Александр Тихонов – Звон колокольчиков в лесу (страница 3)
–Ооох хорошо кормят, будь здоров!
–Нет ну врач конечно мне такое счастье сделал, что понял мою ситуацию.
И тут, не дойдя до лестницы, он резко остановился. Как будто пораженный какой то идеей.
–Мужики, дайте я зайду к нему и скажу ЧИСТОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СПАСИБО.
Он повернулся и сделал было шаг обратно, к кабинету. Санитары напряглись и схватили его за плечи:
–Тихо тихо тихо. Ты че? Тихо.
Одним рывком они развернули его обратно, продолжая держать руки на спине. Один из них придвинулся к нему совсем близко:
–Ты чего? Зачем ты ему сейчас? Вот тебя вылечат и здоровенький придешь к нему с…тортиком. Зачем сейчас?
Уваров склонил голову на своей бычьей шее и как обиженный ребенок сказал:
–Он любит тортики?
–Конечно! Ох уж он и сладкоежка! Так рад будет, что ты! А теперь, пойдем.
Топот стих…Василий остался совсем один на этаже, за окном темнело.
Дверь открылась и улыбающаяся мать вывела свою дочку под руку.
–Видишь, как прекрасно, сейчас дома таблеточку выпьешь…А завтра уже в аптеку.
И они быстро пошли к лестнице. Лампочка мигнула. Василий глубоко вдохнул, выпрямился и вошел.
ГЛАВА 4.
Михаил Степанович что то заполнял в журнале. Не смотря на Василия, он указал ему на стул.
–Молодой человек, там же больше никого?
–Нет, я последний.
–Прекрасно, прекрасно.
Наступила тишина и только шуршание ручки по бумаге нарушало ее.
Наконец, врач закрыл и отложил журнал, придвинул к себе пустую карточку Василия и откинулся на спинку своего стула.
–Ну-с, чем могу вам помочь?
Он строго и без всякого интереса, смотрел из под очков. Василий покраснел.
–Гм…Видите ли. Тут такое дело…
–Говорите, говорите я вас слушаю.
Доктор достал откуда то термос и налил невероятно черный час в большую потемневшую кружку. Также на столе появился бублик, он его разломил и стал макать в чай. Он посмотрел на Василия тоскливым взглядом.
–Прошу прощения, молодой человек, у меня сложный денек, обед только сейчас…
Расправившись с бубликом, он придвинул к себе ближе карточку.
–Какая у вас должность, в такие годы! Похвально, похвально.
А на Василия напало какое то оцепенение, ладони вспотели, в голове был страшный сумбур.
–Молодой человек, мы можем так с вами доооолго сидеть. Я вам сейчас скажу следующее, говорите обо всем как есть, я более 40 лет занимаюсь этим и поверьте мне, насмотрелся и наслушался много разных чудес. Поэтому начните-главное начать.
Василий чувствовал как горят его щеки и кровь пульсирует в висках. А голова все ниже и ниже склоняется, как будто от тяжкого бремени стыда.
–Ну в общем…
Его голос был глухим, иногда дрожал, но он СТАЛ ГОВОРИТЬ. Он говорил куда то в пол, стесняясь смотреть даже в сторону врача. Он рассказал про тот день, про то, как что то белое мелькнуло среди деревьев. Как он не видел точно, что произошло, так как отец стоял за деревьями. Он рассказал как кричал еще около часа в лесу, как бежал сквозь заваленные деревья, как темнело и как уже в полной темноте он выше на тропу у просеки, по этой тропе он и добежал до деревни. Он рассказал, как он сразу побежал к соседям, как отца искали, cколько было поисковиков, как позже привезли из далекой деревни якута-охотника поселившегося в этих краях. Он рассказал, как срочно приехавшая из Ленинграда мать, ездила в райцентр выпрашивать вертолет.
Он рассказал, что за 2 недели поисков, они не нашли НИЧЕГО. Потом, он стал рассказывать о кошмарах, которые приходят каждую ночь, если ты не выматываешься как собака. О кошмарах, которые высасывают силу на весь день или того хуже бессонница. О гнетущем состоянии и мраке которые накатывают постоянно, если только твои мысли не заняты работой. Только работой. Наконец, он остановился. С трудом поднял голову, как будто на ней стояла гиря и посмотрел на врача.
