Александр Тарасенко – Полёт ласточки в околоземном пространстве (страница 24)

Ласточка взяла. Под неусыпным контролем анимуса кровь уже свернулась, а раны начали затягиваться. Но облитая кровью кисть выглядела ужасно.

Облизав губы, Ласточка поинтересовалась: — В машине есть что-нибудь съедобное?

Водитель покачал головой. — Тогда остановись около вон того кафе — приказала необычная пассажирка — И сколько у тебя при себе денег? Отлично, давай все.

На улице дул пронизывающий, осенний ветер. В лёгком свитере и тонких джинсах, девушку моментально продуло. Очереди не оказалось и, вскоре, Ласточка вернулась в уютный салон автомобиля нагруженная пакетами с едой. Тотчас аромат освежителя в салоне пропал погребённый под десятками съедобных запахов.

— Эй! — возмутился водитель — Собираетесь есть прямо здесь? Вы запачкаете мне сиденья!

— Поехали — велела Ласточка, разрывая пакеты и накидываясь на еду. Недолгое ускорение выжало организм словно губку. Жареная картошка с хрустом отправлялась в урчащий живот. Молодые, здоровые зубы легко раскусывали вместе с мясом куриные косточки. Водитель косился и недовольно сопел, но молчал.

Пустые пакеты из-под еды скомканы. За окном мелькают истрёпанные ветром деревья. Держащие наготове зонтики пешеходы. Лица, выглядывающие из-под надвинутых капюшонов. Автомобиль проехал мимо хмуро взирающего на мир памятника. Долго и пронзительно, на одной ноте, гудел троллейбус, требуя уступить дорогу. И всё это под затянутым тучами, низким небом, так и не собравшимся разразиться дождём.

— Послушай — сказала Ласточка, неожиданно понимая, что не знает, как обращаться к собеседнику: — Как тебя зовут?

— Андрей.

— Послушай Андрей, можешь посоветовать уединённое местечко, где можно посидеть и подумать? — Ласточка сдобрила слова толикой приказа. Не спрашивая, а приказывая посоветовать ей такое место.

— Может быть, подойдёт дача? — предположил водитель — Ночи ещё не особенно холодные, к тому же на даче есть печка. От города далеко, но туда ходит автобус.

— Там кто-нибудь есть? — заинтересовалась Ласточка.

— Разве что только соседи. Но они редко приезжают.

— Ключи? На секунду оторвавшись от руля, Андрей хлопнул себя по карману: — С собой. Я как раз туда еду: приготовиться к зиме и опять же отдохнуть от города, от общения. Летом на дачах довольно многолюдно, а осенью, после того как собран урожай, почти никого.

Ласточка попросила остановиться у обочины. Долго вглядывалась в лицо Антона, установив связь с его анимусом и перебирая программы, силясь понять, что же всё-таки произошло. От кого она убегали и главное зачем? Так ничего и, не выяснив, просто отрезала анимус водителя от сети, запретив принимать или передавать какую угодно информацию за исключением лично ей, без промежуточных этапов. Ещё до того как к ничего не понимающей Ласточке зашёл в гости дядя Егор. В самом начале проекта, первые ангелы спорили: стоит ли вводить в анимус функционал для отключения от сети. Никто не думал, что ангелы могут выступать иначе как единое целое. Подобный функционал имеет ценность только в случае, если анимусы каким-то образом испортятся и начнут передавать порчу от одного к другому. Тогда да, полное отключение от сети будет необходимо. Сейчас Ласточка воспользовалась этой функцией и заблокировала связь. Впрочем, обольщаться не стоило. Первый встречный пошлёт сигнал, что анимус Андрея выключен из сети и не отвечает на входящие запросы. Возможно, Ласточка красным флажком указала собственное местонахождение, вместо того чтобы скрыться.

Она откинулась на спинку: — Поехали.

— Куда? — усмехнулся Андрей.

— К тебе на дачу, разумеется — Ласточка сбросила с сиденья вниз пакет из-под жареной картошки.

— Кто ты такая? Какого дьявола я везу тебя в своей машине? — начал психовать Андрей. Он отвернулся от руля и переводил взгляд с Ласточки на гору пустых пакетов.

— Меньше вопросов — приказала девушка — Поехали.

Ровное урчание мотора успокаивало. Дорога укачивала. На стекло упали несколько капель, но дождь прошёл стороной.

— Не бойся — приказала Ласточка, и Андрей не боялся.

Ласточка думала: — Неужели что-то случилось с дядей Егором? Или виной всему она сама — как найти правду?

Принявшись за исследование собственного анимуса, Ласточка нашла закрытую, довольно обширную область памяти. Кроме того, работала какая-то большая программа, располагающейся как раз в этой недоступной области. Что значит недоступной. Это её голова и она ангел и, следовательно, во внутреннем компьютере нет такого места, в которое Ласточка не могла заглянуть, если того захочет. Потянулась к закрытой области. И вдруг кто-то не снаружи, а изнутри спросил: — Мы сбежали?

