Александр Табашевский – Первый блин комом (страница 2)

Преодолев плац, я остановил коня около длиннющего стойла, исполненного из массивных медных труб. Видимо, конструкцию установили очень давно, так как поводья сотен лошадей, стоявших здесь на привязи, отполировали трубы до зеркальной поверхности. Разглядывая массивную конструкцию, привязал коня. Похлопав своего чёрного Ламборгини, я направился к входу и вскоре зашёл внутрь помещения.

Широкий коридор с множеством дверей по обеим сторонам уходил вдаль. Вдоль стен висели магические факелы, чередуясь с портретами великих полководцев, судей, епископов. По пути встречались, отправляющиеся или вернувшиеся из командировок офицеры, солдаты, штатские. Добравшись до тридцать третьего кабинета, я сверил цифры, написанные на талончике и на двери. Постучавшись и услышав приглашение, выпрямившись, вошёл внутрь.

Кабинеты штабных всегда были уютными и по-домашнему располагали, потому что служащим обычно приходилось проводить в этом месте по десять часов в день, а то и более. Старый камин, сверху него допотопные часы с кукушкой, медвежья шкура на полу и кресло-качалка с зелёным пледом в чёрный квадратик явно выделялись на фоне картотечных шкафов и стеллажей.

– Алессандро, проходи присаживайся. Здравствуй, блестящий наш выпускник. – Поприветствовал, пожилой капитан инквизиции. Несмотря на свой преклонный возраст, он выглядел бодрячком. Синий мундир с серебряной окантовкой добавлял статности ветерану.

– И вам не хворать, мистер Рауль. Это из-за блеска значков, отозвались подобным образом обо мне? – Поинтересовался я, присаживаясь в мягкое кресло с высокой спинкой и массивными подлокотниками.

– Отнюдь! Я до сих пор помню, как ты на выпускной «игре разумов» перевернул действия банальной детской сказки в политическую и частично экологическую сферу.

– Тоже вспомнили, это же миньон лет назад случилось.

– Ну не знаю, после пятидесяти время ускоряет бег, кажется, будто бы вчера ты окончил начальную школу. Но ближе к делу: на ко, сфотографируйся. – Проговорил капитан, протягивая серебряную пластину размером с расчёску.

Я направил поверхность таким образом, чтобы солнечный лучик, отразившись, попал мне в лицо. Добившись нужного наклона, я состроил серьёзную мину и зафиксировал позу. Потом передал приспособление старцу.

– Теперь распишись.

– Прослушал наставление и приветственную речь? Не припомню подобного. – Пошутил я, ставя подпись.

– Сам себе всего пожелаешь, быстрее закончим бюрократию и поедешь уже.

– Филоните, мистер Рауль, расписываюсь за небывальщину.

– Ты же отличник военной подготовки, уже давно подтвердивший свои знания, и вот, последняя бумага.

– Что это?

– Сопроводишь новобранцев до места проведения службы.

– Воины света, штурмовая группа с бронетранспортом? Я на войну еду, что ли? – Напрягся я.

– Не накручивай, попросту прототип, да и парни только с учёбы. Вместе прокатитесь да познакомитесь заодно. Так или иначе, по долгу службы тебе придётся временами брать над ними шефство.

– Я не против, просто подумал, что это специальная оснастка к моему первому делу. – Ставя подпись, с облегчением выдохнул я.

– Нет, задачи начнёт раздавать твой непосредственный начальник, а здесь попутное задание. Это чтоб две заявки оформить в одну, сэкономив бумагу и время. С документами закончили, сейчас топай на склад за первичной экипировкой, твои бойцы уже на плацу и осведомлены.

– До свидания, мистер Рауль.

– Удачи, малой!

Пройдя вглубь по коридору, я попал в круглый зал. По центру располагался офис складского помещения, а по левую и правую сторону начинались широкие лестницы, уходящие, насколько хватала зрения, вверх. Подойдя к окошку, представился.

– Ожидайте, сейчас подам. – Послышалось из окошка.

Массивная воротина открылась, и вышедший сержант сгрузил моё барахло неподалёку. Отдав честь, он вновь скрылся за дверью.

Серебряные налокотники, наколенники, нагрудник запакованные и уложенные в рюкзак. Внутри во всевозможных карманах разложены медицинские принадлежности и средства личной гигиены, а также приспособления для поддержания в порядке амуниции. Сверху рюкзака крепилась каска и свёрнутый спальный мешок в непромокаемом чехле. Я, взяв за обе лямки свой скарб, отправился на выход. Веса набиралось на полсотни килограммов, так-то не тяжело, но неудобно. В дальнем углу плаца, у самых ворот уже дожидалась дюжина воинов.

– Атас, павлин летит. – Крикнул один из них, заприметив моё появление. Парни быстро побросали бычки в близстоящую урну и выстроились перед транспортом неизвестной конфигурации.