Тот внимательно смотрел на него, откинувшись на спинку стула и скрестив на животе пальцы. Наступила тишина.
–Это…все, как я полагаю?
–Да…
Василий чувствовал себя опустошенным.
–Похвально, похвально, что вы это рассказали. Некоторые знаете ли…Терпят, пока окончательно не прижмет. Был вчера один работяга, лет 60. Я говорю, что ж ты раньше то не пришел, чудо в перьях? А что я говорит, псих? Я водитель высшего разряда. Однако пришел, в очень…запущенном состоянии. Предубеждения, комплексы, боязнь осуждения! А вы молодец, хотя все равно доооооолго терпели. Скажите, а кроме ночных кошмаров, днем были какие то проявления? ЗВУКИ, ГОЛОСА, ЧТО ТО ТАИНСТВЕННОЕ?
–Нет,-отрезал Василий.
–Прекрасно. Как часто вы пьете алкоголь?
–Не пью вообще.
–Полагаю становится хуже от него?
Василий удивленно посмотрел на врача.
–Да, именно так, я забыл сказать, я пробовал лет в 20, состояние очень тяжелое еще хуже чем обычно, более….Мрачное что ли.
–Прекрасно, прекрасно.
Михаил Степанович допил чай и достал из нагрудного кармана пачку Беломора.
–Извините привычка дурная…
Он подошел к окну и открыл форточку и стал курить.
–Скажите, а вы были там после, эмммм событий?
–Нет, мать ездила поддерживать дом в порядке, потом все реже и реже…
–Прекрасно, скажите еще вот что, с матерью вы ПРОГОВАРИВАЛИ это?
–Я пытался, знаете ли, когда мелким был…Но эта тема она закрыта у нас. Как то раз на каком то празднике я начал говорить с ней про…Эм.
–Случай.
Сухо добавил врач.
–Хех, да, про случай. Тогда мама сказала что не пори ерунду, отец утонул в болоте и тема закрыта. С тех пор…Все…
Доктор потушил сигарету, вернулся за стол и стал что то писать в карточке.
–У вас молодой человек, хронический посттравматический синдром, знаете ли. Вы научились купировать его через работу и многого достигли, надо сказать, благодаря ему или вопреки-мы уже не узнаем. Но тот факт, что по вашим словам, в свободное время вам становится хуже и страшнее чем ранее, говорит о том, что ситуация усугубляется. Видели этого здоровяка? У него данный синдром в острой фазе и он прибежал сюда. И я считаю и никто меня в этом не переубедит, что его случай несколько проще вашего. Он полежит месяц, мы успокоим его нервишки лекарствами, еще месяц он походит в стационар и все…Другая стадия, знаете ли. Вы же застряли в фазе непонимания, того, что же на самом деле произошло и вы увы хроник. Это стало частью вашей жизни. Пичкать вас таблетками не вижу смысла и это увы, скажется на работе. Поэтому я дам вам совет, который, поверьте в таких случаях очень хорошо себя оправдывал. Вам надо ПО ВЗРОСЛОМУ. Принять ситуацию. Там ведь не тайга?
–Нет нет, что вы!
–Вам надо побывать там, естественно ни одному. Пережить это, со взрослой, сформировавшейся психикой. Сейчас, то что вы мне рассказали-это впечатления ребенка. Ребенок впитывает все как губка, особенно негатив. Даже само высказывание, манера изложения, мне говорит о многом, это говорит ребенок а не вы. На самом деле, дело было так.
Врач встал, закурил и сунул руки в карманы
–Вы шли в глухом лесу. Произошло ЧТО ТО, что привело вас в истерику. Утопление, дикий зверь. Лес-это зона повышенной опасности, тем более глухой. И более того-там ПОСТОЯННО пропадают люди. Я не говорю даже про тайгу. Кого то находят, кого то нет. Вашего отца, к сожалению не нашли. Но как ни больно и не грустно-это статистика. При СССР и при нынешней России пропадают сотни людей в год, все почему?
–Зона повышенного риска.