Александр Светлый – Рискованная ставка (страница 33)
- Марк! – присев на трясущихся ногах на землю, завопила женщина, пытаясь заплакать, но осознавая, насколько сильно я её сейчас ненавижу, сомневалась, стоит ли использовать эту манипуляцию или лучше просто подчиниться.
Решив все же поддаться моему напору, женщина, как побитая собака, поползла в дом.
- Стой, - одернул я её, прошел в дом и, забрав ларец с золотом со стола, спросил:
- Кому мы должны и сколько?
- Рамп лучше знает, подожди, пока он вернется, и он тебе всё расскажет, - попыталась съехать женщина.
Ох, как же она меня бесила. Инфантильность, безответственность, брезгливость к труду, лень, трусость, лживость, лицемерие, какая-то мерзкая гадливость – всё это ещё в большей мере слилось в Лие Кансай, чем в её слабом и лживом муже. И еще большой вопрос, кто на кого влиял в этой семье, кто придумал план с обвинением второго старейшины и загнал семью в долговую яму. Кто этому больше поспособствовал, трусливый и мягкотелый Рамп или его еще более порочная и избалованная супруга.
- Марк, за что ты так со мной? - всё же решив использовать последнее средство женщин, и залившись слезами, промямлила Лия.
- Мы столько лет едва сводили концы с концами, но о тебе заботились, как о нашем сокровище.
- Прекрати ныть и говори цифры или я тебя сейчас ударю, - сквозь зубы процедил я злым тоном, стиснув перед лицом манипуляторши кулак.
Театральное представление тут же закончилось. Слезы отключились, как по взмаху волшебной палочки.
- Рамп должен клану Рокун шесть тысяч малых золотых. Лично Ланите я должна пятьсот. Второму старейшине Кину ещё три тысячи. Хотя, нет! По договору передачи земли этот долг уже погашен. Шестьсот золотых мы должны главе клана Эшламов, семьсот, нет, уже тысячу клану Годаров. Эти, последние долги самые тяжелые, они уже просрочены. Сюда уже много раз приходили их люди и требовали заплатить, поэтому Рамп и прячется.
- Так Рамп прячется? Ты же сказала, что он ищет работу.
- Это Ланчер искал работу, а Рамп - у кого можно занять в долг под низкие проценты, но нас тут никто не знает, а ещё клан Рокун уже раструбил, что мы должны им шесть тысяч и никто Рампу денег из крупных торговых кланов после этого одолжить не захотел, даже под высокие проценты. Твой отец, как глава клана брал деньги у Рокунов, Эшламов и Годаров под залог земли. Обещал вернуть с урожая, но в этом году мы лишились своих владений, чтобы спасти твою и Ланчера жизнь. Небольшой домик в столице, это ведь лучше, чем огромные земли у опасной границы.
- Опять наглая ложь! Нас вы спасали. Свою шкуру вы, твари лживые, спасали. Меня Рамп не задумываясь в заложниках старейшине Кину оставил. Спасатели, блин! Рамп набрался долгов, а затем втихую передал земли второму старейшине, но долг передать у вас вместе с залоговой землей не получилось. Уверен, это потому, что Кин Кансай послал кредиторов куда подальше. Глава клана Рокун наверняка был в бешенстве, думая, что раз Рамп глава клана, то он получит за долги его землю, а не вышло. Клан Кансай отрезал гниющую часть тела, чтобы выжить самим и не потерять свои земли.
- Да, другие заёмщики, узнав, что у нас уже ничего нет, кроме этой коморки также пришли в ярость. Она ничего не стоит, по сравнению с нашими долгами. Рампа могут опять бросить в тюрьму, вот он и прячется. Если он не расплатится по долгам Эшламов и Годаров, это точно скоро произойдет. На работе его быстро схватят, поэтому…
- Ага, поэтому лучше даже не пытаться заработать. Спрятаться, сбежать, украсть, занять – это ваш с Рампом способ выживания. А ты, наверное, просто платье боишься испачкать, поэтому в доме не прибралась?
- Да, - без стеснения ответила женщина, - уважающая себя хозяйка дома не станет выполнять работу слуг.
- Понятно. А ну быстро пошла работать! – прикрикнул я, подтолкнул в спину привыкшую жить за чужой счет женщину к входу в её новое жилище.
- Как ты смеешь так разговаривать с матерью! – послышалось от калитки.
Во двор вбежал замотанный в какие-то лохмотья сгорбленный старец, но тут же распрямился и перестал кривить рот.
- А ну быстро отдай мне ларец, - уже легко узнаваемым голосом приказал Рамп.
О! А вот и второй урод появился. Увидел знакомый ларец в моих руках и вышел из маскировки. А маскировка у Рампа была, надо сказать, отличная. Я бы его на улице точно не узнал. Намотал на себя в три слоя чьи-то дырявые обноски вместо своей обычно дорогой, красивой и опрятной одежды.
