Александр Тенгриханов – Режиссер Советского Союза – 5 (страница 4)

– Грешен, чего-то я замкнулся на себе любимом и собственных проблемах. Грешен – исправлюсь. Только давай продолжим изначальный разговор, – достаю из сумки бутылку минералки и протягиваю Ане, на улице сегодня жарковато, – Не подумай, что я веду антисоветскую пропаганду или мне здесь промыли мозги. Просто глупо закрывать глаза на проблемы, если они мешают твоей стране. Оглянись. Что первое бросается в глаза? И чем Нью-Йорк отличается от Москвы?

– Сотни тысяч машин, я даже сначала немного испугалась такого интенсивного движения. Ещё огромный выбор любых товаров, с этим глупо спорить. Ты же не просто так потащил меня в огромный универсам, где показывал количество сортов сыра и прочих продуктов? Разница с нашими гастрономами просто удивительная. Про выбор одежды и обуви даже вспоминать не хочу – обидно за нашу лёгкую промышленность.

– СССР выплавляет стали в два или три раза больше, чем США. Вот только в свободной продаже автомобилей почему-то нет, только по всяким квотам. Ещё и глупое заявление надо писать во всякие месткомы с парторгами. Ко всему прочему наша промышленность выпускает автомобилей в десять раз меньше, чем местная. Более того, в среднестатистическом магазине РСФСР уже ощущается недостаток продуктов, даже овощей и фруктов. При этом площадь сельскохозяйственных земель у нас в два раз превышает американские. А мы Советский Союз умудряется мы закупать зерно в тех же США и Канаде. Если взять иные сферы, то ситуация примерно схожая. Ты сама обратила внимание на ассортимент здешних товаров.

– При чём здесь наука?

– Потому что она стоит во главе всего. Наверное, всё звучит излишне сумбурно, только прошу, дослушай до конца. Эти далёкие от науки примеры я привёл для понимания общей ситуации. На самом деле, пока не всё так плохо и наша страна действительно поступательно развивается в некоторых отраслях, особенно это касается космоса и энергетики. Только деградация постепенно проникает во все сферы советского общества. И заключается она в кризисе управления. Я специально подобрал для тебя несколько научных и экономических журналов. В одном из них лежит бумажка с указанием страниц и названия статьи, чтобы тебе было легче найти нужную информацию. Твой английский уже более-менее на уровне, поэтому перевод не составит большого труда. Там статистическая выжимка и несколько статей о проблемах нашей экономики. Я не просто так проторчал столько времени в библиотеке Лос-Анджелеса, занимаясь их структуризацией. Поверь, это крайне важные сведения и пишут их отнюдь не какие-то враги. Это выводы обычных экспертов, работающих на ведущие американские издания.

– Ты сидел в библиотеке и собирал информацию о том, как на Западе оценивают нашу экономику? – удивлению Ани не было предела, – Лёша, ты бы лучше на пляж сходил. А то вроде провёл в тропиках несколько месяцев и при этом весь белый. Вернее, твои руки и шея чёрные, как у колхозника или строителя. Но ты ведь известный режиссёр и весьма утончённая личность.

Ну вот, что с ней делать? Выпороть? Опять издевается. Хотя, мысль отшлёпать кое-кого по аппетитной попке весьма интригующая. Будто почувствовав, куда клонятся мои мысли, Аня нахмурилась и стала смотреть на меня ну, очень подозрительно. Выглядело это так мило, что мне с трудом удалось сдержать улыбку. Что касается пошлых мыслишек, то они никуда не делись.

– Лёша, ты не забыл, что твоя жена – студентка четвёртого курса, а не академик или министр? Что я могу сделать в масштабах страны? – Аня, наконец, перестала иронизировать и задала логичный вопрос.

– Понятно, что в моих устах всё это звучит странно, но для начала поговори с отцом. Знаю, что ты с ним встречаешься, втайне от мамы. И я ей ничего не скажу, честное пионерские, – поднимаю руку и шутливо отдаю салют, – Задай этот же вопрос уважаемому профессору, который, кроме всего прочего, является замом руководителя ведущего НИИ. Много ли сфер, где мы опережаем или не отстаём от Запада? Речь идёт о прикладной науке, фундаментальную пока оставим в покое.

– Всё равно не понимаю, какое отношение всё это имеет ко мне? – настороженно спросила краса и будущая гордость советской науки.

– Прочти материалы, которые я подготовил. Далее переговори с отцом и подумай. Талантливых учёных у нас хватает. Проблема в том, что нет толковых управленцев, которые могут реализовывать советские научные открытия, и сама система начала гнить. Есть объективные причины подобной стагнации, но и нельзя забывать, что многие профессора и академики давно сделали из НИИ с лабораториями собственную кормушку. Многие молодые специалисты просто не могут донести свои идеи до нужных структур, без навязывания в соавторы заслуженных паразитов. При этом для старичков главное – не движение вперёд, а получение дополнительных преференций. У них и так всё хорошо. Зачем им заморачиваться с перспективным открытием, если можно написать громкую статью, получить за это вознаграждение и аккуратно всё спустить на тормозах. Я утрирую, но постепенно всё катиться к такому варианту. Поэтому предлагаю задуматься, а стоит ли тебе идти именно в классическую науку. Может, лучше посмотреть на ситуацию со стороны и продвигаться, как управленец? Ты же купила новое бикини? Пойдём завтра на пляж? – резко меняю тему, пытаясь сбить жену с толку, и добиваюсь своего.

