Александр Тамоников – Реактивный шторм (страница 5)
– Не обеднеешь.
– У меня нет офицерских командировочных.
– Да верну я тебе бабки, не ной! Идем.
– Погоди, Боря. Вон Жилин на аллее нарисовался.
– Ну и что?
– А то, что прямо к нам прет. С ним Туренко. Похоже, Боря, группе объявлен общий сбор.
– Этого еще не хватало! Прямо в самый раз. Неделями нехрен делать, а как соберешься выпить, сразу общий сбор. Что за подлянка?
– Так закон же.
– Какой?
– Подлости. Это, наверное, единственный закон, который у нас в России работает безупречно. Никто не в состоянии нарушить или проигнорировать его.
К друзьям подошли Жилин и капитан Туренко.
– Вы по-прежнему паритесь на жаре? Затарились или не успели еще? – спросил командир.
– А вы угадайте с трех раз, товарищ майор, – с какой-то злобой, не присущей ему, проговорил Смирнов.
– В чем дело, старлей? – повысил голос Жилин.
– Ни в чем. Каков вопрос, таков и ответ.
– Это ты у меня сейчас будешь угадывать, да не с трех раз, а с одного.
– Мне-то что угадывать?
– Чем будешь заниматься завтра.
– Кросс бегать с утра.
– Не угадал. Давайте с Соболем в штаб. В кабинет к Северцову. Мы с Туренко подойдем. Еще придет Курко. Вопросы, Смирнов?
– Никак нет, товарищ майор!
– Вперед!
Смирнов и Соболь прошли в штаб, в кабинет полковника Северцова. Там уже находился старший лейтенант Курко. Физиономия у него была весьма недовольной.
– Что-то случилось, Геннадий Степанович? – поинтересовался Соболь у товарища.
Курко махнул рукой.
– Только забылся, сразу же сон. Поле русское в ромашках, речушка, недалеко деревня, почему-то старая, крыши соломенные, никакого профлиста, бетона, плетни кругом, сады. Коровы, лошади, куры, гуси и прочая живность. На реке мосток, где раньше бабы белье полоскали. На нем красавица молоденькая и совершенно голая. Прикидываешь, Соболь? Я в какой-то зачуханной рубахе, шароварах и хромовых сапогах. Вижу такую прелесть и, само собой, иду к ней. Она волосы откидывает, а они до пояса…
– Погоди-ка! Задницу-то хоть видно было? – спросил Соболь, облизнувшись.
– Видно. С ума сойти! Так она волосы отбрасывает, оборачивается, улыбается и говорит этак ласково: «Что ж ты, хлопец, застыл? Чего ждешь? Жара ведь. Раздевайся, искупаемся вместе, а потом на сеновал пойдем. Там хорошо, сено свежее, прохладно». Тут я, понятно, все с себя сбросил и к ней. На секунду отвернулся, споткнулся и распластался возле мостка. Она ко мне, наклонилась… Тут я вдруг вижу физиономию майора Жилина. «Подъем, – говорит, – и мухой в штаб».
– Вот это облом! – воскликнул Соболь.
– Через полгода мы без баб здесь все с ума посходим. Или на местных красоток начнем набрасываться, – проговорил Смирнов.
– Чего? Через полгода? – Соболь скривился. – Через месяц у всех крыши сорвутся вместе с гвоздями. Кого ни спроси, все сон про одно и то же видят. Про баб. Ну и, естественно, про…
В кабинет вошел Жилин и осведомился:
– А еще про что сон видите?
Видимо, командир группы слышал конец разговора.
– Про траханье, – прямо ответил Соболь. – А что? Мы ведь живые мужики, а не боевые роботы. Это тем программу вставили, снабдили оружием, вывезли в поле, показали на Ракку и приказали мочить игиловцев. Они попрутся. Роботы ничего, кроме своей программы, не знают. А мы люди, товарищ майор. Уже пора бы вопрос по Алеппо решить. А то там две наши группы быстрее нас свихнутся. Мы-то хоть чем-то занимаемся, а они с войсками сидят в окопах. Раз нет должной работы, то чего нас тут держать? Можно было бы и в Москву бросить на недельку-другую, развеяться. Благо борта чуть ли не каждый день туда-сюда летают.
Жилин присел на край стола и спросил:
– Ты все сказал, Соболь?
– Все!
– Ответ такой. Мы будем делать то, что нам прикажут. Если у особо озабоченных снесет крышу, ничего страшного, в дурдоме подлечат.
Смирнов вздохнул.
– Достойный ответ.
В кабинете появился полковник Северцов и спросил:
– О чем дискуссия?
– О том, товарищ полковник, как лучше выполнить задачи, поставленные командованием, – ответил Смирнов.
– Серьезно или шуткуешь?
– Разве этим шуткуют?
– Ну-ну! Я долго вас не задержу. Вы в курсе, что на базу прибыла специальная медицинская бригада для проведения работ по профилактике эпидемий?
Соболь усмехнулся и ответил:
– В курсе. Боря Смирнов даже очень хорошо знает кое-кого из этой бригады.
Северцов не стал уточнять, кого именно и почему знает старший лейтенант.
– Ну и отлично, – сказал он. Завтра в восемь бригада должна на санитарной машине выехать в два населенных пункта. Сначала в Барав, который в двадцати километрах от базы, затем в Хуман. Это назад пятнадцать верст, но по другой дороге. Группе в составе Смирнова, Курко и Соболя сопровождать медиков. В охранении пойдет сирийский БТР с отделением солдат. Повторяю, завтра в восемь – сопровождение медицинской бригады. Не сбор у штаба, а начало движения. – Северцов обернулся к Жилину: – Сергей Владимирович, обеспечь нашим парням завтрак на семь двадцать. Вопросы?
Смирнов поднял руку.
– Мы едем в салоне вместе с медиками?
– Ты за старшего, следовательно, рядом с водителем, остальные в салоне.
– А сколько медиков будет?
– Врач. – Северцов заглянул в блокнот. – Авдеева Галина Павловна. Еще две медсестры. Фамилии вам ничего не скажут, в общем, Соня и Лена.
– А место-то в салоне найдется? Там наверняка размещено специальное оборудование.
– Всем хватит.
– Могли бы и покомфортней машину подогнать. Только в армии, наверное, остались санитарные «буханки»! – пробурчал Соболь.
– Покомфортней будет дома.
– А когда домой?
– Когда рак на горе свистнет, – с улыбкой ответил Смирнов. – А рака этого надо еще в России поймать, отдать в цирк, чтобы научили свистеть, и переправить сюда дальним бомбардировщиком «Ту-22».
Северцов посмотрел на него.
– Вижу, Боря, у тебя хорошее настроение.
– Желаете испортить, товарищ полковник?