Не знаю, что на меня нашло, но я с размаху кинул тяжелый ларец прямо в рожу этому мерзкому человеку. Он от неожиданности опешил и получив удар в нос, опрокинулся на спину. А потом я прошелся по нему ногами. Бил не глядя, куда попаду, но больше по голове. Ларец от столкновения с лицом мужчины раскрылся, и несколько тысяч золотых монет разлетелось со звоном по двору.
Лия с ужасом замерла у двери, не кинувшись собирать монеты, но и не пыталась остановить сына, избивающего ногами отца. Я вложил в эту вспышку гнева всю ту ярость, что у меня накопилась от знакомства с новым миром и разочарования в родителях Марка. Я остановился лишь потому, что стонавший от моих тяжелых ударов мужчина замер и больше не шевелился.
- Собери золото назад в ларец,- приказал я женщине у двери.
- Я? – искренне удивилась Лия Кансай
- Быстро! – приказал я и стиснув кулаки двинулся к ней.
Вздрогнув, женщина подчинилась, присела на колени на каменную дорожку и стала старательно складывать монетки в ларец. Когда через час появились люди от Годаров, мы вернули им тысячу монет долга. От Эшламов разъяренные кредиторы пришли ближе к вечеру, а получив свои шестьсот монет, даже не стали насмехаться над распухшим лицом Рампа. Просто ушли посмеиваясь, но без колкостей.
Я украсил его так же, как Марка ранее красногривые обезьяны. Конечно, до сломанных рук, ног и грудной клетки не дошло. Так, по мелочи, нос и пару-тройку передних зубов выбил, но теперь лицо Рампа нельзя было узнать даже без маскировки. После того, как мы выяснили с ним отношения, произошли важные изменения в субординации. Да! У нас в семье резко сменился глава. Кто платит, тот и заказывает музыку. Я вернул в семью ларец с золотом, расплатился по самым проблемным долгам и обещал в ближайший месяц решить и все другие финансовые проблемы, которые спасут всех от рабства. А раз так, теперь я решал, кто и что будет делать.
В этот же день, после трехчасовой уборки на карачках в своем красивом платье, в которой кроме Лии принимали участие ещё избитый Рамп и притихшая Веста, мы посетили с Лией территорию особняка клана Рокун, чтобы вернуть Ланите Рокун её пятьсот золотых. Одну я Лию не отпустил, так как совершенно не верил в её честность. Сняв и этот неприятный личный долг, мы остались должны только самому торговому клану Рокун, но я пообещал его главе расплатиться в течении месяца, отдав оставшиеся четыреста девяносто монет из ларца в качестве аванса, оставив при себе лишь десять на продукты питания и всякие непредвиденные расходы.
Поздним вечером вернулся очень уставший после длинного рабочего дня Ланчер. Он был очень рад моему возвращению. Опять расплакался, но и я порадовал его вкусным ужином, который под моим внимательным присмотром, прямо во дворе, чтобы не задымлять помещение перед сном, приготовил вместе с Лией и Вестой.
Пришлось учить двух никогда ничего не делавших своими руками женщин готовить мясо на огне, правильно проверять и определять его готовность. Свежий хлеб и вареные овощи на гарнир порадовали всех. Ланчер показал мне свои новые кровавые мозоли на ладошках. На его изнеженных руках они уже один раз возникали, когда он выколупывал духовные камни, но всего один день интенсивной работы помощником пекаря, когда он таскал весь день тяжелые мешки с мукой, ведра с водой и готовую выпечку по городу на тачке, оставил на ладонях гораздо более впечатляющие следы.
Хотя острой нужды в двух брусочках серебра, что он заработал за день тяжелого труда у семьи уже не было, я не стал его снимать с работы и на следующий день. С раннего утра Ланчер отправился в пекарню опять. Важным был не сам заработок, а та сила, что обретёт его тело от суровой физической нагрузки. Зачем таскать на себе корзину с камнями, заплатив за это деньги учителю в Академии, когда можно совместить это с чем-то полезным. Здесь же Ланчер узнает цену деньгам, укрепит свое тело, узнает, как много приходится потрудиться, чтобы появился хлеб на его столе, да еще и получит за это ценные знания и честную плату.
За ним на поиски работы я выпер и прикидывавшегося тяжело травмированным Рампа, Лию и даже Весту. Всем, бл*ть прописал срочные курсы трудотерапии. Пусть плачут от восторга от одной возможности после тяжелого трудового дня спокойно прилечь и отдохнуть на кровати в своём доме. Тяжелый труд многие моменты в жизни заставляет переоценить. Когда напашутся до седьмого пота, вопрос тесноты жилища их уже будет мало волновать.
Пусть вместе заработают себе на еду, скинутся деньгами и приготовят на это вкусный ужин. Я научу этих изнеженных Кансаев простым радостям жизни. Когда десять золотых монет, на которые мы питаемся и живём сейчас, иссякнут, они должны уже сами быть способны о себе позаботиться не нагребая неподъемных долгов.