Александр Свистунов – Жернова времени (страница 13)
«Кем я был в прошлом? Кем буду в будущем?» – думал он, летя к новому хозяину. Но всё это было не важно, ведь времени здесь не существует. Лишь бесконечный дневник песка, что останется на земле после смерти всех людских воспоминаний.
Черный рассвет
Казенный кабинет с подержанной мебелью казался каким-то пыльным.
– Сергей, теперь о деле, – пожилой мужчина с ежиком седых волос и армейской выправкой достал из ящика стола карту, расстелил.
– Провинция, – хмыкнул Сергей, крепкий мужчина лет тридцати, в толстых очках в роговой оправе. – Что там не так?
– Студент сельхозинститута, сын вождя африканского племени, – на карту легла фотография, – пропал.
– Мы тут при чем? Милиция пускай ищет.
– При том, – сверху лег тетрадный лист в клеточку.
Карандашный набросок – оплетенная корнями голова с искаженным страданием лицом и неровно оторванной шеей, с лоскутами кожи и обрывками артерий.
– Для меня все негры на одно лицо, – задумчиво сличил фото с рисунком Сергей, – но определенное сходство есть…
– Это он, не сомневайся. Эксперты проверили, – на карту лег лист заключения.
– Рисовал «пророк»? – поправил очки.
– Да, – отвернулся к окну.
– И что все это значит?
– Ты же знаешь, с «пророками» нет полной ясности…
– Знаю… Максимка там как? – голос дрогнул.
– Нормально… Это он и нарисовал…
– Твою мать! Простите, Егор Михайлович.
– Ничего, Сережа, я понимаю.
– Что еще странного? – взял себя в руки Сергей.
– Три студентки института пропали.
– Одногрупницы вожденка?
– Только одна, Света, – из ящика стола показалась еще фотография, следом еще две.
– Маньяк?
– Сергей Викторович, ты же знаешь, в Союзе маньяков нет, это не гнилой Запад.
– То есть, милиция эти дела не объединила?
– Нет.
– Понятно… – снова взял в руки рисунок. – Что за корни?
– Дерева… пока нет ясности, эксперты работают.
– А что за деревца на заднем фоне? – повернул рисунок.
– Вишня и яблонька.
– Там есть сады?
– Есть частный сектор, – карандаш очертил районы. – И два садовых товарищества: «Рассвет коммунизма» и «Максим Горький».
– Дачи посреди города? – удивился Сергей.
– Там река, как видишь, и овраги глубокие. На склонах дачи. Все заросло, настоящие джунгли, – положил аэрофотографии.
– Зеленка, – Сергей задумчиво наложил фотографии на карту. – Дачи и частный сектор – там нужно армейским подразделением прочесывать. Егор Михайлович, а сами вы что думаете? Маньяк? Вроде Джумангалиева?
– Может и маньяк, а может и кто-то с той стороны… Не знаю я, Сергей, не знаю. Но даже если маньяк, ты лучше справишься, чем местные анискины.
Сергей промолчал.
– Я на кладбище был в субботу, – опять отвернулся к окну Егор Михайлович. – Что же ты не сказал, что памятник Лене на могилу поставил?
– Так получилось, – развел руками. – И что об этом говорить? Пустое…
– А деньги? – Егор Михайлович повернулся и пристально посмотрел на Сергея. – Памятник кучу денег стоит.
– Я, как сейчас говорят, на хозрасчете, – встал со скрипучего стула, сворачивая карту. – Не надо мне денег.
– Сергей, ты рискуешь с этими своими делишками. Цеховики эти, кооператоры…
– Это мое дело!
– Хорошо, делай, как знаешь, – устало махнул рукой. – Сережа, поедешь ты не один. Паренек один есть на примете.
– Что за паренек?
– Миша зовут, комиссовали «из-за речки» недавно. Его отделение в горах на шайтана напоролось.
– Печально.
– Шайтан всех положил, один Миша остался. Штыком шайтана завалил.
– Хм, догадался, что пули его не возьмут?
– Не знаю, но когда стал рассказывать, решили что сошел с ума от страха и быстренько комиссовали. Парень один, на гражданке никому не нужен.
– Я тут при чем?
– Племянник он мой, сестры сын…
– Лена не говорила, что у нее есть двоюродный брат.
– Она много чего не говорила… Я матери его обещал позаботиться, если что.
– У нас шансов сыграть в ящик больше, чем в Афгане. Устройте его водителем куда-нибудь или в таксопарк.
– Шайтан его укусил…
– Твою мать! – хлопнул ладонью по столу.
– Поэтому и прошу, чтобы ты взял над парнем шефство. По-человечески прошу, Сережа.
– Что он знает о нашей работе? – медленно спросил Сергей.
– Я вкратце обрисовал.
– Стрелять умеет?
– В учебке научили.
– Ладно, штыком владеет – для начала хватит. Стрелять научится, если в живых останется. Все?