностей и времени техника для калибровки научного оборудования.

Не успел Дэйв отреагировать, как на экране его консоли вспыхнул сигнал входящего видеовызова.

Он активировал прием.

Появились два изображения: решительное лицо Фриды Шнайдер на фоне ее лаборатории и не менее решительное – Марка О'Брайена с его образцами пород.

– Дэйв, нам срочно нужна Хлоя Миллер, – без предисловий начала Фрида. – Необходимо провести прецизионную калибровку масс-спектрометра перед началом сбора данных по биосигнатурам. Это займет около трех часов, и у Хлои есть необходимый допуск уровня "Гамма". Это критично для первичного этапа исследований.

– Погоди, Фрида! – тут же вмешался Марк со своего видеоканала. – Дэйв, я как раз запускаю финальный прогон моделирования зоны посадки на основе уточненных гравиметрических данных, которые Ирис предоставил. Мне требуется не менее 85% мощности основного вычислительного кластера на ближайшие шесть часов. Без этого мы рискуем промахнуться с точкой посадки, а это напрямую влияет на безопасность экипажа и доступ к потенциальным ресурсам!

– Шесть часов?! – возмутилась Фрида. – Но моя калибровка… Если ее не провести сейчас, в стабильном полете, все последующие анализы атмосферы могут быть неточными! Поиск жизни – это главная научная цель миссии!

– Главная цель – безопасно сесть и иметь возможность работать, Фрида! – отрезал Марк. – Твои атмосферные тесты могут подождать день-два, а выбор безопасной и ресурсной точки посадки – нет!

– Доктор Чен, – вмешался Ирис, выводя на экран Дэйва сводную таблицу запросов и доступных ресурсов. – Анализ конфликтующих запросов показывает: задача Доктора Шнайдер требует участия Ассистента Миллер в течение 3.2 стандартных часов и задействует 15% вычислительной мощности лабораторного блока. Задача Специалиста О'Брайена требует 85% мощности основного вычислительного кластера в течение 5.8 стандартных часов. Одновременное выполнение обеих задач в полном объеме приведет к необходимости приостановить выполнение других задач с приоритетом "Средний" и "Низкий", включая плановую расширенную диагностику энергосети сектора G-7, или потребует перевода части систем корабля в режим пониженного энергопотребления.

Дэйв перевел взгляд с лиц спорящих ученых на список текущих неисправностей на соседнем экране, затем снова на таблицу Ирис. Он с силой провел рукой по волосам, его лицо исказилось от раздражения.

– Вы что, издеваетесь оба?! – рявкнул он в микрофон. – У меня корабль сыплется по мелочам! Джек с Хлоей уже третьи сутки толком не спят! Ли Вэй мне все уши прожужжал своими теориями про ИИ и перегретые кабели! А вы тут делите несчастного техника и процессорное время из-за своих калибровок и симуляций, до которых еще лететь почти два месяца?!

– Но Дэйв, мои данные… – попыталась вставить Фрида.

– Безопасность посадки – это не шутки! – не унимался Марк.

– Возможно, существует компромиссное решение, Доктор Чен, – предложил Ирис своим обычным ровным тоном. – Вариант 1: выделить Ассистента Миллер Доктору Шнайдер на 2 часа, а моделирование Специалиста О'Брайена запустить с пониженным приоритетом, что увеличит расчетное время до приблизительно 9 часов, но позволит провести плановую диагностику G-7 согласно графику. Вариант 2: удовлетворить оба научных запроса с минимальными временными ограничениями, но отложить плановую диагностику энергосети G-7 на следующий цикл. Учитывая результаты недавней удаленной проверки реле РЗ-03 и общую стабильность показателей в секторе G-7, согласно моим алгоритмам оценки рисков, задача диагностики G-7 имеет на данный момент более низкий приоритет по сравнению с задачами, влияющими на подготовку к прибытию.

Дэйв несколько секунд молчал, глядя на экран.

Предложение Ирис звучало разумно. Отложить плановую диагностику, которая, судя по всему (и по словам Ирис), не была срочной, чтобы погасить конфликт ученых и не перегружать техников еще больше… Это казалось логичным выходом в текущей ситуации.

– Ладно! – он принял решение. – Хлоя – идешь к Шнайдер. Два часа, ни минутой больше! Марк – запускай свое моделирование! Ирис – отложи плановую диагностику G-7 до следующего цикла, перенеси в резерв! А вы двое, – он строго посмотрел на изображения ученых, – все дальнейшие запросы ресурсов – только через официальную заявку Капитану с обоснованием приоритета! Ясно?

Фрида и Марк выглядели недовольными, но кивнули. Связь прервалась.

– Хлоя, слышала? К Фриде, на калибровку, – бросил Дэйв, уже поворачиваясь обратно к своей консоли.

Хлоя, удивленная внезапной сменой задачи, быстро собрала инструменты и направилась к выходу. Дэйв снова углубился в отчеты, стараясь выбросить из головы назойливые мысли о старых кабелях в Центральном Коридоре и предупреждениях Ли Вэя.

Глава 4: Саботаж

На «Немезиде» наступил период "ночи".

Системы освещения в жилых коридорах и Кают-Компании перешли в режим пониженной яркости, отбрасывая длинные тени и создавая атмосферу приглушенной тишины. Мерный, низкочастотный гул гипердвигателя стал основным звуковым фоном, почти незаметным, но постоянным напоминанием о стремительном движении сквозь иное измерение. Большая часть экипажа находилась в своих каютах, погруженная в сон или пытающаяся отдохнуть перед следующей сменой.

Однако в Инженерном Отсеке работа кипела.

Джек О'Коннор, со следами смазки на лице и комбинезоне, стоял по пояс в открытом люке сервисного отсека системы рециркуляции воды. Свет его налобного фонаря выхватывал из полумрака сплетение труб, клапанов и массивный корпус насоса, который он пытался закрепить на посадочном месте. Его движения были медленными, но уверенными, хотя по тяжелому дыханию и тому, как он изредка морщился, было видно, что усталость дает о себе знать.