Александр Свистула – Между Раем и Адом (страница 1)

Александр Свистула

Между Раем и Адом

Первое послание Иоанна. Гл. 1. Ст. 8,9 . Если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит от всякой неправды.

Откровение Иоанна Богослова. Гл. 3. Ст. 20. Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною.

Пьеса в одном действии

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ПЁТР.

ПЬЯНИЦА.

КРАСОТКА.

ЧИНОВНИК.

СТУДЕНТ.

НАЧАЛЬНИК.

САМОУБИЙЦА.

МОЛЕЛЬЩИЦА.

ПОП.

ЧЁРТ.

Действие происходит где-то между Раем и Адом.

Действие первое. Сцена первая.

Справа – врата с надписью «Рай», слева – двери с надписью «Ад». Рядом с райскими вратами, за столом, сидит Пётр, переписывает что-то, раскладывает бумаги. Остановившись, он берёт в руки исписанный лист и начинает говорить.

ПЁТР. Уже так много лет минуло? Прошли они в тиши служения Тебе так скоротечно, так благостно. Мне показалось, что миг я здесь провёл, хотя припоминаю поток несчастных душ, что проходили мимо. Сливающиеся воедино лица. Их богопротивность, не знающая предела, способна в уныние увлечь, но, веря в Любовь Твою и Милость, при помощи Твоей, Владыка, держусь, чтоб не впасть в отчаянье. Помилуй их, Господь! Прости им прегрешенья, по слабости душевной сотворённые. Веду учёт всей жизни их земной, и вижу всё нутро их – дела, слова и мысли. Ужасна участь отринувших Спасителя. (Вздыхает и возвращается к бумаге.) Сейчас поставлю дату, вот так, останется лишь в Книгу жизни их подшить. Что такое? Уже явились?

Появляется Самоубийца. Он продолжает биться в агонии и тут же падает. Рядом с ним появляется Студент, который тоже падает на землю.

САМОУБИЙЦА. А-а-а, нет, нет! Я не хочу! Я передумал!

СТУДЕНТ. А-а-а, помогите! Идиоты! Ух, повезло. Я не пойму. (Оглядывается по сторонам.) Где я? Кто вы?

САМОУБИЙЦА. Я умер? Скажи, отец, я жив?

ПЁТР. Мой брат, к сожалению, умер ты. Умер телом, и сам себя ты обескровил, на гибель этим обрёк бессмертную свою ты душу.

Пётр подходит к ним и помогает подняться на ноги. Он уходит куда-то и возвращается с двумя стульями.

САМОУБИЙЦА. Какой дурак я! Какой дурак! Как же теперь моя жена? А дети! Я – идиот, их вышвырнут из дома. Будь они прокляты, козлы!

ПЁТР. Не горячись, прошу тебя, брат. Не сквернословь в шаге от Райских врат. Присядь, вот так. И ты, отрок, прошу, присядь. Отдохните, уймите дрожь.

САМОУБИЙЦА. Райских врат? А ты кто такой?

ПЁТР. Апостол Пётр, я вас как раз и ждал. Вы посидите здесь, покуда остальные явятся.

СТУДЕНТ. Что за трэш! Какой апостол, что за Пётр? Прикол какой-то? Где я?

ПЁТР. Можешь считать это залом ожидания. Ждать вы будете совсем недолго. Сейчас вернусь.

Пётр уходит и возвращается с двумя стульями. Потом ещё раз. Поставив их в ряд, он становится в определённом месте и вытягивает руки. В них как раз падает Начальник.

НАЧАЛЬНИК. О Боже! Да не стойте! Стоп, где я?

ПЁТР. Брат, приветствую тебя. Сядь, сейчас вернусь.

Опять уходит за стульями.

НАЧАЛЬНИК. Что значит «сядь»? Сажает полиция, а я присесть могу. Я не пойму. Вы кто такие? Кто я? То есть – где я?

САМОУБИЙЦА. Я – Артём Петрович. От безысходности порезал вены в ванной. А теперь, в Чистилище, я думаю, мы с вами оказались.

СТУДЕНТ. (шепчет). Какая-то фигня со мной творится. Я не пойму, что происходит. Не надо было этой травкой заряжать кальян. Меня, по ходу, долго не отпустит.

НАЧАЛЬНИК. Чистилище? Что за бред? Чей это стол? Бумаги, книги. Библия лежит…

Возвращается Пётр и ставит две табуретки в ряд с шестью стульями. Подходит к своему столу и мягко убирает со своих записей руки Начальника.

ПЁТР. Прошу, порядок не нарушьте. Здесь судьбы всех людей, что на Земле сейчас живут, не стоит путать их.

НАЧАЛЬНИК. О Боже, что вы порете? Где мастерша, где все, с которыми я только что беседу проводил?

ПЁТР. (Заглядывает в бумаги). Она сейчас в слезах у трупа твоего. Сама сознанье потеряет через шесть секунд, линия стоит, рабочие не знают, что им предпринять, а Миша в «скорую» звонит.

НАЧАЛЬНИК. Что это значит?!

ПЁТР. Что ты умер, Иван Аркадьевич. Остановка сердца.

НАЧАЛЬНИК. Какая остановка! Я только что говорил с мастером смены – молодой дурой. Куда все делись? Что за безобразие? Это ещё кто?

Неподалёку от ряда стульев приземлились Пьяница, Молельщица, Красотка и Поп. Красотка сильно кричит и лишь постепенно успокаивается.

СТУДЕНТ. (Про себя). Вот это меня штырит. Вчера курили, я думал, что уже прошло. Я уже не пойму, выходил я из общаги утром или нет?

ПЁТР. Братья, сёстры, не волнуйтесь. Давайте руки, я помогу вам на ноги подняться. Вот так. Садитесь вот сюда. Сейчас я всё вам объясню.

КРАСОТКА. Скотина, скотина. Чуть не убил меня! Что? Кто вы? Где я?

ПЬЯНИЦА. Какой собачий холод! Я думал, сдохну.

ПЁТР. Вот моя рука. Вставай.

ПЬЯНИЦА. Вот спасибо, милый старичок. Я что, уснул? Ну, слава Богу, не замёрз. (Озирается по сторонам, останавливает взгляд на священнике в его облачении.) Что-то не похоже на вытрезвитель. Да их уже закрыли все. Святой отец, вы как тут?

МОЛЕЛЬЩИЦА. Святые все на небесах. Тебя обращаться не учили. Вот как надо: «благословите, батюшка».

Молельщица складывает ладошки, как положено, и с блаженной улыбкой склоняется перед Попом. Не глядя на старушку, он крестит её и отворачивается.

ПОП. Где это я? Не могу понять. Ох.

САМОУБИЙЦА. В Чистилище.

ПОП. Это у католиков, Православие отвергает эту ересь. О-о-о. Не могу поверить.

ПЁТР. Прошу вас всех присесть на стулья. Сейчас я всё вам объясню.

НАЧАЛЬНИК. Да где мы, чёрт возьми!! И для кого вот этот стул, ещё один?

ПЁТР. Не сквернословь.

Эти слова необъяснимым образом действуют на всех присутствующих. Они подчиняются и усаживаются на свободные места.

ПЁТР. Считайте это моим кабинетом. Коли так кому-то будет проще.

ПОП. А ну-ка, встань, юноша.