Александр Тамоников – Закат команданте (страница 3)

– В университете в Берлине вы изучаете философию и литературу, так?

– Да, все верно, – послушно ответила Тамара.

– Как вам здешние преподаватели?

– Лучше, чем в Аргентине, – сдержанно ответила девушка.

– Что думаете про отечественных философов?

– Вас интересует кто-то конкретно? – Тамара не понимала, к чему этот разговор, и оттого испытывала раздражение.

– Нет, можете ответить про немецких философов в целом, – позволил мужчина.

– На мой взгляд, философия каждым человеком воспринимается сугубо лично, – начала Тамара. – Из курса, прослушанного мной, мне ближе литература.

– Понимаю, – ответил мужчина и неожиданно резко сменил тему: – Скажите, Тамара, что для вас патриотизм?

– Что? – вопрос озадачил девушку, после стольких лет бескорыстной работы на секретные службы она никак не ожидала, что ей придется доказывать свою патриотичность.

– Вы не ослышались, – произнес собеседник. – Я хочу услышать от вас, что вы считаете патриотизмом.

– Преданность и любовь к своему Отечеству, к своему народу и готовность к любым жертвам и подвигам во имя интересов своей Родины, – заученно произнесла Тамара.

– Это то, чему вас учили в разведшколе. – Мужчина поморщился. – Я же хочу услышать, что об этом думаете именно вы, Тамара, а не философы из учебников по школьной программе.

– Вы хотите знать, какую страну я считаю своей Родиной? – Тамара смотрела прямо в глаза собеседнику. – Вопрос резонный. Я родилась в Аргентине и прожила там первые пятнадцать лет, вполне логично предположить, что там я оставила свое сердце. Но для меня понятие Родина представляется в более широком смысле. Это не клочок земли, не место, где родился, не улица, по которой ходят твои родители… Это идеи, которые трогают за душу, и неважно, где их воплощать в жизнь – в Германии, в Аргентине или в России. Главное, чтобы люди, которые борются за эти идеи, победили…

– Вы нам подходите. – Мужчина не дал Тамаре закончить мысль.

– Кому «вам»? – решилась на вопрос девушка.

– Организации, для которой интересы людей, простых людей, стоят превыше всего, – ответил мужчина. – Это не пустые слова, Тамара. Вы примете наше предложение, и у вас будет возможность в этом убедиться.

– Я уже приняла предложение несколько лет назад и активно работаю на секретную службу ГДР. Разве не поэтому я здесь, с вами?

– Штази? Девочка, я делаю тебе предложение, за которое каждый из агентов германской разведывательной службы продал бы душу дьяволу, – мужчина фамильярно похлопал Тамару по колену. – Сегодня знаменательный день, можешь считать его твоим вторым днем рождения!

– Если вы не из Штази, тогда откуда вы? – в голосе Тамары зазвучала тревога. – Почему я здесь?

– Ты здесь, потому что ты – лучшая! А госбезопасности СССР нужны именно такие.

Домой в тот день Тамара пришла без четверти восемь. Ее соседка по комнате оставила записку, в которой сообщала, что собирается пожить у Вернера, родители которого неожиданно уехали к друзьям в пригород Берлина и освободили отпрыску квартиру на целых пять дней. Хельга выражала надежду, что к ее возвращению Тамара будет уже на пути в Лейпциг, вся в мечтах о «красавчике Че». Тому, что комната пуста, Тамара обрадовалась. После разговора в «Трабанте» ей совсем не хотелось вести светскую беседу с соседкой. «Не придется объяснять свое состояние, можно сесть и все спокойно обдумать», – решила девушка.

Насчет спокойствия Тамара преувеличила, разговор в машине так ее взбудоражил, что усидеть на месте, как ни старалась, она не могла. Как всегда в подобных случаях, она принялась за уборку. «Когда руки заняты – и голова работает быстрее» – так всегда говорила ее мать, и это действительно работало. Набрав в ведро теплой воды, Тамара достала тряпку и начала методично отмывать дверцы шкафов и тумбочек, которые стараниями не слишком аккуратной Хельги всегда нуждались в чистке.

Это был странный день, неудивительно, что он так повлиял на девушку. Предложение, о котором пошла речь после того, как Тамара узнала, с кем имеет дело, оказалось еще более странным. Не так она представляла себе служение высоким идеалам, не такого продолжения приятных мечтаний Хельги. О том, чтобы работать на госбезопасность Советского Союза, Тамара даже не помышляла. С чего вдруг? Только потому, что ее мать родом из России? Но когда она там жила? Ее матери сейчас и не вспомнить, какой была жизнь в далекой России, а ей, Тамаре, и вспоминать не о чем. Так почему она дала согласие защищать интересы этой страны? Почему согласилась на это задание?

