Александр Тамоников – Сирийский эшафот (страница 3)
– Да, «Исах», «Саран» на связи.
– Моя группа расположилась левее мечети.
– Намного левее?
– Метров двадцать. Видишь участок со сломанным сараем?
– Вижу.
– Мы вдоль приземистого забора.
На карте появилась третья отметка.
– Понял. Выставляй двух дозорных и жди.
Наконец последним доложил о выполнении приказа Кабир Рамин.
– «Саран», ответь «Кабру».
– «Саран» отвечает «Кабру».
– Позицию занял. Группа находится на противоположной от мечети стороне площади.
– Между магазином и жилым домом?
– Да, здесь заброшенный сад и развалившийся забор.
Поставив четвертую отметку на карте, Давуд с удовлетворением хмыкнул. Площадь оказалась в кольце его людей.
– Понял тебя, «Кабр». Приготовься к встрече «гостей»…
Последним штрихом в подготовке операции стала отправка связиста Биляла Шани на один из соседних южных холмов.
– Отыщи укромное место под кустом, – напутствовал полевой командир, – и смотри в оба. Они наверняка подойдут с юга.
– Я должен сообщить тебе, как только они появятся?
– Все верно, Билял. При этом не забудь определить численность и вооружение.
– Хорошо, Давуд. В этом нет ничего сложного. А что я должен сделать потом, когда противник пройдет?
– Постарайся вернуться к площади – на одну из наших позиций.
– Понял…
Вскоре вернулся Кахтан – радостный и полный впечатлений от встречи с семьей.
– Младший сын уже научился говорить, – сообщил он командиру.
– Все здоровы? – по традиции поинтересовался тот.
– Да, слава Аллаху!
– Рад за тебя и твое семейство. Пошли, нам пора занимать позицию…
Давуд Газал с Кахтаном присоединились к первой группе, обосновавшейся за низким забором, опоясавшим небольшой участок вокруг старого дома. Дом пустовал – его единственный обитатель получасом ранее угнал на горные луга отару овец.
Бойцы приготовили оружие, боеприпасы, после чего успели набить трубки или выкурить по сигарете.
Примерно в шесть тридцать утра рация ожила. На связь вышел наблюдавший за южным сектором связист.
– «Саран», я – «Сабир», – позвал он взволнованным голосом.
– Слушаю тебя, «Сабир»!
– «Саран», только что грунтовку в северо-западном направлении пересекла группа солдат сирийской армии.
– Сколько их?
– Около тридцати. Все неплохо вооружены, у двоих видел ручные пулеметы.
– Понял. Продолжай наблюдение и докладывай об их действиях каждые семь-восемь минут.
Газал тут же предупредил командиров групп о появлении в южном секторе противника и приказал усилить внимание. После чего высунул голову над каменным заборчиком, поднес к глазам бинокль и принялся осматривать уходящую на юг центральную улицу Фадзина…
Разведчики осторожно продвигались к центру селения, проверяя участок за участком, дом за домом и проулок за проулком. У каждого перекрестка дозорные притормаживали, согнувшись, подбирались к краю очередного дувала и под прикрытием своих товарищей осматривали примыкавшие улочки. Затем понятными жестами «семафорили» основной группе и продолжали движение…
Попадавшиеся по пути местные жители относились к вооруженным людям с опаской и настороженностью. Завидев мужчин с автоматами, они либо прятались в домах, либо быстро исчезали в соседних переулках. Ничего удивительного в этом поведении не было. За годы военного противостояния официальной сирийской власти с ИГИЛ и оппозицией мирные обитатели сел и городов поняли простую истину: не хочешь неприятностей – не попадайся на глаза тем, у кого в руках или за спиной автомат.
С начала этого года ситуация в Сирии несколько улучшилась, чему способствовали регулярные авиаудары российских ВКС по основным позициям ИГИЛ и заключение соглашения о прекращении огня с оппозицией. В Дамаске стало спокойно, так как непосредственно в городе боевые действия уже не велись. В связи с этим в столицу стала возвращаться молодежь, восстановили работу государственные учреждения и даже увеселительные заведения. В других городах, что издавна находились под контролем сирийской армии, и в тех, которые войска взяли недавно, жизнь нормализовалась и била ключом. Интенсивное автомобильное движение, ремонт разрушенных войной зданий и инфраструктуры, железнодорожное сообщение между городами, наполненные продуктами и вещами магазины, толпы горожан.
На нейтральной территории или в провинциях, подконтрольных террористам, все обстояло по-другому. Настороженность жителей, обманчивая тишина, разруха и неуверенность в будущем.
Вскоре все три группы осмотрели свои секторы, не обнаружив ничего опасного и подозрительного. До центральной площади с вознесшимся к небу минаретом оставалось не более сотни метров.
– Я – «Бакан», – негромко сказал в микрофон радиостанции лейтенант. – «Третий», «Четвертый», «Пятый» – доложите обстановку.
Командиры отделений по очереди доложили об окончании проверки.
– Площадь наблюдаете? – поинтересовался он.
Те ответили утвердительно.
– Дружно выходим на площадь и встречаемся у мечети…
Это были последние слова сирийского офицера, сказанные относительно ровным и спокойным голосом. Уже через минуту центр селения потонул в трескотне очередей и взрывах ручных гранат. А сам лейтенант, стараясь перекричать грохот выстрелов, отдавал приказы отделениям о спешном отходе к южной окраине…
Глава вторая
Покинув Управление специальных мероприятий Министерства обороны, группа Андреева подошла к ожидавшей на служебной стоянке машине. За рулем дремал знакомый водитель-прапорщик.
– Просыпайся, Семен! – хлопнул ладонью по капоту капитан Андреев.
– А? Что?.. – очнулся тот.
– Багажник открой, соня! Вещички надо бросить…
Водитель выскочил из салона, тряхнул головой и засеменил к багажнику.
– Такой сон снился – прям цветное кино, – ворчал он, откидывая крышку. – Весь кайф сломали, черти!
– У тебя будет время его досмотреть, – посмеиваясь, укладывали свои пожитки снайперы.
Пожитки состояли из нескольких длинных футляров и чемоданчиков с оружием, из сумок с боеприпасами, прицелами, биноклями, приборами ночного видения и прочими причиндалами для снайперской работы.
Андреев устроился на правом переднем сиденье, два его боевых товарища расположились сзади.
– Поехали, родной, – ласково попросил капитан.
– Поехали. А куда, Паша?
– Да проснись ты, наконец! Я же тебе час назад говорил: в сторону Подольска!
– В Подольск так в Подольск… – крутанув ключ, запустил тот двигатель и, глянув в зеркало заднего вида, резко рванул с места.
На улице уже стемнело, но плотность автомобильного потока на московских улицах не снижалась. После окончания рабочего дня жители столицы покидали центральную часть города и разъезжались по спальным районам. Большому черному внедорожнику предстояло долго плестись в пробках по Варшавскому шоссе, прежде чем поток поредеет и наберет приемлемую скорость…