Александр Теущаков – Путь «Черной молнии». Книга 1. Новая версия (страница 23)

– Да, я скажу вам его фамилию, но мне нужны гарантии, что вы не убьете меня.

– У тебя остался единственный выход, это подписать бумагу о согласии сотрудничать с РОВСом.

– Что?! Так вы состоите в РОВСе?

– Ты называешь мне фамилию, подписываешь бумагу и можешь быть свободен. Даю тебе слово офицера.

– Офицера, какой армии?

– Белой армии, белой. И не смотри, что после окончания Гражданской войны прошло время. Я, как был офицером Белой армии, там им и остался. Решай быстро, у нас мало времени.

– Его фамилия Шаповалов.

Ни один мускул не дрогнул на лице Макара при упоминании его конспиративной фамилии. Он спокойно спросил:

– Кто работает на Романова здесь, в Топильниках, кроме названного тобою Ветрова?

– Не могу знать, это секретная информация.

– Ладно, сейчас мы поднимемся наверх, и ты подпишешь кое-какие бумаги.

Пока шел разговор, Нестеренко незаметно шевелил кистями рук, и наконец, ослабил узел веревки. Он оценил обстановку: в запасе остались считаные секунды, если его поднимут наверх, план освобождения не состоится и подписанная им бумага, когда-нибудь сыграет роковую роль. Нужно схватить револьвер с полки и действовать. Высвободив одну руку, он толкнул Михеева в плечо и, схватив со стеллажа наган, размахнулся, чтобы ударить Мирошникова по голове. Но в этот миг прозвучал выстрел. Макар опередил лейтенанта и выстрелил ему из нагана в живот. Илья, заломив за спину руку Нестеренко, прижал его к полу. Затем перевернул его на спину. На гимнастерке лейтенанта в области живота расплывалось кровавое пятно. Он глухо прохрипел:

– Что же ты делаешь? – Вот такое твое, слово офицера, – Нестеренко уставился на Мирошникова

– Гад, тебе шанс дали, а ты им не воспользовался, – Макар сплюнул на пол и язвительно произнес, – что ж ты паскуда жизнь себе вымаливал, спектакль разыгрывал? Понимаю, испугался, что мы будем шантажировать тебя вот этой бумагой…

– Надо уходить, – Илья прервал их диалог, и вопросительно взглянув на Макара, кивнул на лейтенанта.

– Кончай его, – решительно сказал Мирошников.

– Хорошо, подожди меня наверху, я закончу с ним.

– А я останусь, хочу посмотреть.

– Не доверяешь? Ну, что ж, оставайся.

Вот и настал тот момент, когда Макар получит ответ, можно ли доверять в будущем Михееву. Если он задействован в секретной операции по выявлению вражеских агентов, то органы для видимости могут кого-то подставить и уничтожить, но убрать офицера госбезопасности ему никто не позволит.

Михеев подошел к лежащему на полу Нестеренко. Взял винтовку и, примкнув штык, направил в грудь раненому.

– Гадина, пули на тебя жалко.

– Не убивай, пощади! Я приказ выполнял…

– Был бы ты командиром Красной армии, пощадил, но зверей из вашего ведомства надо убивать как взбесившихся псов.

– Пожалей, я ведь подневольный.

– И не проси. За то, что творите с простыми людьми: женщинами, детьми, стариками – не прощу.

Глава 9 Рождение «Черной молнии»

Раньше, когда по вине ГПУ-НКВД происходили какие-нибудь несправедливые действия к людям, Илья списывал все на некомпетентность отдельных лиц, но когда это вошло в постоянство органов безопасности, ему стало не до сантиментов. С каждым разом он ненавидел их и за последние дни убедился окончательно, что НКВД – это узаконенный властью рассадник, где процветают ложь, насилие и жестокость.

Штык вошел в грудь чекисту. Он ухватился за него рукой, стараясь выдернуть. Михеев с силой придавил штык. Лейтенант широко раскрыл наполненные ужасом глаза. Кровь пошла горлом и, закашлявшись, он вскрикнул, разбрызгивая кровавые слюни, затем дернулся в последний раз и замер.

– Оставь расписку, пусть увидят, что он был предателем, – попросил Илья.

– Вот уж нет, – возразил Макар, – какой-нибудь гад запрячет бумагу и похоронят его как героя. Эта расписка еще сыграет свою главную роль в одном деле, я давно охочусь за Романовым.

– Ты знал его раньше? – удивился Илья.

– Встречался, правда давно это было, но я ему отметину оставил на память, век меня не забудет. Пойдем Илья, как только окажемся в более спокойной обстановке, я расскажу тебе о той встрече, и почему он так ненавидит Коростылева Егора и тебя в том числе.

Михеев удивленно взглянул на Макара и, сняв с головы картуз, выдернул звездочку. Он молча, протянул ему картуз и, подняв с пола фуражку лейтенанта, надел себе на голову.