Ласточка ответила коротким согласием и сразу спросила: — Расскажи, что случилось?

— Мы сейчас в безопасном месте? — потребовало ответа беспокойнее внутреннее «я».

— Едем туда — мысленно произнесла Ласточка — Скоро прибудем, подожди немного.

Машина сворачивала с больших дорог на всё более маленькие, укрытые в лесах и за одноэтажными белыми домиками. Наконец затормозила перед одним таким домиком со светлой окраской стен и чёрной, покрытой толью, крышей.

Часть 2. Змей Горыныч

Глава 1. Прошлое

В Петербурге тысячи мелких кафе, не говоря уже о дорогих ресторанах или дешёвых забегаловок. Не упоминая пивные и рюмочные. То, в котором они сейчас сидели, пыталось выделиться из общей массы, специализируясь на итальянской кухне. Горячая пицца чуть ли не исходит паром. Если потянуть носом, то среди прочих запахов различишь аромат этой пиццы, лежащей на столе. Но Антон не был голоден и потому плагиат на кулинарные произведения итальянских мастеров оставлял его равнодушном.

Он посмотрел на девушку, сидящую напротив. Антон надеялся, что хорошо скрывает терзающее его любопытство. Вперёд и назад сновали официанты с белоснежными полотенцами, перекинутыми через согнутые руки. Они не оставляли полотенца клиентам и не пользовались ими сами. Должно быть, полотенца являлись частью формы, которую хочешь не хочешь, а вынужден таскать с собой.

Антон с иронией спросил: — Это свиданье?

Его удивление возросло, когда Оля серьёзно ответила: — Это заговор.

Пицца остывала, пока Оля рассказывала, как можно удалить из головы маленького стражника. Сначала он слушал насмешливо. Ещё бы: сколько раз он пытался, но ничего не получалось. Бежал по кругу, пока не выдохся. И уверившись, что выковырять маленького стражника невозможно бросил попытки. Поставил крест на своих планах. О, какие у него были планы! А сейчас эта пигалица из последнего набора ангелов говорит, что нашла способ.

Однако чем больше Антон слушал, тем всё меньше и меньше становилась насмешка на его губах, пока не исчезла вовсе.

— Обманем «стражника». — Предложила Оля: — Ты займёшься мною. А я тобой.

Антон думал. Это было опасно. Очень опасно. Если только Егор Николаевич проведает об их попытке, что он сделает? Антон не знал. Он подумал о том, что сделал бы, сам будь на месте Егора Николаевича и эти мысли ему совсем не понравились. Но в то же время вот, сейчас, просится в руки — единственный шанс, который он уже отчаялся получить.

Как и прочие ангелы, Антон мог думать очень быстро и при желании избавиться от влияния эмоций. Холодная логика. Вероятность успеха, вероятность провала. Он знал, чего хочет, всё остальное холодная логика.

— Но ты сама всего лишь номер сорок девять в списке ангелов сортированных по силе — заметил Антон — Вдруг у тебя не хватит дара?

Оля пожала плечами. Компания обедающих за соседним столиком мужчин громко заспорила о событиях местечковой политики. Судя по спору, каждый из них придерживался собственной точки зрения, в корне отличающейся от проводимой мэрией.

Антону не важен ответ на последний вопрос. Он уже решился.

— Начнём сегодня — сказала Оля.

На улице шёл дождь. Капли хлестали асфальт, покатые обводы машин и макушки бедолаг, позабывших дома зонты. Залитый водой асфальт тёмен словно ночь. Остановили машину, и только брызги из-под колёс.

Он вынужден признать, что Оля отлично подготовилась, прежде чем сделать предложение.

У неё милая квартирка из одной, но весьма просторной комнаты. От новенького, сделанного на заказ, шифоньера пахнет сосной и лаком. На столе сухие цветы, видимо у хозяйки не всегда хватает времени ухаживать за живыми цветами. Впрочем, есть и живые — на подоконнике.

Антон поймал брошенное Олей полотенце, промокнул голову. Потом посмотрел в зеркало, достал из кармана рубашки расчёску и поправил пробор в волосах. Хозяйка тем временем переоделась на кухне. Чтобы расширить канал связи между анимусами они взялись за руки. У Оли холодная и влажная рука, вернувшись домой, она умылась холодной водой. Антон облизнул пересохшие губы. Словно катящийся в гору шар, мир застыл в кратком равновесии. Антон видел в зрачках девушки отблески лампы. Чистое, большое окно, не прикрытое шторами. Исхлёстанные дождём стёкла. Тонкая, водяная плёнка. Этого невозможно было больше терпеть. Он крикнул ей в лицо: — Начинай! Чего ты ждёшь!

Упала завеса темноты, но Антона уже не было. Пустив другого в святую святых собственного разума, он мог только надеяться в то, что развитие событий не двинется по сценарию «медведь в посудной лавке». Антон даже не спал. Ведь когда человек или ангел спит, то всё равно видит сны — мозг сортирует и обрабатывает накопленную информацию. То, что происходило, больше напоминало выключение компьютера. Какое-то время Антона не было в реальности.