Александр Тамоников – Волчьей тропой (страница 4)
Тогда и родилось предположение, что Хайнрих Штульман не офицер вермахта, а диверсант, выдававший себя за офицера вермахта. То ли ему не повезло и он попал в лагерь с другими немцами, то ли, спасаясь от советской контрразведки, он специально решил попасть в лагерь, чтобы избежать разоблачения, а потом попытаться сбежать и приступить к выполнению задания, с которым его забросили за линию фронта.
Самым надежным способом разобраться в ситуации было предоставить Штульману возможность бежать. Обычному офицеру вермахта незачем скрывать знание русского языка. Ему после Сталинграда вряд ли пришло бы в голову сбегать из лагеря. Выжил – и слава богу. И пропади она пропадом такая война. Тем более что добираться к своим пришлось бы через сотни километров по освобожденной Красной армией территории.
Штульману решили подставить немецкого антифашиста Отто Клицша. Отто был солдатом в передовых частях вермахта. Он перешел на советскую сторону в ночь с 20 на 21 июня 1941 года, когда на противоположном берегу Западного Буга солдаты вермахта уже снимали заграждения из колючей проволоки. Проверяли перебежчика, утверждавшего, что он коммунист, несколько месяцев. Потом несколько раз использовали в комбинациях против немецких диверсантов, окончательно поверив
Отто Клицш появился в лагере неделю назад. Он старательно хромал на правую ногу, передвигаясь если не с трудом, то достаточно медленно и неуклюже. Его работа заключалась в сборе и мытье грязной посуды в столовой для немецких офицеров. В советских лагерях это называлось «расконвоированный». Клицша охрана выпускала за пределы жилой зоны, где он через административную часть на тачке возил на свиноферму немногочисленные отходы.
Штульман наблюдал за солдатом-инвалидом несколько дней. Оперативники заметили интерес гауптмана к Клицшу. И вот этот день наступил. Обед закончился, одна группа офицеров покидала столовую, на ее место вот-вот должна была прийти другая. И тут гауптман в толчее между столами поймал солдата-инвалида за локоть.
– Надо поговорить, – требовательно заявил Штульман. – Ты же без конвоя ходишь по лагерю. Когда сможешь прийти к бараку номер 12?
– Только до девяти вечера, господин гауптман, – вздрогнув от неожиданности и бросив взгляд на погоны мятого офицерского кителя, ответил солдат.
– В восемь возле 12-го блока. Место для курения, – коротко бросил Штульман и ушел вслед за другими.
Около восьми вечера рядовой Клицш неспешно ковылял возле офицерских бараков с ржавым ведром, в который собирал мусор. Несколько офицеров курили возле 12-го барака под навесом, но Штульмана среди них не было. Еще минут пять возле этого барака, и нужно будет уходить, чтобы не было подозрения. Но тут к Отто подошел лейтенант со шрамом и, бросив окурок ему в ведро, негромко приказал:
– Иди в сторону туалета.
Солдат заковылял по песчаной утоптанной тропинке, которая вела между деревьями с деревянному туалету. Это сооружение поначалу шокировало немцев. Но те, кто воевал не первый день, прошел через все трудности передовой, не особенно удивлялись. Рассчитывать на что-то, кроме деревянного сарая без дверей с дощатым полом, в котором прорезаны овальные отверстия над глубокой ямой. У сарая из-за дерева вышел Штульман, схватил солдата за рукав и потащил за угол.
– Ты давно в этом лагере? – прижав Клицша спиной к старой сосне, грозно спросил офицер.
– Вторую неделю, господин гауптман… после госпиталя…
– Тебя не проверяют, ты не кажешься русским опасным. Знаешь, как сбежать отсюда? Быстро отвечай!
– Я не знаю, господин гауптман, – заволновался солдат. – Как отсюда убежать, когда на вышках солдаты, прожектора по ночам, проволокой колючей все обтянуто. Куда бежать, когда кругом русские, которые нас ненавидят. Тут и не спрячешься…
– Заткнись! – оборвал солдата Штульман. – Отвечай только на мои вопросы. В воротах тебя проверяют?
– Да, конечно. Но я редко выхожу за ворота. Я, как и все нижние чины – на солдатской территории, вон там, за мастерскими.
– Хватит болтать, – снова разозлился офицер. – Ночью между двумя рядами проволоки патрули чаще ходят, чем днем?
– Я не знаю, господин гауптман, я не смотрю на них. Я ночью сплю. Нога очень болит под вечер…
Штульман едва сдерживал раздражение. Он задавал вопрос за вопросом и постепенно выяснил, что с западной стороны лагеря, где к лесу выходят свинарники, есть болота. Не очень глубокие, это не трясина, там даже телеги проезжают. Солдат это видел. Выяснив, что Клицш бывает в мастерских, гауптман снова добился ответа, что хромой уборщик сможет стащить там ножницы по металлу или другой инструмент, которым можно перекусить проволоку.
– Принесешь три мешка из-под угля и кусачки для проволоки в следующую ночь вон туда к пожарному щиту и положишь в ящик с песком. И как только за проволокой пройдет русский патруль, дашь знать. После того как я проберусь за проволоку, перерезанный кусок ты закрепишь на месте, чтобы сразу не бросался в глаза. Понял меня, солдат? Подведешь или обманешь – мы тебя из-под земли достанем!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.