Я снял с привязи коня и не спеша направился к штурмовой группе. Прототип новой модификации бронированной кареты впечатлял. Обшивка матово-чёрного цвета не отражала свет, а будто бы поглощала солнечные лучи. Обвешанная со всех сторон множеством магических рун, бойницы оснащены многозарядными арбалетами, сзади в специальном боксе крепилось устройство, генерирующее защитный экран невероятной мощности (судя по габаритам агрегата). Спереди располагалась какая-то бочка литров на двести, из трубы распространялся густой чёрный дым. Видимо, эта адская штука и двигала экипаж.

– Здравствуйте, бойцы. – Поприветствовал я.

– Здравия желаю, товарищ лейтенант. – Хором, но негромко откликнулась бригада.

– Сержант, руководи сборами, по готовности отправляемся.

– Есть! – Проговорил белобрысый боец, с тату на шее в виде скорпиона. Парень был спортивно сложенным и являлся самым крупным представителем штурмового отряда. Он подбежал к карете и, набрав на механическом кодовом замке нужные цифры, открыл дверь. Все, и я в том числе, побросали свои рюкзаки внутрь.

– Сальгадо!

– Я! – Отозвался самый низкорослый член бригады.

– Бегом за руль. Товарищ лейтенант, в кабину пойдёте?

– Никак нет. – Ответил я и запрыгнул в седло.

– Ну тогда, всем по коням!

По столице с её вечными пробками особо не разгонишься, поэтому всадники выстроились сзади транспорта. Сержант помог Сальгадо отварить бронированные створки адской машины. Затем новоиспечённый водитель повернул несколько рычагов, и карета нехотя покатила.

Глава 2

*В империи существует ограничение: гражданин по закону может иметь трёх сыновей максимум, незаконнорождённых и от предыдущих браков в том числе. Старшему полагалось, что заработал отец. Среднему, то, где проживал родитель. А младшему только беззаботное детство и фамилия. То бишь содержание до восемнадцати лет, а дальше сам.

Мы медленно сопровождали прототип до выезда на трассу «центр-юг».

Имперский тракт – широченная дорога, разделённая каменными ограждениями на два встречных потока. Трасса является стратегическим объектом и находиться под пристальным присмотром инквизиции. Регулярно делается ремонт, оснащены места для отдыха, патрулируют обученные всадники.

Единственное доброе дело последнего императора – это закладка и воздвижение в строго определённых точках на карте, города Тирион (запад), Арлатан (восток), и Каупанг (север). Лишь Ар-Каим был принудительно вписан в общую концепцию.

Дело в том, что граница империи проходит по этим городам-миллионникам и вычерчивает идеальный ромб. Строители под патронажем инквизиции попросту соединили вышеупомянутые города, дорогой превосходного качества. Трасса «Центр-юг» начиналась в нескольких километрах от столицы и упиралась прямо в северные ворота Ар-Каима.

Смердящая повозка на поверку оказалась весьма проворной. Выйдя на трассу, она разогналась настолько, что кони перестали успевать за ней. Каучуковые башмачки, одетые поверх кованых колёс, давали транспорту хорошее сцепление с траком.

Вскоре бойцов начало клонить в сон. Как оказалась, они, прощаясь с безмятежной юностью, накануне изрядно накидались. Благо транспортёр вместительный, весь отряд, забрался в комфортабельные кресла и в мгновение ока уснул богатырским сном. А старшина, запрыгнув в кабину, заменил водителя. Тот, получив разрешение, с неописуемой радостью шустро смотался в спальный вагон.

Послышался хлопок, адова машина дёрнулась и начала разгоняться. Поскольку никто никуда не спешил, то условились поберечь лошадей и не топить что есть мочи. Но и особо растягивать тоже не хотелось. Соответственно, держались золотой середины.

Стояла ранняя осень – идеальное время для конных прогулок. Ведь уже нежарко, как летом, но ещё не холодно и с неба не сыплет всякая холодно-мокрая слякоть. Чем дальше мы уезжали от столицы, тем домики на дачах заслуженных пенсионеров становились скромнее, да и количество этажей планомерно снижалось. Полчаса я, греясь на солнышке, с интересом разглядывал, всё, что попадалось на глаза.

Тем временем закончились дачные домики и начался лес. Бесконечная армия исполинов выстроилась вдоль широкого транспортного трака. Полки хвойных менялись на берёзовые, затем смешанные, а вот и группировка низкоросликов собралась на опушке. Вынув офицерскую шпагу с позолоченным эфесом, «и взяв её на плечо» я, выпятив грудь, представлял, что принимаю грандиозный парад.

– Трам пампам, пум пу-ру-рум. – Бубнил себе под нос, якобы славный генерал, как минимум трижды герой отчизны.

Вскоре мне наскучило и, объехав наш длинный кортеж, поравнялся с кабиной, со стороны водителя.

– Сержант, как твоё имя?

– Спартак. – Не отвлекаясь от дороги, отозвался он.

– Ого себе! А ты откуда?