Макар все же передумал и прислушался к совету Ильи, положив на грудь убитого лейтенанта расписку. Поднимаясь вверх по ступеням, Мирошников по-дружески похлопал Илью по плечу. Михеев понял, что это был за жест: подозрительность и недоверие к бывшему капитану РККА стирались с каждым его поступком.

Михаил Берестов, находясь в ссылке, работал конюхом в колхозе и был знаком с различной упряжью, потому заметив во дворе управления телегу, наскоро смастерил что-то вроде хомута и запряг коня лейтенанта. В повозку погрузили оружие, в том числе пулемет и направились к казарме. Решили, что в конюшне они разживутся лошадьми.

– Илья, ты же понимаешь, если что-то пойдет не так, наших сил для настоящего боя будет недостаточно. Поднимется пальба, весь комсомольский актив подымется, и кто знает, чем закончится наша вылазка, – предостерег Макар.

– Что ты предлагаешь?

– Подпереть двери и подпалить казарму.

– Будь по-твоему, энкэвэдэшников мне нисколько не жаль.

Приблизившись к казарме, решили обойти ее с другой стороны, чтобы часовой не заметил ночных «гостей». Так и есть, на крыльце, переминаясь с ноги на ногу, стоял часовой. Было заметно, как он примостился к деревянной стойке, чтобы немного прикорнуть. Михеев, выходя из-за угла здания, громко сказал:

– Боец, не спать на посту.

Солдат от неожиданности вздрогнул и, вскинув винтовку, скомандовал:

– Стой на месте, не подходи!

– Да не ори ты, своих не признал?

– Назови пароль.

– «Буря».

– «Затишье», – ответил часовой и, опустив винтовку, отдал честь подошедшему мужчине в военной форме.

– Оперуполномоченный из Томского горотдела капитан Иванов, – представился Илья, – позови командира отделения, да только тихо, не разбуди остальных бойцов.

– А где лейтенант Нестеренко?

– Сейчас подойдет, задержался в милиции.

– Слушаюсь, товарищ капитан, – боец поспешил исполнить требование начальника.

Дождавшись ухода часового, из-за угла казармы вышли Макар и Михаил.

– Что будем делать? – спросил Макар Михеева.

– Миша, разведай-ка задний двор, там у них гараж небольшой должен быть. Найди бензин и тащи его сюда, да только быстро.

– Вы хотите поджечь казарму? – удивленно спросил Берестов.

Оба кивнули, и пока Михаил поспешил за казарму в поисках гаража, Макар и Илья заняли удобные позиции. Через некоторое время в открывшейся двери появился заспанный боец в сержантском звании. Увидев офицера, приложил руку к козырьку и только хотел доложить, как Мирошников, подступив со спины, сильно зажал ему рот рукой. Блеснуло лезвие ножа и вошло в грудь сержанту. Макар оттащил тело за дверь и в этот момент показался еще один боец, возвращающийся на свой пост. Попав из освещенного помещения в темноту, часовой не заметил, как Илья размахнулся и ударил его по голове рукояткой нагана. Бесчувственные тела затащили в коридор.

Прошло время, а Берестова до сих пор не было. Илья уже было хотел пойти на задний двор, как послышались шаги и Мирошников заводил носом. Мужчины увидели Михаила несущего в обеих руках ведра, наполненные бензином.

– Ты что так долго?

– Коня по-человечески запряг и еще одного прихватил. Я на кухне продуктами разжился, в телегу уложил, да пока в гараж попал и с бочки бензин слил – оправдываясь, тихо прошептал Берестов. – Где разливать-то?

Илья, знавший расположение помещений, посоветовал сначала облить бензином стену и окна снаружи здания, а другое ведро выплеснуть внутри казармы прямо в коридор. Закончив с бензином, отошли на расстояние от здания. Михаил подогнал лошадей и соскочил с телеги. Макар тем временем достал из кармана пиджака бумажный лист, что-то написал карандашом и, положив листок на землю, придавил камнем.

– Да будет милостив к нам Господь, – перекрестился Берестов, – все же не людей сжигаем, а прислужников сатаны, – и кинул горящую спичку в лужицу бензина. Огонь быстро побежал ручейком к казарме и, разъединившись возле крыльца, через секунды охватил ярким пламенем деревянное строение.

Лошади, запряженные в телегу, быстро неслись к окраине села. Проехали по улице и, свернув в проулок, стали потихоньку спускаться под горку к реке, где пролегала дорога на Михеевку.

Далеко позади, послышался набат, видимо жители села, поднятые с постелей, уже спешили к объятой пламенем казарме. Собаки, встревоженные людскими выкриками, подняли лай по всему селу.

– Ты что там за бумажку оставил? – спросил Илья Макара.