Анна сначала зависла, пытаясь понять, не ослышалась ли она. Это смотрелось так забавно, что уже я с трудом сдерживал смех. Но кое-кому было не до веселья. Зелёные глаза сузились, а изящные кисти сжались в кулачки. Здесь товарищ Мещерский понял, что его будут бить, возможно, даже ногами. Поэтому играю на опережение и крепко прижимаю супругу к себе.

– Ты несносный и противный тип! Я не позволю над собой издеваться! Наплёл здесь всего и смеёшься!

– На самом деле я был совершенно серьёзен. Просто занесло меня в далёкие дали, вот и наговорил лишнего. Надо было дозировать информацию. Что касается пляжа, то завтра будет неимоверная жара. И вообще, имею право лицезреть законную супругу в новом купальнике! А сейчас нам пора бежать, – вскакиваю со скамейки и тащу Аню за собой.

– Куда? Что произошло? Мы же хотели пообедать и сходить в торговый центр.

– У меня появилась неожиданная идея, – отвечаю, стараясь опять не рассмеяться, – Нам нужно срочно закрепить изученный материал.

– Мещерский, ты бредишь! Я же не прочитала ни одного журнала!

– Это немного иное. Мы же трудились полночи, осваивая новые диспозиции, назовём это так. Но вдруг я почувствовал, что мы где-то недоработали и нужно срочно прояснить некоторые моменты. Бельё в номере уже поменяли, так что плацдарм для прений готов.

– Я тебя когда-нибудь убью! – выкликнула Аня, от души стукнув меня сумкой, и засмеялась.

– А ведь я до последнего сомневался именно в музыкальной части. Всё-таки никто ещё не использовал для главной композиции рок-балладу. И эти парни из «The Who» вроде как растеряли популярность. Тем более удивительно, что они так шикарно исполнили песню. Боссы очень довольны! – Роберт махнул бокалом в сторону представительного мужчины в очках, зализанными назад волосами, обнажающими залысины и акульей улыбкой.

Указанное начальство активно общалось с Редфордом и заливисто хохотало. Чарльз Блюдорн – нынешний хозяин «Paramount», оказался приятным человеком без всякой заносчивости. Он приезжал на съёмки вместе с супругой. Вникал в производственный процесс, но никогда не лез с советами и указаниями. Что касается разговора с Эвансом, то у него недавно состоялся разговор с боссом, который был впечатлён картиной.

Сегодня у нас небольшая премьера. Съёмочная группа, продюсеры и руководство студии впервые увидели смонтированный и озвученный фильм. Мне была интересна реакция коллег и начальства, так как сама картина порядком надоела. Надо сказать, что народ впечатлился и даже аплодировал после окончания показа. Я и сам удивляюсь, что у нас получились некоторые моменты без компьютерной графики XXI века. Но гений Клушанцева и мастерство работников студии доказали, что для спецэффектов главное талант, а не техника.

Что касается музыки, то по этому поводу у нас произошёл единственный серьёзный спор с Эвансом. Самое забавное, что Дино оказался полностью на стороне американского партнёра. Чёртовы ретрограды! Практически все композиции написал, вернее, переработал старые мелодии, будущий рекордсмен-оскароносец Джон Уильямс. В основном музыкальное сопровождение исполнялось симфоническим оркестром. Меня это малость напрягало, о чём я и сказал маэстро. На предложение попробовать поручить основной саундтрек рок-музыкантам, Джон сразу согласился. Несмотря на достаточно тяжёлый характер, у композитора хватило ума понять открывающиеся перспективы. Как результат, «The Who» исполнили ещё одну песню. Не знаю, как они договаривались с Уильямсом. Но говорят, что вначале все жутко переругались. Затем заперлись в студии и через неделю выдали мощный саундтрек.

И это был только один из многочисленных моментов, которыми изобиловал съёмочный процесс. Сейчас я с улыбкой вспоминаю этот шестимесячный марафон. И только сегодня мне удалось выдохнуть и осознать, что всё закончилось. Заодно стало понятно, какой фантастический объём работы проделали оба продюсера. Сначала всё напоминало хаос, а потом вдруг процесс нормализовался. Даже когда на Гавайях распогодилось, группа спокойно работала в павильоне, не выбиваясь из графика. В принципе, «Битва за Кубань» снималась по похожему плану, только разница была в масштабе. Ведь «Пёрл Харбор» трудно представить без красочных кадров атаки на военные корабли. А это требовало гораздо больше времени и отнимало массу сил. Не только мне, но и оператору и всем техникам приходилось учиться на ходу. Тем приятнее, что мы сделали это!