Да потому, что, как ни готовилась Тамара к встрече, мужчина застал ее врасплох. К такого рода общению жизнь Тамару явно не подготовила. Привычка сотрудника КГБ обращаться к собеседнику то слишком фамильярно и на «ты», то сугубо официально и на «вы» сбивала с толку. К тому же он постоянно менял тему в самый неожиданный момент. То говорил про патриотизм и то, как сильно разведка в ней нуждается, то вдруг переводил разговор на ее соседку по комнате Хельгу и то, насколько близко они общаются. Потом снова говорил про героическое будущее Тамары и тут же начинал сетовать на то, как мало современная молодежь уделяет времени чтению. И вся беседа в таком духе.

В какой-то момент мужчина ее озадачил. Они как раз обсуждали, какую литературу Тамара предпочитает, и потому его предложение прозвучало совершенно неожиданно.

– Выберите псевдоним.

– Что?

– Псевдоним, – терпеливо повторил мужчина. – Должен же я вас как-то называть.

– Таня, – почти без задержки произнесла девушка.

– Таня?

– Да, Таня.

– Почему?

– В честь Зои Космодемьянской. Это девушка-красноармеец, она входила в диверсионно-разведывательную группу штаба Западного фронта во время Второй мировой войны. Погибла, выполняя задание. Когда нацисты взяли девушку в плен, она назвалась Таней.

– Я знаю, кто такая Зоя. Вопрос в том, откуда о ней знаете вы?

– Моя мать родом из России. – Девушка улыбнулась. – Я провела много вечеров, изучая русскую историю и литературу. Про Зою же маме рассказали очевидцы.

– Вот как? Ваша мать поддерживает связь с Советским Союзом?

– В какой-то мере.

Тамаре показалось, что данный факт оказался неприятен мужчине, но развивать тему дальше он не стал. Промолчала и Тамара.

– Так, значит, Таня, – после минутной паузы произнес мужчина. – Хотите стать героем?

– Хочу служить Родине, – несмотря на пафосность слов, прозвучали они органично, будто девушка просто констатировала факт.

– Что ж, Таня, у вас будет такая возможность.

И после этой фразы вновь перешел к обсуждению литературы, как будто интереснее темы вообще не существует. Только через два часа странных скачков между прошлым и настоящим он перешел к тому, ради чего пригласил Тамару на встречу.

– Вам уже известна новость о том, что в ГДР с визитом прибывает Эрнесто Че Гевара? – задал мужчина вопрос.

– Да, об этом говорят во всех университетах.

– И о том, что ваша кандидатура выдвинута на роль переводчицы?

– Об этом мне сегодня сообщила соседка. Официально меня еще не известили.

– Это произойдет завтра. Вас вызовут в деканат, предложат заполнить официальные бумаги и отправят в Лейпциг, – сообщил мужчина. – Вы, естественно, согласитесь.

– Да, я понимаю, – ответила Тамара.

– Нет, не понимаете. – Мужчина покачал головой. – Для вас это будет лишь началом.

– Началом чего? – К тому времени Тамара порядком устала и все, чего она хотела, это чтобы разговор поскорее закончился и она получила бы возможность пойти домой.

– Начало вашей деятельности в роли специального агента КГБ СССР.

– Я должна буду охранять Че Гевару? – фраза вырвалась случайно, и Тамара мгновенно об этом пожалела. Ее собеседник не рассмеялся, не нахмурился, выражение его лица вообще не изменилось, и тем не менее Тамара почувствовала, насколько велико его разочарование.

– Нет, девочка, охранять тебе никого не придется. По крайней мере, в привычном понимании этого слова. Господин Че сам в состоянии позаботиться о своей безопасности. В большинстве случаев. – Мужчина вздохнул. – Твоя задача будет намного глубже. Но для начала послушай о том, как на настоящий момент обстоят дела у господина Че Гевары.

Слова агента КГБ о Че Геваре не стали для Тамары откровением. Слухи о том, что идейный революционер в своих выступлениях стал все чаще упрекать братские социалистические страны в том, что они навязывают беднейшим странам условия товарообмена, подобные тем, какие диктуют империалистические страны на мировом рынке, ходили уже давно. Это же Тамаре сказал и ее собеседник, имея в виду высказывания Че Гевары относительно СССР. Его последнее выступление, в котором он открыто назвал советскую концепцию бесконфликтного сосуществования двух мировых систем правления несерьезной и даже губительной, заставило правительство СССР задуматься о том, насколько опасен господин Че для имиджа социалистических стран, ведь тень от его речей падала не только на Кубу и даже не столько на Кубу, сколько на страны, по чьему пути развития решила пойти Куба.

– Вы должны понимать, Тамара, что такое положение вещей не может устраивать советское правительство. Ситуация в мире и без того накалена, опасность развязывания ядерной войны с социалистическими странами возрастает с каждым днем, и в такой ситуации любое брошенное в сердцах слово может оказаться той каплей, которая переполнит чашу терпения и спровоцирует мировой конфликт. Ядерный конфликт, Тамара, вы это понимаете?